Пустой азарт (СИ) - Каминский Иван

— Веня! Ты как? — вычурный рыцарь еще не понял, что произошло. Он подскочил к своему соратнику как раз в тот момент, когда его голова отделилась от тела. — Охренеть! А мне нравился этот персонаж!

Странная реакция на смерть товарища. Отличная от реакции других находящихся по близости рыцарей Длани. Преисполненные горечью и яростью, игнорируя других врагов, попытались добраться до Стига.

Но тут вовремя подоспели Вильям и его наемники.

— Ты куда это убежал? Я думал, мы вместе держимся? — заорал запыхавшийся капитан Бешенных Быков.

— Видишь этого петуха? — Стиг указал на вычурного рыцаря. — Он — мой противник, всех остальных берите на себя.

— Иди в ж… — Вильям хотел было возразить, видимо, считая, что Стиг, используя их, хочет заграбастать славу за победу над тем рыцарем. Но, взглянув на экипировку и оружие того воина, мгновенно передумал. — Эм, ладно! Эй, парни, рассредоточимся!

Стиг и вычурный рыцарь были предоставлены самим себе.

— Кто ты такой? Наверно, большая шишка в своей армии? — начал говорить рыцарь.

— Мое имя — Стиг! Я наемник.

— Стиг? В первый раз слышу это имя, хотя вроде всех ключевых личностей Севера запомнил.

— Может, сам назовешься?

— Меня зовут… — рыцарь прервался и еле слышно пробормотал: — Как же они меня называют, все никак не запомню. А, да похер, я себе более подходящее имя придумал… Зови меня Джиисус, мессия, спаситель человечества!

— Вот как? Мне еще не доводилось убивать спасителей человечества.

Усилив себя соразмерно естественному восполнению маны, наемник, терзаемый внутренними противоречиями, отбросил меч, решив, что в этом бою он будет бесполезен. Доспехи Джиисуса поглощали энергию резких ударов. Для боя с ним требовались плавные движения, как с тем паладином, что создавал яркие взрывы. Рукопашный бой тут более эффективен, чем фехтование.

— Что, возомнил себя крутым? Думаешь, что сможешь меня и без меча одолеть?

— Это будет несложно, — ответил Стиг, медленно подходя к нему. — Советую тебе бросить щит. Ты не умеешь с ним обращаться. Он тебе только мешает. Вообще не понимаю, зачем он тебе, если твои доспехи обладают теми же свойствами? Держу пари, если бы ты отдал его Вене, то тот бы не погиб так жалко!

Джиисус взглянул на свой щит и после недолгих раздумий бросил его.

Ну что за идиот? Так легко повелся на провокацию.

Стиг бросился вперед. Джиисус на опережение взмахнул мечом сверху вниз. Наемник поймал его руку у рукояти меча и направил удар на ногу противника. Латы остановили удар, но после того, как Стиг слегка надавил, меч рассек ногу, не встретив сопротивления.

Далее Стиг заломил руку с мечом за спину и толкнул его вперед, отчего тот упал на живот. Наемник уселся ему на спину и стал выкручивать запястье, отчего Джиисус отпустил меч. Но Стиг продолжил выкручивать, пока не услышал хруст. Потом он взялся за его шлем и попытался снять.

Джиисус все это время пытался сопротивляться и бормотал какой-то бессвязный бред.

— Игра! Загружай сохранение.

У рыцаря получилось перевернуться на спину, но шлем он потерял. Стиг наконец-то увидел его лицо — седовласый мальчишка лет шестнадцати.

— В смысле, блядь, ошибка? Загружай меня! — заорал он в панике, обращаясь к кому-то неведомому.

Стиг занес над его головой кулаки.

— Нет, прошу, не делай этого! — взмолился Джиисус, как будто только осознав безысходность своего положения.

В следующее мгновение Стиг размозжил его голову.

Что… что, и все? Обладатель мощной души оказался таким ничтожеством?

