Мятежный Карабах. Из дневника офицера МВД СССР. - Виктор Кривопусков

Неожиданно, в 15.00 я был срочно приглашен к Коменданту РЧП полковнику Шевелеву. Вскоре, я входил в кабинет Коменданта Нагорного Карабаха вместе с начальником УВД области генералом Ковалевым. От Шевелева мы узнали, что в аэропорту «Степанакерт» неизвестными лицами в военной форме задержан, а затем вывезен в неизвестном направлении народный депутат СССР Борис Вартанович Дадамян. Полковник Шевелев попросил меня немедленно подключиться к розыску Дадамяна по своим каналам, в том числе через армянских и азербайджанских друзей. Москва уже в курсе случившегося, и он с минуты на минуту ожидает официальных поручений, а скорее требований о немедленном розыске и освобождении Дадамяна.

Следом за этими словами в кабинете Коменданта раздался телефонный звонок. Полковник Гудков передал мне, что поступило указание министра Пуго о проведении силами нашей группы, во взаимодействии с другими правоохранительными структурами, всех необходимых оперативно-следственных мероприятий по розыску Дадамяна, и поручил согласовать наши действия с Комендатурой РЧП.

Я спросил у чрезвычайно озабоченного полковника Шевелева:

— Какая информация от военного коменданта аэропорта? Каковы причины задержания? Что известно от азербайджанской омоновской охраны? Кто дал санкции на проведение этой беспрецедентной акции? Где сейчас Виктор Петрович Поляничко и знает ли он о захвате Дадамяна?

На это полковник Шевелев зло ответил, что хотя Поляничко с утра и был в своем кабинете, но сейчас его там нет. Куда уехал, ему не сообщил. Связи с ним никакой. Кроме Радуева, заместителя Поляничко по Оргкомитету, никого нет, а тот, как обычно, ничего не знает, а если и знает, то без разрешения Поляничко ничего не скажет.

Генерал Ковалев сказал, что видел, как к подъезду Комендатуры одновременно с ним подъехала машина начальника управления профилактики МВД Азербайджана полковника Усупова, который, видимо, сейчас у Радуева и просто не может не знать о происшедшем. Надо отметить, что в этот период полковник милиции Усупов был в Карабахе уполномоченным от МВД республики и большую часть времени проводил в аэропорту. По общему мнению, к Радуеву следует пойти мне, как представителю Москвы, и попробовать получить возможную информацию от него и полковника Усупова.

В кабинете заместителя председателя Совета министров Азербайджанской ССР и заместителя председателя Оргкомитета по Нагорному Карабаху Вячеслава Николаевича Радуева действительно находился полковник Усупов. Когда я вошел, они прервали разговор и переключили свое внимание на меня. На мои вопросы оба отвечали односложно, в основном, что достоверной информации нет. По их мнению, все очень подозрительно. Вероятнее всего, это провокация самих армян. Куда увезли Дадамяна, никто не знает.

Когда Радуева отвлек телефонный разговор с Баку, я спросил полковника Усупова:

— Рамиль Федрисович, а где сейчас Виктор Петрович Поляничко? Я должен передать ему персональную просьбу нашего министра Пуго. Об этом следует срочно известить Виктора Петровича.

Так как полковник знал о наших прежних дружеских отношениях с Поляничко, то, отойдя со мной к окну, он доверительно сообщил, что Поляничко сейчас в поселке Ходжалы, в одном из домов на южной окраине. Меня туда может доставить начальник Ходжалинского отделения милиции.

Телефон там, наверное, есть, но он его не знает. Других сведений я не получил, хотя понял, что полковник знает о захвате Дадамяна куда больше, чем в этом признается.

С полковником Шевелевым и генералом Ковалевым мы договорились о взаимодействии. Я сообщил о возможном нахождении Поляничко. Оба многозначительно хмыкнули. С большой долей вероятности можно было предполагать, что происшествие с Дадамяном — провокация азербайджанских спецслужб. Но зачем? Слишком значительна фигура депутата, чтобы рисковать без серьезных причин. А раз так, Поляничко не может не знать об этом. Надо найти его и передать требования Москвы. И чем раньше это произойдет, тем быстрее мы отыщем Дадамяна. Первым отправился на поиски Поляничко я. За мной должен был поехать генерал Ковалев.

Перед отъездом в Ходжалы, я переговорил по телефону с Зорием Балаяном, Сержем Саркисяном, Робертом Кочаряном и другими степанакертскими товарищами. Получил официальное заверение о непричастности армян к этому акту. Надо сказать, все они чрезвычайно обеспокоены за безопасность Дадамяна. Просили как можно скорее установить местонахождение Бориса Вартановича и добиться создания необходимых условий для его здоровья и жизни, так как он сильно страдал диабетическим заболеванием. Он не может долго обходится без уколов инсулина.

