Надуй щеки! Том 9 - А. Никл

кем не был знаком. И прислушивался к разговорам, которые вели эти респектабельные граждане.

Разговоры в таких группах почти всегда сводились к одному и тому же: кто какие объекты сдал, где, какие тендеры выиграл, какие инновации собирается внедрять, какие новые производства появились, и так далее, и тому подобное. Про деньги, про бизнес, про объекты.

По сути, менялись лишь названия и цифры, а общая риторика и направленность оставались неизменными. Чан Ан хорошо это знал и помнил, как раньше ему безумно хотелось зевать на подобных сборищах. Но теперь, вместо этого он навострил уши и ловил чуть ли не каждое слово.

— Ну вот, — говорил глава фирмы, занимающейся цементом, — они мне привозят песок, а я смотрю, там вместо заявленной фракции песок чуть ли не в два раза крупнее. Я ему говорю: «Да кто ж у вас такое возьмёт? Он же ничего держать не будет». Ну и так далее.

Чан Ана интересовало одно: возможно, кто-то упомянет что-то действительно важное именно для него. И периодически такое случалось.

— А я вот попробовал облицевать здание необычной плиткой, как делал до этого, а алюминиевыми листами, — поделился один из строителей бизнес-центров.

Чан Ан поймал себя на том, что чуть ли не встал в стойку, как охотничий пёс.

— И могу сказать, что это тоже неплохие вложения. Во-первых, затраты меньше, чем на плитку; во-вторых, металл этот не поддаётся коррозии, достаточно хорошо выглядит даже без покраски. Но есть свои тонкости в работе…

Чан Ан дождался, пока человек выскажет все свои соображения, затем другой директор фирмы ответил ему, после чего в разговоре повисла пауза. И тут, как будто невзначай проговорил:

— Да, алюминий нынче снова приходит в тренды. Я вот сумел закупиться ещё до подорожания. Вам, кстати, пока не нужно? А то обращайтесь.

В душе Чан поругал себя за то, что кривовато высказался. Надо было говорить ещё более завуалированно. Но, что уж поделать. В следующий раз будет мягче в высказываниях.

Человек, рассказывавший о достоинствах алюминиевой обшивки, посмотрел на Чан Ана и прищурился.

— Уважаемый господин Ан, — проговорил он негромко и как будто огляделся по сторонам, — я с большим пиететом отношусь и к вам, и к вашему отцу, но вы же должны понимать, что такие поставки тщательно оговариваются.

— О-о-о, без проблем, — Чан Ан сделал такой вид, будто не предлагал ничего конкретного, а лишь вскользь упомянул: — Я готов обсудить любые варианты, если вам это, конечно, интересно.

— Что ж… — бизнесмен явно оказался озадачен и даже потянулся почесать затылок, но тут же опомнился и одёрнул себя. — На ближайший год контракты уже заключены. Но давайте обменяемся контактами и, возможно, через год, если ваши предложения останутся в силе, я их рассмотрю.

Чан Ан едва сдержался от того, чтобы не сказать: «Через год будет слишком поздно».

Нет. Если он собирается задержаться на этом рынке, именно сейчас ему нужно нарабатывать контакты. Когда-нибудь какие-то из них обязательно «выстрелят» и принесут прибыль.

Но понятно, с первого раза пристроить всю свою партию металла не получилось. К сожалению.

Затем он постоял у другой группы, у третьей, у четвёртой. Вновь поднялся разговор о металле, правда, не об алюминии, а о контейнерной стали. Но даже тут Чан попробовал легко, намёками сказать, что и у него в распоряжении тоже есть кое-что.

Собравшиеся лишь усмехнулись, то ли не приняли его слова всерьёз, то ли просто посчитали несколько наивным.

Чан Ан не расстроился. Наоборот, он даже почувствовал уверенность, что вот сейчас он немного скорректирует свою риторику и, возможно, сумеет найти общий язык со всеми этими серьёзными, сосредоточенными на строительстве людьми. В конце концов, он же видел, как это делает его отец.

И вот в этот самый момент, отойдя от очередной группы, он вдруг нос к носу столкнулся с собственным старшим братом.

На лице Ке Ён Ана расплылась презрительная ухмылка, слишком знакомая Чан Ану. В глубине души он даже признался себе, что в последнее время стал её забывать. Но Провидению было угодно напомнить ему, каким на самом деле был его брат.

— Ты чё здесь забыл, щенок? — шёпотом, сквозь зубы проговорил тот, пока ещё стараясь не привлекать к себе особого внимания.

Чан Ан не стал отвечать. Он просто отвернулся, заметил группу молодёжи, всего на несколько лет старше его самого, и поспешил присоединиться к ним.

Молодёжь, в отличие от более старших чеболей, приняла Чан Ана в свою группу достаточно благосклонно. Его даже начали аккуратно расспрашивать: откуда он, с какой фирмы, что у него есть и так далее. Чан Ан отвечал.

Более того, он даже выделил среди шестерых человек, двоих которые особенно ему импонировали. Один из них руководил как раз крылом строительного бизнеса, где использовались различные металлы, включая листовой алюминий.

Чан Ан понял: ему необходимо развивать это знакомство. И, возможно, через некоторое время он сможет встроиться в цепочку поставок.

Но только он забыл о своём старшем брате, как тот напомнил о себе, причём довольно грубо.

Он вывел Чан Ана из круга молодёжи, причём сделал это с демонстративной небрежностью, будто отстранял надоедливого мальчишку. Затем негромко, но так, чтобы все слышали, сказал:

— Слышь, мелочь, чё ты вообще тут делаешь? Бездарь. Давай вали, большие дяденьки без тебя всё решат.

Чан Ан почувствовал, что внутри него вспыхнул яростный огонь, тот самый, что годами требовал отомстить брату за все годы насмешек.

— Че ты ко мне лезешь? Иди вон. Крыши для начала научись делать.

— Чего⁈

Старший брат сначала опешил, потом попытался что-то ответить, но слова завязли у него во рту. Лишь спустя долгую минуту он смог хоть что-то выдавить из себя. Только Чана уже рядом не было.

— Ах ты… откуда?..

* * *

Ке Ён Ан подошёл к отцу, пребывая в бешенстве. Гвон Ан, человек делового склада характера, сразу заметил это. И ему не понравилось, как ведёт себя его старший сын.

Подобным образом себя вести было не принято не только на подобных вечерах, но и вообще в среде бизнесменов, ворочающих крупными суммами. Эмоции здесь почитались скорее за слабость, нежели за добродетель.

А вот его старший сын был крайне подвержен эмоциям.

Хотя и сам Гвон Ан был буквально в ярости, когда ему донесли, что творит на своих объектах его старший сын, пытаясь экономить на всём, на чём только можно. Его действия ставили под