Это разочаровывало…

Становилось все хуже…

Вся эта битва была тем, что ему нужно. Но он не учувствовал в подобных сражениях уже пару лет. Все это время ему приходилось перебиваться мелкими стычками. И слишком часто нужно было поддаваться противнику, чтобы почувствовать хоть какую-то угрозу. В северных землях редко устраивались крупные конфликты. Обычные войны меж феодалами собирали в своих разборках в сумме с обеих сторон максимум четыре тысячи воинов, из которых магами оказывались едва ли пару десятков. Это положение дел еще больше омрачалось тем, что Стиг с каждым боем, с каждым противником, вопреки ожиданиям, получал все меньше удовольствия, а пустота внутри него становилась все больше. Его собственные запросы, вопреки желаниям, становились более требовательными. Он прошел через множество битв и убил еще больше воинов — каждый оставлял отпечаток в его памяти, и оттого было сложнее удивляться. Смертельные ситуации без элементов неожиданности становились бессмысленными. Все труднее и труднее найти врагов, способных показать что-то новое. Все труднее попадать в ситуации, из которых почти невозможно выбраться. Слоняться по землям, в надежде найти приключения на задницу, уже не так эффективно, как раньше. Но как еще можно целенаправленно найти то, чего не ожидаешь?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Конец текущей битвы означал возвращение к прежнему жалкому существованию. Да, вокруг еще было много достойных противников, но для него уже близился скорый исход. Он был на грани — множественные физические повреждения, скудные запасы маны и постепенно исчезающая ясность мыслей. Одна-две стычки, и все закончится. К тому же Стиг сильно сомневался, что успеет встретить кого-то, кто по-настоящему мог загнать его в угол, заставить чувствовать первобытный страх.

Или был?

Стиг поднял голову. В небе Марек Дракул добивал последних паладинов.

Может, пора повысить ставки и начать охотиться на крупную дичь?

Он уже много раз думал об этом. И все умозаключения упирались в одну и ту же стенку — его сотрут в порошок, как только заметят. Силы, продемонстрированные при уничтожении Безымянного Братства, расширили границы невозможного в восприятии молодого Стига — сопротивление такому бессмысленно. Именно поэтому он сбежал в земли Севера.

Требовалось стать сильнее. Но чем сильнее Стиг будет становиться, тем реже будут попадаются равные противники. Именно поэтому с момента падения Братства он почти забросил тренировки, сознательно сдерживая свой рост.

Стиг был талантливым воином и магом. В Братстве все были талантливые — другие попросту не выживали. Но даже для него достигнуть достойного уровня, чтобы сражаться на равных с Мареком, нереально.

Да, игры с мелкой шушерой перестали приносить удовольствие, но если он будет целенаправленно развиваться то, что останется? Будет ли это стоить того? Есть хоть один шанс из миллиона, что его не раздавят, как букашку?

Стиг не боялся. Не боялся в том смысле, в котором бы хотел бояться. Страх для него — это довольно тонкая и желанная штука. Быть убитым в условиях полной беспомощности — не страшно. Страшно, когда есть хоть один малюсенький шанс спастись. Если бы он видел этот шанс, то, несомненно, ринулся в любое пекло.

Внезапно небо озарила ярчайшая вспышка, в которой слабо просматривались три человеческих силуэта, два из которых сразу же исчезли. Стиг почувствовал такие же вспышки — одну в крепости Севера, другую рядом с Мареком Дракул.

Душа Джиисуса, еще не успевшая раствориться в естественной мане, была притянута к оставшемуся сияющему силуэту.

Стиг сконцентрировал все свои силы на восприятии, пытаясь отследить действия сущностей. В следующий момент силуэт рядом с ним исторг из себя девятнадцать узконаправленных пучков света в направлении огров, громивших тылы противника. Стиг почувствовал, что лучи прожгли голову каждому из них. Монстрам ничего не оставалось, кроме как упасть замертво.

Далее сущность стала атаковать ключевые точки в нападении северян — командиров, сильных воинов и даже целые построения.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Похоже, северяне проиграли. Кто же знал, что Культ пришлет сюда элиту — ангелов?

Сопротивляться тут бессмысленно. Наемнику оставалось только наблюдать, пока очередь не дойдет до него.

Стиг напряг свое зрение, адаптируя его к ослепляющему свету, как делал до этого. И внезапно в силуэте ближайшего ангела стали проскальзывать до боли знакомые черты лица.