Космопсихолухи. Том 1 - Ольга Громыко

– Ну привет, – ухмыльнулся Тед, прислоняясь к косяку. – Что ты тут делаешь?

Рыжий поднял голову, одобрительно посмотрел на воскресшего друга и как ни в чем не бывало сообщил:

– Тебя жду.

– Со вчерашнего дня?!

– Ага. Остальных выгнали, а я сказал, что ты мой хозяин и у меня приказ тебя охранять.

– А как же Станислав Федотович?

– Развел руками и подтвердил. Я ему каждый час сообщения отправляю, как ты тут. И каждые пятнадцать минут – Полине с Ликой.

– На фига такие жертвы-то? – смущенно проворчал Тед. – Если что, вам бы сразу позвонили.

Дэн философски пожал плечами:

– Какая разница, где сидеть – здесь или на корабле? Зато я, кажется, наконец понял, почему вы с Ликой постоянно цапаетесь.

– Ну и почему же?

– Потому что она твоя сестра, – серьезно ответил киборг. – А ты мой друг. Но иногда такое выкидываешь, что хочется дать тебе по шее!

– Зато я флайер спас, – смущенно проворчал Тед. – И Лику.

– Если бы с тобой полетел я, этого вообще не произошло бы.

– Ну произошло бы что-нибудь другое или в другой раз, – фыркнул пилот (не хватало еще, чтобы виноватым в этой дурацкой истории чувствовал себя Дэн!). – Брось, ты ж не можешь повсюду за мной таскаться!

– Как и ты за Ликой. – Рыжий встал. – Ладно, пойду я, пожалуй. А то главврач и начальник охраны уже строят планы отлова меня с помощью шприца со снотворным. Безнадежная идея, но не хочется поднимать шум.

Станислав смирился с необходимостью отложить отлет до конца недели, как сказали ему в больнице, но Тед заявился на корабль уже следующим вечером.

– Да ну, что там впустую валяться-то? – беспечно отмахнулся он от разгневанного Вениамина, с профессиональной мнительностью пророчащего беглецу всевозможные рецидивы и осложнения. – Еда гадкая, койка неудобная, медсестры уродливые, и надо же Лику в пассажирский космопорт отвезти!

Попытка запихать Теодора в корабельный медотсек провалилась: пульс – давление – кровь – реакции у пилота оказались по нижней границе нормы, и доктор скрепя сердце признал его условно годным к работе.

Услышав знакомый голос, в медотсек заглянул Михалыч, как раз закончивший починку флайера. При виде пилота механик разулыбался, переложил лазерный резак из правой руки в левую и протянул парню широкую заскорузлую ладонь, но тот вытаращил глаза и, ограничившись робким приветственным помахиванием, по стеночке улизнул в коридор.

– Чттснм? – обиженно поинтересовался Михалыч.

– Теодор! – Вениамин так выразительно закатил глаза, будто это все объясняло.

На корабле одуряюще пахло Ликиным печеньем, но на «кухне» сестры не оказалось. Печенья тоже – за минувшие дни команда нанервничала себе зверский аппетит и расхватала лакомство прямо с противня, бессовестно брошенного на столе. Тед завистливо посмотрел на оставшиеся от печенек кружочки, обругал проглотов и пошел к Ликиной каюте.

Непричесанная и ненакрашенная сестра сидела на койке, поджав ноги, и мрачно смотрела в открытый, но пустой чемодан.

– Малая, ты собралась? – вопреки увиденному, поинтересовался пилот.

– Тедди! – встрепенулась девушка. – Тебя уже выписали?!

– Можно и так сказать, – ухмыльнулся пилот, не собираясь рассказывать ни ей, ни тем более Дэну, чем он шантажировал врача. – А что ты сидишь-то? До рейса на Асцеллу меньше двух часов осталось!

Лика снова понурилась.

– А стоит ли мне туда лететь? – пробормотала она, теребя свой шуршаще-звенящий амулетик.

– Ты чего это? – удивился Тед, присаживаясь рядом. – Той тараканихи, что ли, испугалась? Забей, мы ей просто в неудачный момент подвернулись! Или выбери для изучения какую-нибудь мелкую и миролюбивую расу, вон хотя бы тех же аммов – они ж тебе вроде понравились?

– Да, но… Я тут подумала… Кажется, ксенопсихология – все-таки не мое… – Лика искоса глянула на заметно осунувшегося брата и еще нервознее вцепилась в амулет. – Ты был прав, фигня все эти книги и тренинги… С аммами мне просто повезло, а чуть до чего-то более серьезного дошло – облажалась по полной и как «психолух», и вообще… как дурочка себя повела, столько ошибок наделала… Ты из-за меня чуть не погиб! – наконец вырвалась у нее настоящая причина. – А вдруг…

– Ерунду ты подумала, – уверенно перебил ее Тед, а когда Лика попыталась возразить, безжалостно рубанул: – Да, ты облажалась! И что с того? Ты же пока даже не пробовала по-настоящему учиться, полезла нахрапом, ну и получила по морде. Любой бы получил, тебе еще повезло, что со второго раза! И из-за этого ты хочешь все бросить, поджать хвост и вернуться к мамочке на ферму, пусть жалеет, гладит по головке и приговаривает: «Ничего, мы тебе и тут мужа найдем»? – (Сестра в ужасе выронила амулет.) – Малая, у всех бывают проколы и обломы! Я вон вообще первый семестр завалил.

