Пустой азарт (СИ) - Каминский Иван

Перебранка наемников утонула в периферии восприятия Стига. Избегая стычек с другими вражескими бойцами, он наконец узрел своего оппонента — рыцаря, закованного в тяжелый позолоченный доспех, сражающегося в передних рядах. Белый плащ развевался у него за спиной. На его голову был надет плотный шлем с прикрепленными по бокам белоснежными, предположительно голубиными, крыльями. Он был вооружен светящимися мечом и длинным треугольным щитом.

Никогда еще Стиг не видел настолько ярко выряженных воинов. Даже грифоньи наездники меркли возле этого парня.

Вычурный рыцарь, несмотря на свою тяжёлую экипировку, двигался очень легко. Его меч и щит были явно зачарованными. Один разрубал сталь, словно нож масло, другой мог поглотить энергию любой атаки. Его доспехи, кстати, обладали схожими свойствами, что и щит, отчего практическая польза последнего значительно уменьшалась. Можно сделать вывод, что щит имел чисто декоративную роль. Использование всего этого требовало значительных расходов маны. Благо душа у парня с излишком компенсировала затраты.

Рыцарь кричал что-то на дэ-примском. Стигу потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить этот язык.

— …именно он есть тот, кто печется о братьях своих и возвращает сынов заблудших. И совершу над ними великое мщение наказаниями яростными, над теми, кто замыслил повредить и отравить братьев моих. И узнаешь ты, что имя мое — Господь, когда мщение мое падет на тебя! — его голос был звонким, но не сломавшимся, как у юноши.

— Сир, эта речь была крайне впечатляющей, многие из наших воинов вдохновятся ею. — Рядом с рыцарем, прикрывая тылы, держался другой рыцарь, менее вычурный, но также облаченный с головы до ног в латы, без плаща, вооруженный мечом и щитом. Судя по голосу, мужчине лет сорок, а может, даже и пятьдесят. — Но не стоит кричать направо и налево о том, кто вы!

— А в чем проблема? Вы же сами меня назвали земным воплощением Владыки Света, вот я и отыгрываю!

— Ваша репутация и сила пока еще не соответствуют этому титулу. Многие могут оскорбиться вашими заявлениями и посчитать вас еретиком. А для некоторых вы покажетесь легкой мишенью, особенно здесь, посреди битвы!

— Ой, да не смеши! В этих доспехах я неуязвим!

— Не будьте столь самоуверенны! Вас, как минимум, можно пленить, или, не знаю, свернуть шею? Запомните, вы здесь не для того, чтобы геройствовать, а чтобы учиться, получать боевой опыт!

— Что за бред? Веня, почему ты мне это только сейчас говоришь?

— Предполагалось, что вы и сами это все понимаете! Очевидно же, что мы не на прогулку собирались! Откуда я знал, что вы тут спектакль устроите?

— Тогда почему ты позволил мне надеть эти доспехи? Они же просто кричат: «Я важная шишка, убейте меня».

— Ничего я вам не позволял. Это было требование патриарха, предоставить вам экипировку высших паладинов. Я понятия не имею, как вы покрыли свой доспех позолотой и где раздобыли голубиные крылья.

— Ну… Эм, они и без этого были крайне пафосными…

— В любом случае, не расслабляйтесь. Хоть вы и окружены верными рыцарями, будьте осторожны, все-таки это поле битвы.

— Ладно, я понял, Веня.

— Перестаньте меня так называть! Я — Вениамин! — пробурчал рыцарь, и еговнимание привлек Стиг, который подобрался к ним достаточно близко.

— Осип! Глеб! Займитесь тем воином! — Вениамин окликнул рыцарей, державшихся недалеко от них, и указал на наемника.

— Есть, сир!

Стиг схлестнулся с рыцарями, которые были вооружены светящимися шпагами и довольно умело ими фехтовали. На их оружие было нанесено несколько формул, укрепляющих прочность и создающих дополнительное трение, увеличивающее режущую и колющую силу. Помимо этого их доспехи, хоть и были более скромными, чем у вычурного рыцаря, но также позволяли с легкостью двигаться в бою, несмотря на вес.

Хорошие противники. Подошли бы для разминки. Но Стиг уже давно размялся.

