Стать фениксом - Путешественница

сна, и я содрогнулась от ужаса и отвращения. Память, как на зло, услужливо подбрасывала то один, то другой фрагмент сна и, казалось даже, создавала новые. Я замотала головой из стороны в сторону, пытаясь отогнать навязчивые образы.

— Нет, я учусь в Академии. Это был просто кошмар. Я учащаяся Академии фениксов.

«Фениксов… — отозвалось что-то чужеродное, но едва ощутимое глубоко внутри. — Феникс», — вздохнуло оно с какими-то вопросительными интонациями.

Я замерла, пытаясь понять, что это такое и откуда оно во мне взялось. Однако, как я ни прислушивалась, больше ничего не услышала и не почувствовала. И это было странно. Что со мной? И что это такое было?

Я тщетно прислушивалась к себе, но ничего больше не ощущала. Неведомое существо будто растворилось. И было ли оно вообще живым существом? Ответов не появлялось, а вопросы всё накапливались.

Более-менее придя в себя, я поняла, что продолжаю дрожать, но уже от холода, а всё тело покрыто противным липким потом.

Взяв со шкафа свежую одежду, я направилась в душ. Коридоры были всё ещё пусты, но я ощущала, что вскоре они наполнятся учащимися, спешащими в столовую. Так что нужно поторопиться.

Стоя под холодными струями воды, я с удивлением поняла, что моего браслета на руке больше нет. Но он же вчера не снимался, как я с ним ни мучилась. А потом просто сам, что ли, отстегнулся? Бред получается. Лучше бы Безрак объяснил, как этой штуковиной пользоваться, а не писал глупые записки.

Возвращаться в комнату не хотелось, но нужно было взять пару книг, чтобы отдать наставникам, и поискать злополучный браслет. Последний нашёлся на удивление быстро. Он, как ни в чём не бывало, лежал прямо посреди постели полускрытый сбившимся одеялом. Сам он был призывно растёгнут, будто хотел, чтобы я его одела.

Повертев в руках украшение и вспомнив, как вчера с ним намучилась, я решительно защёлкнула браслет и запихнула в тумбочку. А то ещё какие выбрики мне устроит в самый неподходящий момент. Видно поняв, что я не собираюсь его одевать, украшение недовольно звякнуло, чем вызвало у меня злорадную ухмылку. Нечего было вчера бренчать на всю Академию.

Решительно задвинув ящичек, я подхватила пару книг (я оказалась единственной, кому приходилось таскать их в руках. Остальные ученики и наставники каким-то образом складывали необходимые вещи в какие-то пространственные карманы, роль которых играли ученические браслеты либо кольца учителей). Мне в этом смысле не повезло: эти, несомненно полезные для других вещицы, что-то наотрез отказывались работать со мной.

В дверях я столкнулась с удивлённым Даром. Одногруппник только собирался культурно постучать. Осветив феникса солнечной улыбкой, я не удержалась от маленького хвастовства:

— Как видишь, я и сам могу вставать. Без твоей дикой побудки. — Сказав это, я тут же помрачнела, вспомнив причину своего столь раннего подъёма.

— Тогда пошли завтракать, — как ни в чём не бывало предложил светлый. — Кстати, ты помнишь, что завтра за день?

Порывшись в памяти, я отрицательно помотала головой, удивляясь про себя, как это Дар ведёт себя со мной, будто не было моего вчерашнего поступка. Я бы на его месте даже разговаривать не стала.

— Ну ты даёшь. Завтра день домоводства.

— Чего? — уставилась я на одногруппника, думая, что неправильно расслышала. Но, судя по невесёлой улыбке светлого, с ушами у меня пока всё в порядке.

— День домоводства. Каждому ученику дают в зубы по тряпке и отправляют драить комнаты, менять постель и стирать её и кое-что из одежды.

— Жестоко, — оценила я масштаб угрозы. — А почему только сейчас? Мы ведь учимся уже больше пяти лун.

— Старшие каждую луну этим занимаются, а на наши комнаты какие-то плетения навешивают. Вещи же мы обычно сдаём на склад, где их и стирают.

— А наставники точно уверены, что результат будет стоящий? — усомнилась я в целесообразности подобной затеи.

— Ну-у, если учесть, что после третьего дня даже Мэриот стал бережно относиться к своим обязанностям… — усмехнулся Дар. — Так что готовься. Ты ведь не хочешь провести следующую луну в соседстве с необычными плетениями, на выдумки которых, поговаривают, так способен наставник Рэган.

— Неужели всё так страшно?

— Местные клопы и тараканы прилагаются в комплекте.

— Но в Академии же нет клопов, — растерялась я.

— Оказывается, есть. И очень даже много.

Честно сказать, я совершенно не поверила одногруппнику. Где это видано, чтобы десяти-одиннадцатилетние дети сами стирали эти тяжеленные одеяла? Да я ж с ним потону!

Однако меня заинтересовал и другой вопрос: кто обычно занимается стиркой? Меня, несмотря на все прегрешения, отправляли только на кухню, а других, значит, могут и на склад? Грязную одежду мы просто сгружали в складском помещении в специально отведённых местах, а брали на замену чистую.

— Послушай, а одежду нам кто обычно стирает?

— То ли с помощью техники, то ли ещё как, но точно не вручную. А вот когда будем стажироваться на полигонах вне Города, то сами будем всё делать.

— Так значит, в самом Городе это нам не грозит?

— Нет, что ты. Слишком дорого получается. Вода стоит баснословные суммы, и тратить её на стирку вещей не выгодно. Тогда уж проще новые купить, если техника не может справиться.

— Но тогда зачем нам?..

— Считается, что мы должны при надобности и готовить, и стирать, и латать, и чинить.

— Понятно.

Так значит, это просто часть обучения. Элитного обучения. Я не удержалась и хмыкнула. Это ж надо, выпускники Академии умеют не только сражаться и выживать в экстремальных условиях, но и есть всякую дрянь и штопать себе носки. Бедненькие. Богатенькие сыночки. Они, небось, за отцовские деньги ожидали совершенно другого к себе отношения.

В столовой, казалось, обсуждались лишь две темы: завтрашний день домоводства и вчерашний «призрак в цепях», как окрестили его ребята. Я впервые видела, чтобы здесь было так шумно. Повертев головой из стороны в сторону, Дар потянул меня к группе знакомых мальчишек. Честно говоря, я сразу не поняла, о чём идёт речь и почему я не в курсе, но когда сообразила… надеюсь, отросшие волосы скрыли мои пылающие щёки и уши.

— Наставники вообще обнаглели? Выпускать такую зверюгу пусть даже и в комендантский час, — возмущался Райан. — Или это у них такое новое испытание?

— Чего ж ты не выглянул и не шуганул этого призрака? — поддел Мэриот. — Небось даже из-под одеяла боялся нос высунуть.

— Ничего я не боялся! — вспылил в ответ Райан. — Но ведь это же комендантский час, а в это время нельзя в коридор выходить.

— Дар, а ты как отнёсся к появлению призрака? — поинтересовался Мэриот, прекратив третировать Райана.