– Правда?! – округлила глаза Лика. – Ты не рассказывал!

– Да что там рассказывать, позорище, – поморщился Теодор. – Решил выпендриться и посадить учебный катер между двумя другими, хотя полагалось приземлиться за пятьдесят метров и вкатиться в строй. Но чуток не рассчитал и сел вторым слоем.

– И что?

– Да ничего. Потом две недели за преподом таскался, еле-еле на пересдачу уломал, и то минимальный балл влепили.

– А что ты при этом чувствовал? – жадно поинтересовалась сестра.

«Что эту рухлядь давно пора было списывать», – подумал Тед, но поднапрягся и вдохновенно соврал:

– Сначала аж руки-ноги тряслись, пять минут взлететь не решался. Зато когда отработал задание, сел и двигатель выключил, сразу так хорошо стало, будто целую пиратскую армаду положил! Так что давай подбирай сопли – и снова в бой!

– Так ты считаешь… – неуверенно начала девушка.

– Живо беги мыться и собирать вещи! – цыкнул брат, коварно ущипнув ее за ягодицу для ускорения. – А то на рейс опоздаем!

Сестра с писком вскочила, потирая попу, но так никуда и не побежала.

– Ты на меня сильно злишься? – жалобно спросила она.

– Безумно, – заверил ее Теодор. – Щас ремень из штанов вытащу и живо научу тебя старшего брата слушаться!

Лика неуверенно улыбнулась и вымученно пошутила:

– Свалятся!

– Ничего, буду придерживать, а с тобой и одной рукой справлюсь. – Брат непререкаемо показал ей на дверь.

На этот раз девушка послушно вышла, но с полкоридора вернулась, смачно чмокнула Теда в щеку и снова умчалась.

На дробный топот туда-сюда из каюты выглянула Полина и, когда Лика наконец скрылась в ванной, подошла и с надеждой спросила у друга:

– Она все-таки летит в университет?

– Куда ж ей еще деваться-то? – снисходительно ухмыльнулся пилот.

– Какой ты молодец! – восхитилась зоолог. – А то она всерьез собиралась отказаться от стипендии, даже письмо в деканат составила. Здорово, что тебе удалось ее переубедить!

– Не то слово! – с содроганием подтвердил Теодор. – Иначе пришлось бы ее обратно через полгалактики тащить, я б тогда точно концы отдал!

Полина понимающе улыбнулась, но выводить друга на чистую воду не стала. Просто вытащила и торжественно протянула ему заныканную в кармане печеньку.

Пассажирский космопорт отличался от грузового специализированными залами ожидания: хлорным, водным и кислородным в зависимости от потребностей путешественников. Для самых привередливых имелись индивидуальные барокамеры, где можно выставить состав атмосферы, давление и гравитацию с точностью до сотой доли процента. Впрочем, большинству пассажиров удавалось приспособиться к стандартным двадцати пяти процентам кислорода, а авшуры, по слухам, могли выдержать и местные одиннадцать, но предпочитали сидеть под куполом вместе с остальными, дыша по полной (не иначе как из жадности).

До рейса оставалось всего ничего, зал был переполнен улетающими и провожающими.

– Как удачно я в больницу загремел! – заметил Теодор, придирчиво осмотревшись, принюхавшись и скривившись. С остальной компанией Лика наскоро, но оттого не менее душевно распрощалась еще у шлюза. – А то пришлось бы тебе тут два дня на стульях куковать.

– Да ну ее к чертям собачьим, такую удачу! – ужаснулась девушка. – Покуковала бы, фигня вопрос.

– Малая, ты же девушка, – в шутку упрекнул ее пилот. – Что это за «к чертям», «фигня»?

– Ерунда, – отмахнулась Лика. – Уж при тебе-то я могу побыть самой собой!

– Крутым пацанчиком?

– А то! Может, по пивку напоследок вдарим? – подмигнула девушка. – Станислав Федотович уже не видит.

Теодор с интересом поглядел на барную стойку, но, обнаружив свою любимую марку светлого, неожиданно приуныл:

– Блин, а капитан-то прав… Вечно я всякой дряни малолеток учу!

– Малолетки сами учатся, – утешила его сестра. – У тех, кем восхищаются.

– Угу… – Тед вспомнил своего кумира Манкса, оказавшегося слабаком и подлецом, и помрачнел еще больше. Раненая нога (как назло, правая) довершала сходство с хромым пиратом. – А если восхищаться там на самом деле нечем?