Три легенды - Михаил Кликин

Жнецы, медлительные палачи мертвых, не представляли большой опасности. Урс был уверен, что с легкостью прорубится сквозь них. А потом подоспеют друзья. Создание, пришедшее из другого мира, обречено. Если только у него нет чего-то в запасе.

Демон словно прочитал его мысли. Он распахнул свои многочисленные щупальца, развел их в стороны, обнажив пульсирующий туман тела, и находящиеся рядом жнецы в одно мгновение исчезли, осыпались угольной пылью. Черная туча повисла в воздухе, заклубилась, уплотняясь. Стала оживать, приобретать неясную пока еще форму. Новая страшная тварь рождалась из мглы.

И Вигор, чувствуя, как сознание покидает его, как тяжелеет тело, и кружиться голова, встал, выпрямился, махнул своим посохом, выкрикивая слова Силы. Его фигуру окутало сияющее облако. Би негромко вскрикнула, пораженная увиденным, закрыла руками рот. Ослепительное свечение растеклось по телу колдуна, обволокло его полыхающим коконом. Би ясно видела, что теперь у Вигора две руки.

Колдун повысил голос, сорвался на визг. Сгустки света срывались с его рук, стремительно уходили ввысь. В воздухе скользили огненные искры, вспарывали мглу, пронзали туман.

Демон пытался бороться с магией Вигора, но тщетно. Черная туча стала расползаться, растворяться, и через считанные мгновения исчезла совсем. Демон остался один. Вигор покачнулся, выгнулся, начал запрокидываться назад. Би подхватила его и осторожно опустила на землю. Мягко погасло сияние. Колдун вновь превратился в изможденного однорукого старика. И только сейчас, глядя на него, держа его тяжелую голову в ладонях, Би поверила, что он действительно очень стар – старше Ланса, значительно старше самого старого из них…

Урс взбежал на вершину холма, оглянулся через плечо.

По склону поднимались Кречет и Дварф, оба смертельно уставшие, шатающиеся, запинающиеся. Чуть дальше, под холмом, сидели, привалившись друг к другу, три человека, три старика: Би, Ланс и Вигор. На поле бродили редкие выжившие карлики, нелепые, растерянные, беспомощные. Волокна розового тумана стелились по равнине – это таяли и улетучивались бесследно тела мертвых уродцев.

Ничто уже не могло защитить демона.

«Мы победили», – удивленно подумал Урс.

Победили!..

И тогда демон завопил.

Неистовый скрежещущий визг ворвался в уши людей, терзая дикой болью, вонзаясь прямо в мозг. Запульсировало в черепах оглушающее эхо, заметалось в поисках выхода.

Кречет рухнул на колени, выпустив из рук мечи. Сложился, охватив разрывающуюся голову руками, повалился на бок. Из прокушенной губы потекла на подбородок кровь.

Дварф упал рядом. Он ничего не понимал. Отшвырнув в сторону топор, он зажал уши ладонями, но это не помогло. Вибрировала каждая косточка, каждый мускул, весь мир до краев был наполнен беспредельным ревом. И Дварф замотал головой, заколотил по земле побелевшими кулаками, стал кататься по мокрой траве, забыв про все на свете.

Би закричала, тонко, пронзительно, изо всех сил напрягая голосовые связки, захрипела, сорвав горло. Но голоса не было слышно. Все перекрывал ржавый визг демона. Все чувства заменились нестерпимой вибрирующей болью.

Острота слуха вернулась к Лансу. Но он не был рад этому. Бледный, полуослепший, беспомощный, он нашарил Би, крепко обнял ее, прижал к себе и впал в беспамятство.

Тысячи неистовых буравчиков в одно мгновение пронзили тело Вигора, вывернули наизнанку суставы, проткнули каждую мышцу, проникли в трубки костей. Колдун сразу же потерял сознание. И прекратилась волшба, позволяющая видеть сквозь непроницаемый туман. Мир обрел привычные очертания и краски. Ярко светило солнце, поднимаясь к зениту. Желтела на поле колючая стерня, истоптанная сотней ног. Жухлая трава покрывала склоны холмов. Вдали чернели деревенские избы, похожие отсюда на странных пасущихся животных.

Туман исчез.

Демон кричал, раздувшись до огромных размеров. И продолжал увеличиваться. Визг его становился все нестерпимей, казалось, еще мгновение, и вселенная развалится на мириады крошащихся обломков…

Урс сделал шаг, превозмогая боль. Совсем маленький шажок, медленный, тягучий, бесконечный. Ноги его подкосились, и он опустился на одно колено, опершись рукой о трепещущую землю. В правом кулаке он намертво зажал меч. Костяшки пальцев побелели, сведенные судорогой. Ногти вонзились в кожу ладони.

Демон был совсем рядом. Урс видел его, неподвижного монстра на фоне колышущего мира. Десятки распростертых щупалец, каждое длиной в несколько метров, каждое усыпано острыми крючьями. Серый туман туловища. Голова, состоящая из распахнутой бездонной пасти и глаз. Глаз? Шесть вытаращенных полушарий, затянутых пленкой, источающих грязную влагу. Глаза ли это?

Урс оттолкнулся рукой, оперся на меч. Он уже почти поднялся, как мощнейший акустический удар вновь прижал его к земле.

Из ушей, из ноздрей, из прокушенной губы сочилась кровь, темными тягучими струйками текла по скулам, вокруг рта, по подбородку, рисуя на лице линии боевой раскраски. Белки наполовину ослепших глаз залила краснота. Боль исказила обычно спокойное лицо до неузнаваемости.

Урс вновь попытался подняться.

Всего несколько шагов. Несколько метров. Несколько простых привычных движений.

Тело не слушалось, парализованное болью. Оно больше не принадлежало ему. Оно стало чужим.

Чужим.

Вот оно! Конечно!

И Урс увидел себя со стороны.

Почувствовал.

И демона.

И корчащихся друзей.

Весь Мир.

Боли не было. Прекратился нестерпимый скрежещущий визг. Стало так хорошо и спокойно. Вернулась сила, а вместе с ней и уверенность.

Он заставил свое тело подняться и сделать шаг.

И еще один…

Демон исходил криком, не замечая ничего вокруг. Еще немного, и теряющие сознание люди погибнут. Лопнут сосуды, и кровь зальет мозг, взорвется сердце, разорвется печень, почки…

Урс взял меч двумя руками, поднял над головой сверкающее тяжелое лезвие.

Еще шаг…

Демон вонял. Из его пасти вырывался тошнотворный ураган, обдавал мерзким запахом.

Урс сделал последний шаг, занес клинок за спину и, рявкнув, со всего маху врубился в туловище монстра, в серый густой туман. Потянул меч к себе, нажал вниз, распластывая неожиданно неподатливую плоть.

Демон распахнул полушария глаз. Все-таки глаза! И, заглянув в них, Урс почувствовал ужас монстра. Страх чужака. Он застыл, ошеломленный навалившимися чуждыми эмоциями.

Раздувшийся до невообразимых размеров демон в предсмертной судороге свел щупальца, спутал их в клубок, словно пытаясь удержать рвущуюся из огромной раны струю тумана. Задел человека, одним движением превратив его в бесформенную груду мяса. Тысячи когтей в одно мгновение исполосовали Урса.