Социальная сеть "Ковчег" - Вецель Евгений

Я решил присесть на травку, но перед этим задрал голову вверх и увидел красивую картину. Мерцая, горели яркие звёзды на ещё светлом небе, а верхушка пальмы была украшена большими гроздьями кокосов. Моё воображение услужливо нарисовало полёт кокоса вниз, что сразу заставило меня отойти на безопасное расстояние. Чем ближе я подходил к солёному неспокойному морю, тем ярче становились впечатления от множества звуков, которые производили волны. Я встал вплотную к линии воды на мокрый холодный песок и стал ждать, когда особо сильная волна сможет достать мои ноги и покрыть их постоянно лопающимися пузырьками пены.

Я смотрел на волны и любовался одним из самых красивых явлений природы. Пейзаж был замечательный. Вокруг моего острова бушевало море, белая морская пена освещалась лучами начинающегося скоро заката. На уровне горизонта воду уже не было видно, и она сливалась с темнеющим небом. Лишь там, где солнце садилось, его блики мерцали уходящими вдаль солнечными зайчиками. Справа от меня, далеко на берегу, были горы, снизу утопающие в зелени, а сверху скребущие облака. Слева, далеко на берегу, мерцал тысячами огней какой-то город. Такие же огни пробивались сквозь густую листву берега, на который выходила дорога к моему дому. Значит, люди здесь недалеко.

Особо большая волна накатила с такой силой, что погрузила меня в тёплую воду по самую щиколотку. Пришлось чуть согнуть колени, чтобы не упасть. Волна ушла на несколько метров за меня, и сразу же вернулась, слегка шурша песком. Я чувствовал, что будь я легче, вода унесла бы меня к себе в море. Я представил, как барахтаюсь в волнах, пытаясь не намочить губы горькой солёной водой.

И тут я отчётливо понял, что именно море сможет сейчас успокоить мои нервы. Именно купание в тёплой, постоянно выталкивающей меня на поверхность, дарящей невесомость воде, поможет мне, с одной стороны, отвлечься, а с другой — с пользой провести время до последнего луча солнца. Я начал сбрасывать одежду. Немножко помешкал, держа руки на трусах, но когда представил, как потом холодеет кожа под мокрой тканью и как долго они сохнут, сдёрнул их вниз.

Стесняясь своего вида, я оглянулся и, не увидев ни души, побежал в неспокойную воду. Когда я разделся, стало немного холодно, только редкий тёплый ветер согревал моё тело. Я был в воде уже по самые колени, когда сильная волна сбила меня с ног. Я со всей силы упал голым телом на смесь бурлящей воды с белой пузырящейся пеной и очень мягким песком. Сухая кожа после резкого контакта с водой сразу покрылось мурашками, дыхание перехватило, но уже через секунду я насладился приятной морской водой. Поймав спокойный момент, я быстро встал на ноги и, разбежавшись, прыгнул с головой прямо в поднимающуюся волну.

Только очутившись внутри волны, я ощутил всю силу воды. Несмотря на мои попытки плыть, она тянула меня туда, куда ей было нужно. Я на доли секунды потерял ощущение, где верх, а где низ. Я не мог открыть глаза, так как опыт говорил, что они будут наказаны солёной водой. Поэтому, доверившись чутью, я грёб руками со всей силы, пока мой нос не ощутил прохладу вечернего воздуха. Сначала я смахнул воду с лица рукой и только потом глубоко вдохнул. И сразу же следующая волна, играя весёлыми белыми барашками, накрыла меня с головой. Нужно было плыть или на берег, или вглубь моря, туда, где поспокойнее. Я выбрал последнее.

Уже в десяти метрах от берега в море было безопаснее. Волны поднимали и опускали моё тело сами, а я оставался на поверхности. Нужно было лишь слегка грести, чтобы оставаться наверху. Солёная вода вытягивала моё тело наверх, и мне было настолько легко, что я успокоился и стал наслаждаться видом солнечной дорожки к закату. Когда через несколько минут мне это надоело, я лёг на спину. Раскинул ноги и руки звёздочкой и, сильно покачиваясь на волнах, стал смотреть на уже тёмное небо с полной луной и звёздами.

Я не знаток астрономии, но найдя ковш «Большой медведицы» и с его помощью  «Малую медведицу», а в конце её ручки — особо яркую Полярную звезду, я успокоился. Если небо за полторы тысячи лет не изменилось, то это хорошо. Я лежал на спине и думал, что я, наверное, единственный человек, которому удалось побывать в будущем.

