Солдаты далеких гор - Александр Александрович Тамоников

немцы прорвались. Все дороги перекрыты. Получалось, что в Лукицах немцы хотели заблокировать и уничтожить Броза. Кто-то сообщил, что он находится здесь. И просто чудо, что он успел уехать! А если… А если эта Лиза все же работает и на немцев? Или хотя бы на четников, на англичан? Маршалу удалось уйти отсюда до атаки немцев. Но о нас она знает, о цели нашего прибытия тоже. Она даже ждала нас, зная пароль, только настоящей цели не знала. Получается, что она нас сдала и нас блокировали в этом районе. Стоп, спокойнее, — осадил сам себя Максим. — У тебя нет ни доказательств, ни оснований так думать о девушке. Просто помни, что сейчас и здесь верить нельзя никому. Значит, нужно нестандартное решение».

— Михаил! — позвал Шелестов и спрыгнул с подножки.

Сосновский ловко перемахнул через борт грузовика и приземлился возле командира. Максим посмотрел на него с неодобрением и покачал головой.

— Ты никак не избавишься от лихачества! Неужели на тебя присутствие молодой симпатичной женщины так влияет?.. Слушай, Михаил! Я чувствую, нам не вырваться из кольца. Искать выход будем долго, а за это время с их командующим может случиться что угодно.

— Ну, если от нас этого и ждут, тогда надо сделать то, чего не ждут. Ты думаешь, что кто-то пронюхал о цели нашего прибытия? Давай через мост!

— Вот и я об этом подумал. Там, судя по всему, идет бой. Ты у нас один в совершенстве знаешь немецкий язык. Тебя хоть на несколько минут, хоть на несколько секунд, а примут за своего.

— Идея мне понятна. — Сосновский внимательно посмотрел на Шелестова. — Мне непонятно, почему ты секретничаешь со мной наедине. Кому ты не веришь? Елизавете?

— А ты ей веришь на все сто процентов? — вопросом на вопрос ответил Шелестов. И, не дождавшись ответа, продолжил: — Вот то-то и оно! При ней мне говорить не хочется, собирать всех и совещаться у нее на глазах, но не посвящая ее в наши планы, тоже не хочется.

— Ладно, согласен, — кивнул Сосновский. — С Елизаветой не все понятно. Но она на связи с Платовым, а это что-то значит. Но нам сейчас лучше не рисковать. Предлагаю такой вариант. Я на второй машине с югославами выезжаю вперед и провожу разведку. Если встретим югославское подразделение, мы для них свои. Если немцев — попробую выдать себя за немца, за командира разведывательного подразделения, а там дальше будем действовать по обстоятельствам.

— Давай, Миша! — кивнул Шелестов. — И не рискуй особенно.

Когда вторая машина уехала вперед, Максим запрыгнул на подножку своей машины. Ни Коган, ни Буторин не стали задавать вопросов. Очевидным было, что машина ушла на разведку. Приказав водителю двигаться следом за ушедшей машиной и держать дистанцию метров в двести, Шелестов уселся на сиденье. Рискованное занятие, но риск того стоил. Без него нельзя на войне, но цена риска должна быть разумной.

Шелестов приказал водителю остановиться, когда увидел впереди дорогу, ведущую к мосту, а на ней открытую легковую машину и грузовик. В бинокль он рассмотрел офицерскую фуражку человека, сидевшего рядом с водителем в легковушке, и с десяток солдат в кузове грузовика под тентом. Сосновский не останавливался. Мимо проезжали машины, бронетранспортеры, а Сосновский упорно ехал со своими югославами к машине с офицером. Черт, что он задумал? Так, понятно! Шелестов перевел бинокль и посмотрел, что происходит в кузове грузовика Сосновского. Восемь солдат в форме югославской армии сейчас сидели и лежали на полу с видом людей, у которых за спиной связаны руки. Крылов стоял у пулемета, поставив его сошками на крышу кабины, двое югославов с автоматами изображали конвой, державший на прицеле «пленных». То, что конвой тоже был одет в югославскую форму, сейчас было не так важно. «И то, что на самом Сосновском и Крылове обычная, хоть и потрепанная гражданская одежда, может сработать, — подумал Шелестов. — И других немецких машин на дороге больше не видно».

— Давай медленнее, — приказал Максим водителю, продолжая внимательно наблюдать за действиями Сосновского.

А Михаил сразу понял, что это шанс обмануть фашистов. Немцы захватили мост и переправили на эту сторону какие-то силы. И югославы отступили на восток, где заняли оборону. Сейчас это тыловая зона у немцев.

— Кто-нибудь знает хорошо немецкий язык? — спросил Крылов у югославов.

— Я знаю, — ответил молодой боец. — Я учился в немецкой школе.

— Молодец! Как только командир выйдет из машины, прыгаешь следом и торчишь рядом с ним как верный помощник, охранник или порученец. Понял?

Немецкий майор обернулся в сторону подъезжающей машины, посмотрел на уверенное и откровенно скучающее лицо человека с пулеметом на крыше, который на майора и его солдат не обращал внимания, а больше озирался по сторонам. Это было правдоподобно. А потом машина остановилась, и из кабины выпрыгнул молодцеватый, подтянутый мужчина в гражданском костюме и со «шмайсером» в опущенной руке. Он приветственно махнул рукой, поздоровавшись по-немецки с хорошим берлинским выговором. К нему тут же присоединился солдат, правда, в югославской форме, но лицо у него было каменное и холодное. Успел майор подумать, что это разведгруппа или нет, Сосновский не знал, да и не хотел он давать немецкому офицеру время на раздумья. Главное, сразу подбросить информацию, заставить поверить в очевидное и не дать поводов для сомнений.

— Майор Клюге, — представился он. — Командир разведывательной группы «Вайс» дивизии «Бранденбург».

— Майор Шольц, — ответил офицер и машинально пожал протянутую руку. — Я не знал, что группа «Вайс» действует на этом направлении.

— Сейчас около трехсот человек работают на нескольких направлениях, — устало отмахнулся Сосновский. — Послушайте, Шольц, вы, я вижу, направляетесь на запад? У меня пленные и важные оперативные сведения. Не могли бы вы сопроводить меня до штаба вашей дивизии? Там я свяжусь со своим начальством. Поверьте, сведения срочные.

— Сведения? — повторил майор.

Он посмотрел на своего водителя, у которого под рукой был автомат, на двух солдат и водителя своего грузовика, которые с оружием в руках смотрели на своего командира и незнакомца. Ничего угрожающего со стороны этого Клюге. Естественно, находясь в разведке, он мог быть одет во что угодно. И естественно, у него сейчас никаких документов при себе нет. Наверняка какой-нибудь пароль, который знают в штабе. Шольц не спеша подошел к машине разведчиков. Двое его солдат, повинуясь молчаливому взгляду майора, пошли за ним следом. Шольц поставил ногу на колесо, ухватился за борт и, приподнявшись, заглянул в кузов. Несколько угрюмых пленников лежали и сидели на полу со связанными за спиной руками. Двое разведчиков, злобно выпятив челюсти, держали их на мушке. «Ну и рожи