«Оккультный Рейх». Главный миф XX века - Дмитрий Жуков

Не секрет, что начало войны Германии с СССР большинство духовенства РПЦЗ и значительная часть верующих эмигрантов встретили почти восторженно. Активно пропагандировалось пророчество афонского старца Аристоклия, сказанное задолго до этих грозных событий: «Ждите, пока вот немцы не возьмутся за оружие, ибо они избраны не только Божьим орудием наказания России, но и орудием избавления тоже. Вот когда услышите, что немцы берутся за оружие, — вот уже время близко»351.

Отметим, что уже через несколько дней после начала боевых действий глава Московской патриархии митрополит Сергий (Старогородский) в своей проповеди в патриаршем соборе в Москве также косвенно поддержал войну (и это несмотря на свою явно просоветскую ориентацию): «Пусть грянет буря. Мы знаем, что она принесет не только несчастье, но и облегчение; она очистит воздух и унесет ядовитые испарения… Мы уже видим некоторые признаки этого очищения»352.

Такая позиция вполне объяснима. Ведь накануне войны положение Русской православной церкви в СССР было крайне плачевным. В июне 1941 года в стране оставались 3732 действующие церкви, причем около 3350 из них приходилось на недавно аннексированные западные области. Таким образом, в остальной части Советского Союза оставалось лишь 350–400 открытых храмов! Количество церквей и священнослужителей (около 500 человек) было для такой огромной территории просто ничтожным и составляло менее 5 % от уровня конца 1920-х годов353. Разнузданная антирелигиозная пропаганда (перед войной активизировалась деятельность пресловутого «Союза воинствующих безбожников») совмещалась с беспощадной секуляризацией, надругательством над святынями (вскрытие мощей, уничтожение церковных зданий и предметов культа) и с жесточайшим террором против священников и паствы.

Многие клирики русского зарубежья, и не только служившие в Германии, открыто поддержали войну. Митрополит Серафим (Лукьянов) заявлял: «Да благословит Всевышний великого Вождя Германского народа, поднявшего меч на врагов самого Бога… Да исчезнут с лица земли масонская звезда, серп и молот»354. Даже достаточно либерально настроенный клирик — архимандрит Иоанн (Шаховской), позднее причисленный к лику святых, 29 июня 1941 года опубликовал в эмигрантской газете «Новое слово» статью «Близок час», в которой писал: «Человеконенавистническая доктрина Маркса, вошедшая в мир войной, — войной исходит. „Я тебя породил, я тебя и убью!“ — кричит сейчас война большевизму. До каких дней желанных, и под-советской, и Зарубежной России довелось дожить. Не сегодня завтра откроются пути свободных слов о Боге… Кровавая операция свержения Третьего интернационала поручается искусному, опытному в науке своей германскому хирургу… Эта армия, прошедшая своими победами по всей Европе, сейчас сильна не только мощью своего вооружения и принципов, но и тем послушанием высшему зову, Провидением на нее наложенному сверх всяких политических и экономических расчетов. Сверх всего человеческого действует меч Господень»355.

Не будем давать моральную оценку подобным заявлениям. Скажем лишь, что в отношении возрождения религиозной жизни на оккупированных территориях они вполне оправдались. Парадокс заключается в том, что министром восточных территорий был назначен Альфред Розенберг, которого в партии считали «экспертом по русскому вопросу». Помня о его неоднозначной позиции в отношении христианства, возможно, покажется удивительным тот факт, что после вступления немецких войск на советскую территорию он по собственной инициативе санкционировал свободу богослужений, издав специальный «Указ о свободе Церкви» в конце декабря 1941 года. Подобные же указы издали в июле 1942 года рейхскомиссары Остланда и Украины Эрих Кох и Ганс Лозе356. Шкаровский отмечает, что «представители германской администрации и офицеры вермахта помогали открытию храмов и даже приказывали делать это»357

Эти факты подтверждаются и советскими архивными источниками, такими как отчеты партизанских соединений. «Тематическая записка» опергруппы Ленинградского штаба партизанского движения от 24 ноября 1942 года сообщает: «В конце 1941 г. в г. Гдове и Гдовском р-не немецкие оккупанты открыли три истинно православные церкви. В г. Пскове и Острове открыты соборы епископов. В Островском р-не, в селе Немоеве открыта православная церковь. Открытие церквей и соборов производилось по специальному решению высшего церковного совета, опубликованному в один из воскресных дней, и сопровождалось торжественным богослужением… По воскресным дням после богослужения обязательно проводятся проповеди, рассчитанные на 1,5–2 часа. В проповедях основной упор делается на восхваление победоносного движения германской армии, то, что победы немцев определены и узаконены Богом, что Гитлер, как верховный вождь, послан на землю от Бога и т. д. Тут же произносятся несметные проклятия большевизму и Советской власти…»358