И я единственный человек, который мог своими глазами увидеть, что со временем природа не меняется, она всегда дарит прежние ощущения. Меняется лишь человечество. За эти полторы тысячи лет люди изменились. Я пока не мог до конца сказать, в какую сторону, но они точно стали другими. Я смотрел на небо и думал, что заставляет людей меняться? Чем люди отличаются от других существ? Почему им больше всех надо?

Я развернулся и поплыл в сторону дома. Пока я лежал на спине, меня отнесло дальше от берега, и поэтому когда я доплыл до песка, сильно устал. Я вдруг вспомнил, как в фильмах после кораблекрушения люди выплывают на берег и без сил падают в песок, где их омывают волны до самого утра. От представленной картины я улыбнулся и, набравшись сил, пошёл в сторону кучки моей одежды. Я сидел на тёплом песке, вода испарялась с моего тела, поэтому я замерзал. Нужно было срочно вытереться. Ещё не хватало проваляться десять дней с простудой или ангиной в будущем, где за каждый день списывают коины, и на седьмой день меня уже заберут больного в камеру.

Я взял рубашку и с силой растёр своё тело насухо. Стало гораздо теплее. Потом встал, отряхнул песок и надел трусы. Стало комфортнее. Любуясь последними лучами заката, я надевал куртку на голое тело и натягивал штаны. После того, как застегнул ширинку, я вдруг резко почувствовал, что забыл добавить немного соли в море. Почему это всегда происходит неожиданно? И почему нельзя терпеть больше двух часов?

Не желая осквернять пальму и остров, на котором мне ещё жить неопределённое время, я отравился в дом. Когда я, забрав свои мокасины с дороги, подошёл к нему ближе, включилось несколько фонарей рядом с входной дверью. Мошкара, как будто ожидая этого, сразу набросилась на свет и стала мелькать светящимися точками вокруг ламп. Я опасливо подёргал ручку двери. Она была не заперта или открылась от моего присутствия.

Когда я открывал дверь, плавно нарастая, зажёгся свет внутри. Привыкающие к свету глаза стали проводить обследование обстановки. Ничего экстраординарного я не увидел. Обычная красивая прихожая с висящими картинами, которую я рисовал себе в мечтах, когда думал о том, где буду жить, когда разбогатею. Небольшие гипсовые статуи, тёмно-коричневый паркет на полу. Высокий потолок. Двери из цельного массива не стесняясь демонстрировали свои годовые кольца, матовое стекло показывало, что в комнатах темно и никого нет.

Странно, но не было ощущения, что это чужой дом. Всё казалось привычным и понятным. Сняв обувь, я быстро нашёл туалет, где смог смыть со своего лица соль, которая уже начинала стягивать кожу. Я посмотрел в зеркало и по своему виду понял, что сильно устал. Думая о том, что нужно поспать, я вдруг вспомнил, что Всеволод Владимирович сказал, что ехать до «Эдема» целых четыре часа. Я достал лист и посмотрел сколько времени. Там в правом верхнем углу отображались цифры: 22:57. Прикинув, что мне нужно быть на работе к 9 утра, я понял, что спать мне сейчас можно будет лишь пять часов. И это с учётом того, что нужно ещё провести разведку дома. И забросить в пустую топку желудка побольше еды.

На первом этаже я сразу обнаружил кухню. В холодильнике нашлась свежая и нетронутая, но холодная курица гриль. Я поставил её на стол. Затем на большом листе, прикреплённом к крышке холодильника, выбрал температуру и аромат чая, и еле успел поднести чашку к появившемуся внезапно крану, откуда с клубящимся паром лился тёмный вкусно пахнущий мятой и мелиссой чай.

Я сел на мягкий и прозрачный кухонный стул и приступил к трапезе. Горячий чай с холодной курицей, показались мне большим наслаждением, так как я с обеда ничего не ел. Можно было, конечно, поискать микроволновку, но не было желания тратить законное время сна. Я уже давно доказал себе, что высыпаться выгодно. Стоит в будни украсть у необходимого сна несколько часов, как они превращаются в плохое настроение, малую производительность труда или в сон до часа дня в выходные.

Я допил чай. Накрыл остатки курицы большой крышкой и убрал всё в холодильник. После этого меня вдруг понятнуло ко сну. Я зевал, глаза увлажнялись. Тело требовало потянуться, что я с удовольствием и сделал, встав со своего места и отправившись искать спальню. Очень необычно было слышать со всех сторон дома шум прибоя. Он отлично убаюкивал, поэтому я поднимался на второй этаж, крепко держась за поручень.

Спальня была красивой. Многоуровневое освещение, как я люблю. Лампы на тумбочках с двух сторон кровати с большими круглыми абажурами. За всё время своего пребывания в доме я ещё ни разу не прикасался к выключателям. Свет включался сам, незаметно, ещё до моего прибытия. Это был умный дом.