Правило русского спецназа - Роман Злотников

— Чей корабль? — спросил Небогатов.

— Только что идентифицировали. Грузовоз компании «Макнамара». Капитан — Джеймс Макдиган, масса покоя…

Модуль с ревом рвал атмосферу, за бортом крутились плазменные вихри. Полубоя вдавило в кресло, однако сильного дискомфорта он не ощутил и потому удивился, увидев на датчике, расположенном на панели управления, что перегрузка составляет 5g.

Небогатов попытался что-то сказать в микрофон, эднако смог только хрипло выдавить — «отбой».

Старшина с налитыми кровью глазами навис над тультом. Кисти рук со вздутыми венами плавно порхали над сенсорами управления — видно, старшине было не впервой стартовать на запредельном ускорении.

Перехватчики нагнали модуль только перед самым доком, когда старшина уже ввел его в обозначенный габаритными огнями коридор подхода.

Магнитные захваты со звоном цапнули модуль и завели его в ангар. За обшивкой засвистел нагнетаемый воздух. Не дожидаясь, пока давление окончательно выровняется, Небогатов спрыгнул на палубу и устремился к лифту, ведущему на мостик. Полубой едва поспевал за ним.

На мостике находились Гаркуша, Краснов и лейтенант Титов. Небогатов приказал включить проекцию обзорного экрана на максимальное увеличение. Теперь транспорт был виден во всех подробностях: побитый, местами в подпалинах корпус, вскрытые грузовые секции — видно, недавно разгрузились, прилепившийся к корме доковый буксир.

— Что предприняли? — спросил Небогатов.

— Пока ничего, — ответил Гаркуша, — в принципе можно его не трогать — ничего они не узнает.

— Но дураков надо учить. — Небогатов посмотрел на Титова. — Ну-ка, лейтенант, просканируй его. Не настолько же они идиоты, чтобы предположить, что мы не заметим сканирование? А каков вопрос — таков ответ.

Через пять минут офицеры с интересом разглядывали расцвеченную схему транспортника. Гаркуша, в начале карьеры служивший на корвете в охране транспортных караванов, со знанием дела разъяснил расположение основных узлов и агрегатов корабля. Впрочем, в основном для Полубоя, поскольку остальные и так прекрасно разбирались в предназначениях корабельных отсеков.

— Мостик, рубка связи, кубрики команды, энергетическая установка. Лейтенант, переключитесь в режим определения электромагнитных излучений. Ага, — Гаркуша ткнул пальцем, — вот откуда они пытаются нас рассмотреть. Что-то не помню я, чтобы на грузовиках стояли сканеры такой мощности.

Небогатов повернулся к обзорному экрану и недобро прищурился.

— Сергей Александрович, вы, помнится, мечтали испытать «микроволновку» в боевых условиях?

— Разрешите приступать? — с готовностью отозвался Краснов.

— Действуйте. Точка фокуса на обшивке, а по мере распада — углубление до источника излучения. Режим — метал и сплавы.

Краснов быстро устроился за отдельным пультом, поиграл пальцами в воздухе, как пианист, разминающийся перед концертом, и опустил руки на клавиатуру.

Гаркуша увеличил изображение участка корпуса транспорта, по которому наносился удар. Полубой подался вперед, стараясь увидеть все в подробностях.

Несколько секунд ничего не происходило, затем внезапно кусок внешней обшивки исчез, будто кто-то огромный откусил кусок транспорта. В образовавшееся отверстие, диаметром не менее полутора метров, ударил фонтан мгновенно кристаллизующегося воздуха.

— Титов, что на сканере?

— Засуетились, господин капитан первого ранга.

Сканер показывал хаотические перемещении биологических объектов по всему грузовому судну — команда занимала места по аварийной тревоге.

— Сергей Александрович, а теперь медленно продвигайтесь вперед. Пусть успеют эвакуировать отсек.

Через пятнадцать минут в борту транспорта образовался тоннель, углубившийся в корпус почти до половины его диаметра. Металл в месте воздействия «микроволновки» менял структуру и терял молекулярные связи, рассыпаясь в пыль. Часть команды выбросилась в аварийных капсулах, к которым от мастерских и ремонтных боксов спешили спасательные катера, другая часть, задраив люки и переборки, ожидала спасателей на корабле. Сканер и рубка связи были полностью разрушены, однако никто из людей не пострадал.

— Ну вот, — удовлетворенно сказал Небогатов, — а мы вроде бы и не при чем. Так, господа офицеры?

— Летают на ржавых гробах — вот и результат, — первый помощник сокрушенно развел руками.

— Да, космос не прощает разгильдяйства. Кстати, Титов, запросите транспорт: не нужна ли наша помощь?

Полубой отвел Небогатова в сторону.

— Ты говорил, что управляющий «Макнамары» помог получить разрешение на ремонт в доке.

— Да, — кивнул Кирилл, — теперь понятно, зачем ему понадобилось помогать нам. Я уверен — это не частная инициатива капитана грузовика. Но для чего проводилось сканирование?

— Или для кого? — уточнил Касьян.

— Думаешь, стоит запретить увольнения на берег?

— Вот тогда они и почувствуют, что здесь что-то не то. Эту аварию могут списать на изношенность корпуса или что-то в этом роде?

Небогатов в задумчивости потер подбородок.

— Скорее всего. «Микроволновка» — секретный экспериментальный образец и, видимо, в серию не пойдет и на вооружение взята не будет — слишком небольшая дальность применения. Это — оружие каперов или диверсионных групп. Но даже если О’Киф узнает, в чем дело, то винить, кроме себя, ему будет некого. Вряд ли губернатор, сколь он ему ни обязан, поддержит его, если управляющий решит жаловаться на «неспровоцированное нападение» русских.

К исходу дня «дед» Трегубов доложил Небогатову что ремонт будет закончен через сорок восемь часов. Не такой уж и большой срок, если принять во внимание повреждения, которые получил «Дерзкий», однако и не маленький. Тем более что, как показали дальнейшие события, компания «Макнамара инк.» не собиралась ограничиваться только сканированием русского эсминца. К тому же О’Киф чувствовал себя вправе сделать попытку отыграться за неудачу.

На всякий случай Небогатов решил подстраховаться и послал запрос начальнику порта, в котором выразил обеспокоенность соседством «Дерзкого» с аварийным судном и попросил отбуксировать транспорт подальше. Просьба была удовлетворена — грузовик оттащили в дальний конец дока.

Глава 17

Следующие сутки прошли спокойно — больше никто не пытался ни сканировать эсминец, ни еще каким-то образом воздействовать на «Дерзкий». Сменялись вахты, ремонтные бригады в авральном режиме перемонтировал и энергетическую установку. Главный по энергетике — капитан-лейтенант Трегубов за прошедшие двое суток не сомкнул глаз и держался только на стимуляторах, пообещав Небогатову, что отоспится, как только эсминец выйдет в открытый космос.