Не та цель - Джон Демидов

проклятия — оно очень мало изучено, и поэтому в мире не существует методик, которые могли бы помочь побороть последствия этого проклятия, то есть…

— То есть вы их не лечите ВООБЩЕ? Просто потому что лечения нет?! — не веряще прошептал я, перебив целительницу, на что Кьяра беспомощно посмотрела на Августу, которой тоже совсем не нравилось, куда повернул разговор, однако к разочарованию целительницы она явно придерживалась моей позиции, и просто молча ждала развязки событий.

Осознав, что поддержки в моём успокоении ей не видать, она попыталась в очередной раз справиться своими силами, сказав:

— Исследования в этом направлении ведутся, и иногда у целителей случаются прорывы, после чего на специальной комиссии они получают разрешение на применение своего открытия, и тогда…

— И тогда вы приходите к моим маме с папой и проводите на них эксперименты? — зловещим шёпотом перебил я целительницу, вызвав этими словами испуганный вздох со стороны бабушки. Не давая ей вставить и слова оправдания, я продолжил давить:

— Ради чего мы ежемесячно отстёгиваем вашей больнице баснословные суммы? Куда эти деньги реализуются? Почему мои мама и папа вот уже 13 лет находятся в этом месте, а лечить их так никто и не пытался?!

— Невилл, Невилл, успокойся… — попыталась воззвать к моему рассудку Кьяра, и тут же продолжила:

— За твоими родителями всё это время осуществляется постоянный присмотр, мы ежедневно даём им Укрепляющий раствор и эликсир стабилизации. Это помогает их магии поддерживать активность, что в свою очередь улучшает их состояние…

Ребёнок может быть и принял такой ответ, вот только к сожалению целительницы я был совсем не ребёнок, да и что говорить… От нахлынувших эмоций меня не слабо так понесло, и тормозить на пол дороги было уже поздно, поэтому сузив глаза, внимательно наблюдая за этой женщиной, я тихо спросил у Августы:

— Бабушка… Какова цена в лавках на те зелья, которые назвала пока ещё уважаемая целительница?

Августа явно была очень сильно удивлена поведением обычно скромного внука, но тем не менее на прямо поставленный вопрос всё-таки ответила:

— Укрепляющий раствор он достаточно простой, так что в лавке его можно найти где-то за 5, может быть 7 сиклей. Эликсир стабилизации уже посложнее, и его стоимость колеблется в районе полутора галлеонов за порцию… Но зачем тебе это, внук?

Я отмахнулся от этого вопроса, потому что ответ на него станет и так известен прямо сейчас. Вместо этого я повернулся к Кьяре, и тихим голосом сказал:

— Итак… Предположим, что вы даёте моим родителям эти зелья два раза в день… Да чёрт с ним! Даже три раза в день, в чём я очень сомневаюсь… Это получается в районе 170 галлеонов в месяц за одного по самой высшей цене!

А с учётом того, что Мунго получает все зелья практически по закупочным ценам, или вообще бесплатно, то у меня возникает закономерный вопрос: куда деваются остальные 1650 галлеонов?

Выдав этот вопрос, я наконец-то почувствовал себя немного легче. Злость на долбанутую систему здравоохранения несколько подутихла, но теперь я начинал понимать, что при первой возможности постараюсь сделать так, чтобы родители получили помощь в другом месте, и желательно подальше от Британских островов…

Тем временем на лице целительницы застыла маска бесконечного удивления, а в глазах я заметил злость, и была направлена эта злость на маленького ребёнка, который ни с того ни с сего стал задавать очень неудобные вопросы. Больше чем уверен, что она с радостью бы заобливэйтила меня, да отправила домой, вот только к её сожалению я тут был не один, и у Августы похоже тоже были вопросы.

— Кьяра, мне кажется нам и правда надо поговорить… — тихо проронила бабушка, но в этом спокойном голосе была скрыта такая ярость, что я даже несколько поёжился.

Целительница вздохнула, и тихо сказала:

— Это вам не со мной надо говорить… Я простая целительница, и ничего тут не решаю.

Августа на это только спокойно кивнула, после чего тщательно контролируя эмоции спросила:

— Уизерби на месте?

Кьяра на это только кивнула, после чего грустным взглядом посмотрела нам в след, явно прощаясь с этим местом работы, и жалея о том, что распустила свой язык там, где не следовало.

Приблизившись к лифтам, Августа вызвала ближайший к нам, и когда решётчатые двери с лёгким металлическим звяканьем за нами закрылись, она резко повернулась ко мне, и не стесняясь эмоций крепко обняла, одновременно с чем сказала:

— Я горжусь тобой внук! Честно говоря — я так сильно переживала за Фрэнка, что когда в далёком 81-м мне озвучили цену их содержания, то не стала погружаться в детали, а просто заплатила, после чего даже не думала об этом… А сегодня, после твоих слов, у меня тоже очень много вопросов к этим мошенникам…

— Первый этаж. Холл и административные помещения, — раздался механический голос, и двери перед нами раскрылись, в очередной раз заставляя меня восхищённо любоваться этим местом, в котором волшебством дышал буквально каждый дюйм пространства.

Августа уверенно потащила меня куда-то в сторону от основного зала, и спустя несколько минут мы с ней подошли к дверям, на которых была аккуратная, несколько витиеватая надпись: «Гектор Уизерби».

Бабушка громко постучала в дверь, и не дожидаясь разрешения тут же раскрыла её, после чего мы сразу же вошли внутрь достаточно дорого обставленного кабинета, где за столом сидел представительный мужчина, лет пятидесяти на вид, в даже на вид дорого выглядящей зелёной мантии.

Бабушка явно была на взводе, поэтому она не стала выбирать выражения, а сходу начала предъявлять претензии:

— Гектор! Я не понимаю — что творится в твоей больнице? Почему моего сына и невестку как выяснилось мало того, что не лечат, так ещё и ставят над ними какие-то эксперименты, совершенно без моего ведома?! За что я плачу тебе такие сумасшедшие деньги?!

Мужчина за столом даже бровью не повёл на это представление, только лишь смерил нас обоих внимательным цепким взглядом, после чего произнёс мягким баритоном, который буквально обволакивал со всех сторон:

— Августа, здравствуй дорогая, не знаю кто и что тебе успел наговорить, но я больше чем уверен, что всё это одно большое недоразумение, и мы с тобой обязательно сейчас во всём разберёмся.

«Вот стелет!» — восхищённо подумал я, а тем временем Гектор посмотрел на меня, будто только