Усилив себя в кратковременном импульсе, наемник оказался вблизи рыцаря, которого, вроде, окликнули Осипом, и воткнул свой меч ему в шею, в уязвимое место сочленения шлема и нагрудника. В следующем импульсе контратаковал Глеба, отрубив ему руку, державшую шпагу, в сочленении латных наручней и рукавиц. Стиг не стал его добивать, так как тот потерял свою боеспособность, впав в шок.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ох ты ж епт! А этот парень крут! У него нехилые статки, — присвистнул от такого зрелища вычурный рыцарь.

— Сир, вам стоит отступить! — Вениамин быстро оценил обстановку. — В данном положении все наши рыцари заняты врагами. Есть риск, что они не смогут прийти вам на выручку.

— Слушай, ты что, в меня вообще не веришь? Я же все-таки твой мессия!

— Это не игра! Сейчас нет смысла рисковать! Не в данной ситуации!

— Ошибаешься, друг мой! И я уже успел засейвиться!

Похоже, Стиг начал подзабывать дэ-примский, ибо из-за рта вычурного рыцаря доносилась какая-то бессмыслица.

— Я порой ни слова не понимаю из ваших уст, — сказал Вениамин. Далее он наклонился к рыцарю поближе и тихо произнес: — Я возьму на себя его атаки, а вы постарайтесь зайти ему а спину.

Вениамин бросился на Стига, выставив вперед щит и занеся над ним меч в колющем ударе. Наемник прыгнул над головой противника и в акробатическом повороте туловища наотмашь ударил мечом по его шлему.

Шлем не поглотил энергию удара, но отлично выстоял. А значит, рыцарь использовал более привычные защитные формулы, по типу усиления прочности.

Приземлившись, Стиг сразу был вынужден спасаться от атак вычурного рыцаря. Его удары были прямолинейные, лишенные какой-либо техники или хитрости. Словно парень впервые взялся за меч. Но он был, на удивление, быстр.

Его доспехи являлись произведением магического искусства. В их энергетический фон было вшито множество формул, работающих пассивно, — уменьшение веса, поглощение урона, увеличение физических данных. Они работали одновременно, не мешая друг другу. Все, что требовалось от носителя, — это внушительный запас маны.

Его меч не уступал доспехам по части исключительности. Излучение ослепляющего света, уменьшение веса, дополнительное трение на лезвии. Ну и самое впечатляющее свойство — искривление пространства, благодаря чему этот меч был способен разрубить что угодно. И парень размахивал им, словно сачком для бабочек!

Бред.

Стиг, несмотря на силу и скорость вычурного рыцаря, полностью просчитывал его движения. Он с легкостью избегал его меча.

Атаки Вениамина были куда более опасными. Точно выверенные движения меча, чередующиеся с блоками щитом. Впечатляла его оценка силы противника и точность распределения маны. Он знал, какие удары стоит принимать на щит, а какие на доспехи, сколько маны вложить в защитные формулы.

Его защита была безупречной. Пришлось потратить много энергии, чтобы пробить ее. Но все же он не был так силен, как тот паладин с силовыми барьерами.

Время замедлилось.

Первая секунда.

Стиг в кратковременном импульсе ринулся в лобовую атаку. Вениамин умело прикрылся щитом, который, кстати, не поглощал урон, как щит вычурного рыцаря.

Взмах.

Траектория меча Стига прошла снизу вверх, насквозь рассекая щит и руку, его державшую.

Вторая секунда.

Стиг шагнул вперед и с большим усилием направил траекторию меча обратно вниз, целясь в шею.

Вениамин, к его чести, успел заслониться мечом и укрепить ключевые точки в своей защите так сильно, насколько вообще был способен.

Взмах.

Третья секунда.

Вениамин так и продолжил держать стойку. Он был неподвижен, невозмутим и неизменен.

Кроме разве что двух деталей — его разрубленного меча и медленно соскальзывающей головы с его шеи.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Поразительная стойкость даже после смерти.

Стиг развеял текущие магические формулы и пошатнулся. Его сознание снова начало мутнеть.

Вениамин был хорошим противником, но недостаточно. Стиг уже не видел смысла прыгать вокруг таких, как он, экономя ману, когда рядом было полно куда более интересных воинов. Сражаться изо всех сил — вот в чем заключался изначальный смысл. Самосохранение не приоритетно.