Надежда Пандоры (СИ) - Людмила Александровна Королева

и пытается тебя завоевать, поэтому ты ему интересна. А леди Адель сдалась без боя, провела с ним ночь, стоило ему поманить пальцем. Он сразу же потерял к ней интерес.

Наверное, Валькирия права… Все дело в том, что я отвергла правителя, вот он успокоится не может, мечтает заполучить меня любой ценой. Даже готов уступить в чем-то.

— Я вот одного понять не могу… Если вы с Бальтазаром умеете подчинять себе огонь, почему вы сразу всех не спалили? Зачем сражаться на мечах? — сменила я тему.

— Почему ты не знаешь, таких очевидных вещей? — удивилась она.

Ах, да! Она же еще не знает мой секрет…

— Валькирия, я с Земли. Пришла найти отца… На Пандоре я совсем недавно, поэтому многое для меня не понятно, призналась я подруге.

У принцессы открылся рот от удивления.

— Ты дочь Картерия! А я все не могла понять, почему твои черты лица мне знакомы, — выдохнула она.

— Ты знала моего отца? — уточнила я на всякий случай.

— Конечно. После того, как Картерий спас жизнь моему папе, отец часто приглашал его в замок. Картерий рассказывал королю про Землю, а мы с Бальтазаром слушали его истории как сказку. Он был очень хорошим человеком. К нему многие прислушивались. Теперь понятно, почему ты спросила про нашу силу. Видишь ли, всем детям королевской семьи дан особый дар… Дар тьмы…Чем ближе человек к трону по родословной, тем могущественнее. Используя его, мы тратим много сил. Если правитель не удержит контроль над даром, то его душу окутает тьма, а с ней бороться тяжело. Бальтазар трижды срывался, и тьма поглощала его… В те времена была страшная беда. Брат тогда спалил половину королевства, погибли и дети, и женщины, и мужчины. Отец с трудом его остановил. Когда Бальтазар в гневе все его бояться. Ведь никто не хочет, чтобы демон вышел на свободу. Отец два года назад умер, поэтому сейчас брат самый могущественный в своем королевстве. Вот мы и осторожничаем, когда используем свой дар.

— Теперь все понятно, — сказала я, ощутив дрожь в теле. Значит, выводить из себя правителя — опасно… А я в последнее время только это и делаю…

— Прости меня, леди Мила, — прошептала Валькирия и отвела взгляд в сторону.

— За что? — не поняла я и нахмурилась.

— За то, что смотрела на тебя с презрением. Я думала, что ты очередная игрушка брата, и меня злило то, что он взял тебя на осмотр владений, словно ты член нашей семьи. Раньше он никогда никого не брал с собой. Прости, что плохо о тебе думала.

— Ну что ты! Я и не обижалась на тебя, — честно призналась я. Подошла к Валькирии и обняла ее. — Чтобы не случилось, знай, я всегда буду считать тебя своей подругой, Валькирия!

— И ты для меня стала настоящей подругой… Все остальные только создают иллюзию дружбы.

Я была счастлива, потому что на Пандоре у меня появилась подруга. Ведь в этом мире, у меня кроме Авроры никого близкого нет, с кем можно поговорить по душам. Сестра, наверное, очень переживала за меня, я ведь не сообщила ей, что уехала с Центрального замка в Черный замок. Нужно обязательно отправить ей послание, а еще написать письмо маме, чтобы она не волновалась. Легла на диван и закрыла глаза. Перед мысленным взором так и стоял образ Бальтазара. Прикоснулась пальцами к губам, вспоминая наш поцелуй. Мне нельзя поддаваться иллюзии. Понимала, что он наиграется и бросит, а мне придется собирать свое сердце по осколкам… Но я отгоняла от себя плохое предчувствие, надеялась, что между нами мог вспыхнуть огонек любви.

ГЛАВА 8

Утром разлепив веки, наткнулась на взгляд Бальтазара. Пару раз моргнула, но правитель никуда не исчез. Сидел в кресле напротив дивана и внимательно наблюдал за мной. Меня накрыло чувство дежавю. Я бросила быстрый взгляд на соседнюю кровать, но Валькирии там не было. Посмотрела на Бальтазара. Он развалился в кресле, волосы взъерошены, а взгляд впервые мягкий и игривый. Черные брюки и темно-синяя рубашка… Никогда бы не подумала, что он правитель огромного королевства.

— Ты что тут делаешь? — спросила я, нахмурившись.

Он оставит меня когда-нибудь в покое или нет? Бальтазар обиженно посмотрел на меня и хмыкнул.

— Думал, что ты будешь ко мне добрее, все-таки я спас тебя, — заявил он ледяным тоном.

Мне стало стыдно. Теперь я ему обязана жизнью… Причем дважды…

— Прости… Еще раз спасибо за то, что спас меня. Так, что ты тут делаешь? Почему целители выпустили тебя из лазарета? — поинтересовалась я.

Он состроил недовольную гримасу.

— Я в порядке, — небрежно махнул он рукой. — Они настаивают на постельном режиме, но я не люблю чувствовать себя слабым. Энза тоже сбежал от целителей. Он сейчас с Валькирией. Я зашел узнать, не составишь ли ты мне компанию на скучном совете? Увидел, что ты еще спишь и решил дождаться твоего пробуждения, — пожал он плечами.

— На совете? Надеюсь, там не будет казней? — сглотнув, спросила я.

Бальтазар хмыкнул и покачал головой.

— На Земле нет убийств? — немного раздраженно поинтересовался он.

Честно сказать, его вопрос меня озадачил. У нас нет казней, но вот убийств в мире много. Люди постоянно гибнут то в автокатастрофах, то в авиакатастрофах, то землетрясения, то наводнения лишают людей жизней. Но знать об этом одно, а видеть казни своими глазами — это совсем другое. Конечно, смерть есть во всех мирах. Но на Земле ее присутствия я не ощущала. А на Пандоре смерть разгуливает слишком близко.

— На Земле все иначе. Меня напугала прошлая казнь… И сражения. Теперь кошмары снятся, — призналась я.

— Постараюсь сегодня проявить милосердие ради тебя, — хмыкнул он, смотря на меня алчным взглядом.

Я закатила глаза и прошла мимо него в ванную. Что же надеть на совет? Создала нежно-голубое прямое платье. Волосы локонами падали на обнаженную шею и плечи. Туфли на каблуке. Отражение в зеркале мне понравилось. Мило, нарядно и все бесплатно. Чудно! Легкий макияж завершил нежный образ.

Вернулась в комнату. Бальтазар стоял у окна и задумчиво смотрел вдаль. Мне оставалось только гадать, какие мысли летали в его голове. Правитель повернулся и посмотрел на меня с восхищением.

— Такое платье подойдет для совета? — спросила я и покружилась перед ним.

— Ты так прекрасна! — выдохнул он и подошел ко мне.

Одной рукой подтянул меня за талию к себе, а другой