Из наших разговоров я понял еще и то, что, если в ближайшие часы не будет ясности о нахождении Дадамяна, армяне сочтут нужным принять адекватные меры. Я просил их не торопиться с выводами, не предпринимать скоропалительных и опрометчивых решений. Сообщил, что за ситуацией следит сам министр внутренних дел СССР Пуго. Обещал оперативно информировать их о ходе расследования.

По дороге в Ходжалы я заехал в аэропорт. Пассажиров не было. Полеты завершились. Там уже работали сотрудники нашей группы. Они вели опросы солдат и офицеров из подразделений внутренних войск, осуществлявших охрану аэропорта, и бойцов республиканского ОМОНа, обеспечивавших контроль и проверку паспортного режима среди авиапассажиров.

Информация, собранная мной, свидетельствовала, что Дадамян приехал в аэропорт в 13 часов для вылета в Ереван, а затем в Москву на съезд народных депутатов СССР. Его провожал сын. При регистрации билетов к ним подошли двое военных, одним из которых был подполковник в общевойсковой форме по фамилии Черняк, и предложили Дадамяну пройти в другую комнату для уточнения каких-то вопросов. Затем через служебный вход народного депутата СССР насильственно вывели на территорию взлетного поля, посадили в «УАЗ-469» с военными номерами и увезли в сторону поселка Ходжалы. Это, несомненно, наблюдала охрана аэропорта, которая состояла из подразделений республиканского ОМОНа. По всей вероятности, Дадамяна отправили в Агдам. Я принял решение как можно скорее встретиться с Виктором Петровичем Поляничко.

Начальник ходжалинской милиции мою просьбу отвезти меня к Поляничко выполнил тотчас же, с присущей для восточных людей особой старательностью. Вскоре мы были возле большого кирпичного дома, во дворе которого толпились уважаемые люди поселка, как бы демонстрируя интерес к столь высокому гостю. Мы прошли в комнату, где за большим письменным столом восседал Виктор Петрович. Увидев меня, он просто оторопел. И первое, что спросил, забыв ответить на мое приветствие: — А ты что здесь делаешь?

Когда я сказал о цели моего визита, сначала он попытался отшутиться. Мол, стоит ли из-за этого Дадамяна так беспокоиться. Небось, сам куда-нибудь заехал, пьет тутовку, а мы тут волнуемся! Однако мои настойчивые вопросы, а более того — заявление, что нашей Следственно-оперативной группе лично министр внутренних дел СССР Пуго поручил провести расследование и докладывать о его ходе каждые три часа, возымели, наконец, действие.

Поляничко пригласил меня сесть к столу. Присутствующих, кроме своего помощника, попросил выйти. Он подтвердил, что в курсе похищения Дадамяна. Но уверенно заявил, что сделали это сами армяне, его же собственные сотрудники, водители большегрузных автомашин. Мстят Дадамяну за то, что он их обирал, денежные поборы устраивал. На все у него была своя такса. За работу на новом автомобиле, за выделение запчастей, за выгодный маршрут и так далее. Об этом только что передавало республиканское радио. Так что волноваться не стоит. Отвлекают своими разборками занятых людей от дел насущных. Вот он, например, сегодня решил целый день посвятить перспективам развития поселка Ходжалы. Аксакалов собрал посоветоваться. А тут опять армяне со своим Дадамяном. Пусть сами разбираются. И за это их надо примерно наказать.

В этот момент в комнату вошел генерал Ковалев. Виктор Петрович при его появлении проявил и удивление, и озабоченность. Генерал Ковалев подтвердил нашу версию о причастности спецслужб республики к провокации с депутатом Дадамяном. Мы стали настойчиво требовать срочного вмешательства председателя Оргкомитета по НКАО, второго секретаря ЦК КП Азербайджана, народного депутата СССР Поляничко в сложившуюся ситуацию. Он должен использовать данные ему партией и государством полномочия и приостановить провокацию, освободить народного депутата СССР Дадамяна. Я тут же стал готовить очередную телеграмму в МВД СССР, в которой излагал имеющиеся факты, в том числе содержание встречи с Поляничко. После чего позвонил полковнику Гудкову и продиктовал текст этой телеграммы.

Надо прямо сказать, к такому напору Поляничко не был готов. А тут еще генерал Ковалев сообщил, что и полковник Шевелев разделяет нашу точку зрения. На наших глазах происходила удивительная метаморфоза. Виктор Петрович вдруг стал деятельным, энергичным, он сам принялся звонить известным ему людям в Баку, Агдам, Шуши. Всем своим собеседникам он передавал информацию о случившемся так, будто он только что ее получил. Мы с Ковалевым поняли, что дольше находиться в гостях у Поляничко не было никакого смысла. Мы распрощались, договорившись поддерживать связь. Возвращались в Степанакерт вместе с генералом Ковалевым на его красной «Ниве», которую он лихо вел сам.