Надежда Пандоры (СИ) - Людмила Александровна Королева

— откинул мои длинные волосы назад, открывая доступ к шее. Его горячие влажные губы прикоснулись к пульсирующей венке на шее. Я прикусила губу, чтобы удержать стон наслаждения. Бальтазар поцеловал ключицу, потом плечо, а я таяла от его ласки. Пульс зашкаливал, и что-то горячее устремилось по венам, обжигая меня изнутри. В нос ударил дерзкий аромат с кофейными нотками. Этот мужчина сводил меня с ума своей силой, харизмой, тяжелым взглядом, прикосновениями умелых рук. Я теряла рассудок рядом с ним. Он действовал на меня как алкоголь.

Бальтазар прижал меня к стене. Зарычал, впиваясь в мой рот своими губами. Покусывал, сминал, пальцами сжимая мою грудь. Я чуть не задохнулась от нахлынувших эмоций. Волна страсти захлестнула нас. Казалось, что мои руки жили своей жизнью. Я зарылась пальчиками в его короткие, жесткие волосы, скользила ладонями по крепкой шее, цеплялась за его жилисты руки. Между бедер стало непривычно горячо. Тело налилось свинцом, и впервые остро ощутила желание. Мне хотелось, чтобы Бальтазар не останавливался, хотя понимала, что нельзя давать ему желаемое. Знала, что в таком случае, он потеряет ко мне интерес, а мне не хотелось лишаться его внимания. Он словно оголодавший покусывал мою нижнюю губу, а потом снова набрасывался в неистовом поцелуе. Его язык ласкал мой язык, вызывая волну дрожи. Одной рукой держал за затылок, а другой обхватил мою ногу, закидывая себе на поясницу. Прижался сильнее, жадно глотая воздух, смотря на меня затуманившимся от желания взглядом. Чувствовала, как грохотало его сердце под моей ладонью. Бедром ощущала степень его желания. Замерла, когда Бальтазар осторожно провел ладонью по моему бедру, остановился у кружева, отодвинул трусики в сторону, надавил пальцами на сокровенное и ухмыльнулся. Я не удержала стон.

— Если я отнесу тебя на кровать, ты опять исчезнешь? — прошептал он мне на ухо, прикусывая мочку уха. Я дрожала в его руках. Хотела его до ломоты, до скрежета зубов, но было чертовски страшно. Я боялась, что отдавшись тирану, потом не соберу свое сердце. Не видела я в его глазах любви. Да, я ему нравилась, но этого было не достаточно. Судорожно сглотнула, пытаясь справится со своими эмоциями.

— Да, я снова исчезну, вернусь на Землю, — прошептала я, тяжело дыша. Он смотрел в мои глаза, пытаясь понять лгала я или нет. Конечно, ему не хотелось терять игрушку, только поэтому он не применил ко мне силу. Понимал, что если я убегу на Землю, ему никогда не добраться до меня. Как я уже успела выяснить, он любил победы и не успокоится, пока не получит желаемое.

— Прости… Увлекся… Ты меня с ума сводишь. Я еще никого так не желал как тебя, — признался он, целуя мои припухшие губы. Прошелся по ним языком, дразня меня, смотря лукаво. Я готова была сдаться, держалась из последних сил, чтобы не поддаться соблазну.

Когда Бальтазар отстранился, я ощутила пугающую пустоту. Осознала, что за это время привязалась к правителю, рядом с ним мое сердце оживало. Я нуждалась в нем, как в кислороде. Неужели, влюбилась?

— Ну, если не желаете в кровать, леди Мила, тогда нам пора на совет, — вздохнул он, открывая передо мной дверь.

Зал совета располагаться на первом этаже. Это пространство способно вместить несколько тысяч посетителей. Вдоль стен стояли скамейки, обтянутые красным бархатом. В конце помещения на возвышенности стоял металлический трон, строгий дизайн, пугающий… Сиденье обтянуто золотым бархатом. По обе стороны от трона, стояли в ряд красные кресла.

Бальтазар повел меня к трону. Цоканье моих каблуков о мраморный пол, эхом разносилось по залу. Я любовалась обстановкой. Здесь преобладали красные и золотые тона. Большие окна пропускали солнечный свет. Стены украшены драгоценными камнями. Между окнами висели зеркала. Бальтазар остановился, заключил меня в объятия и страстно поцеловал. У меня весь дух выбило.

— Можешь занять вот это место, — предложил он, указывая на кресло, которое стояло через одно от трона по левую сторону.

Я кивнула и послушно села. Бальтазар создал себе другую одежду. На нем были черные брюки с серебренным отливом, белая рубашка и плащ в сочетании красного и золотого. На спине красовался герб королевства. На ногах кожаные ботинки. В его руках появился меч, который он поставил рядом с собой. Оружие невероятно красивое. Тонкая блестящая сталь, большая рукоятка, украшенная рисунком золотого дракона. Правитель сидел в троне так величественно, что пугал меня одним своим видом. Взгляд стал холодный, властный и непроницаемый. Губы натянулись в тонкую линию, на челюсти заходили желваки. Мне казалось, что передо мной другой человек, не тот, который пять минут назад страстно целовал меня, смотря с желанием и страстью.

В зале было три выхода. Люди прибывали на совет, занимая свои места. Рядом со мной села Валькирия. Мы с ней были по левую руку от правителя, а по правую сторону от Бальтазара занял место Энза, потом Марк, еще какие-то воины. Рядом с Валькирией села тетя Венера. Она вопросительно посмотрела на меня, но промолчала. Наш ряд заняли разные люди. Но одно место рядом с Бальтазаром было пустым. Я сгорала от любопытства, кто же займет это кресло, но никто так и не появился. Словно прочитав мои мысли, Валькирия прошептала мне на ухо.

— Пустое место когда-нибудь займет его жена. Я рада, что он позвал тебя. Вообще на совете присутствуют только члены королевской семьи. Мы помогаем правителю принять решение в спорном вопросе. На совете всегда очень скучно.

Стало понятно, почему между мной и Бальтазаром находилось пустое место. Между нами всегда стояла его будущая жена, и чтобы я не делала, мне не быть его половиной. Хотелось расплакаться от этой мысли. Собрался полный зал людей, около дверей расположилась охрана, среди воинов был и Михаил. Он улыбнулся и помахал мне рукой.

Я скромно улыбнулась ему в ответ, при этом заметила, как напрягся Бальтазар. Он прожигал меня тяжелым, ревнивым взглядом, а я сделала вид, что не замечаю этого. В середину зала вышел пожилой мужчина лет шестидесяти и громко сказал:

— Милорд, мы все рады, что вы здоровы! Итак… К вам хотят обратиться сэр Тимур и леди Анна, — с этими словами мужчина отошел в сторону, а двое названных вышли в середину зала и поклонились Бальтазару.

— Милорд, мы рады, что вы здоровы! Мы просим разрешение объединить нас в семью, — дрожащим голосом проговорил Тимур.

У меня бы тоже дрожал голос на его месте. Надо было видеть лицо правителя… Он все еще злился из-за того, что я ответила на приветствие Михаила. А злого Бальтазара