В справке «О положении в городе Пскове» второго секретаря Псковского РК ВКП(б) В.А. Акатова начальнику оперативной группы при Военном совете Северо-Западного фронта полковнику А.Н. Асмолову говорится: «Немцы открыли Троицкий собор и все другие церкви города. Срочно под женский монастырь переоборудуется Мирожский монастырь»359.

В отчете командования партизанского отряда Лядского района в Ленинградский штаб партизанского движения о деятельности отряда с 13 июля 1941 по 26 октября 1942 года указывается: «С приходом оккупантов сразу же приступили к открытию церквей. Были открыты церкви Заянская, Бобровская, Ктинская, а также Лядский клуб (бывшая церковь) превращен в церковь. Из Германии были присланы попы, причем немцы, не стесняясь, учитывали тех лиц, которые не посещали церковь»360.

В информационной сводке штаба Трубчевской партизанской бригады от 13 февраля 1943 года сообщается, что в Стародубском районе открыто 15 церквей, причем «церкви налогами не облагаются»361.

Общая статистика открытых в оккупированных районах РСФСР храмов такова: на северо-западе — 470, в Курской области — 332, в Ростовской — 243, в Краснодарском крае — 229, Ставропольском — 127, в Орловской области — 108, Воронежской — 116, Крымской — 70, Смоленской — 60, Тульской — 8 и около 500 в Орджоникидзевском крае, Московской, Калужской, Сталинградской, Брянской и Белгородской областях, то есть всего примерно 2150 храмов. В Белоруссии было открыто не менее 600 храмов, а на Украине — не менее 5400 православных церквей362.

Не совсем верно утверждение, что Московская патриархия полностью встала на сторону СССР. Митрополит Виленский и Литовский Сергий (Воскресенский) (он был одним из четырех остававшихся в 1941 году на свободе архиереев Московской патриархии), патриарший экзарх в Прибалтике, несмотря на приказ эвакуироваться, скрылся в крипте Рижского Христо-Воздвиженского собора и дождался немцев. По мнению писателя-историка Бориса Гусева, митрополит Сергий имел на это благословение патриаршего Местоблюстителя363. Германские власти признали существование экзархата Московской патриархии и оказывали ему поддержку.

С именем митрополита Сергия связана организация Православной миссии на северо-западе России (Псковской миссии), в ведении которой находились районы Ленинградской, Великолуцкой, Новгородской, Псковской и части Калининской областей с населением около двух миллионов человек. До войны на этой территории было всего лишь 2 открытых церкви, поэтому основной целью миссионеров стало восстановление разрушенной церковной жизни.

Миссия издавала с августа 1942 года ежемесячный журнал «Православный христианин», открыла катехизаторские курсы и ввела преподавание Закона Божьего во всех школах. Это нашло отражение в партизанских документах. Информационная сводка Ленинградского штаба партизанского движения от 27 июня 1942 года сообщает: «…при Дмитровской и Валаамовской церквах Пскова открыты церковно-приходские школы на 150 и 80 человек под руководством попов Г. Бенигсена и Шаховского. Во всех открытых школах основным предметом является Закон Божий. Учащиеся заучивают молитвы и должны обязательно посещать церкви»364.

В июне 1942 года Псковская миссия издала распоряжение, в котором всему духовенству предписывалось 21 июня (в связи с годовщиной начала войны) «после божественной литургии и произнесения соответствующего слова совершить молебствование о даровании Господом сил и крепости Германской армии и ее вождю Адольфу Гитлеру для окончательной победы над проклятым жидо-большевизмом»365.

27 ноября 1942 года в Риге состоялось торжественное возвращение Православной церкви в лице митрополита Сергия 1026 богослужебных книг XVI–XVII веков. Интересным фактом является то, что военнослужащие вермахта во время трудного боя вынесли с риском для жизни из церкви Вознесения Богоматери в Тихвинском монастыре знаменитую икону Тихвинской Богородицы. 22 марта 1942 года она была передана Русской церкви366. Возвращение икон происходило и позднее.