Бандитский нелегал - Карышев Валерий Михайлович

– Ну что вы! Мы этим не балуемся. Нам интересно другое.

Оперативники ушли. Адвокат остался дожидаться следователя. Выйти он не мог. И позвонить никому он уже не мог – села батарейка у телефона. «Сейчас оперативники подкинут мне что-нибудь, – волновался он, – оружие, наркотики, и – привет, я буду обвиняемым...»

Примерно через полчаса оперативники вернулись. По их виду Косырев понял, что ничего интересующего их они в машине не нашли. Он вышел из отделения милиции, сел в свою машину и в сопровождении оперативников доехал до прокуратуры. Там, в одном из кабинетов, его уже ждали двое незнакомых мужчин. Один из них был следователем, другой – заместителем начальника отдела. Муровцы вошли в кабинет вместе с Косыревым.

– Мы хотим допросить вас по поводу машины, – сказал следователь. – Каким образом она попала к вам?

– Мне ее подарили, – ответил адвокат.

– Кто?

– Андрей Голиков.

– А как вы с ним познакомились?

– Он мой клиент, и этот факт является адвокатской тайной.

– Хорошо, – кивнул следователь. – А вы знаете Виктора... – Он назвал фамилию.

– Да, знаю.

– Откуда вы его знаете?

– Он мой клиент.

– А что вы о нем можете сказать?

– Да ничего особенного...

Затем было названо еще несколько фамилий ребят, которые входили в группировку Голикова. Позже адвокат узнал, что это был формальный допрос – задается вопрос: знаете ли вы такого-то человека, допрашиваемый отвечает: да, знаю. И если человек дал показания, даже такие формальные, он уже не может быть адвокатом этих лиц. Следственные органы решили вывести его из дела, чтобы в дальнейшем Косырев им не мешал.

Когда процедура была закончена, один из оперативников вдруг спросил у Косырева:

– Помните, три года назад мы с вами разговаривали и предупреждали вас, чтобы вы не защищали этих отморозков?

Адвокат пожал плечами:

– Допустим, помню...

– Пойдемте, – сказал оперативник, – мы вам кое-что покажем.

Косырев встал и вместе со всеми прошел в соседний кабинет. Замначальника отдела зажег свет. Адвокат увидел прикрепленные на стену несколько листов ватмана. На них были наклеены фотографии. Наверху – фото Андрея Голикова, подпись – «Лидер ОПГ». Затем шли фотографии всех ребят, включая Илью, Виктора, Славку и других, с которыми Косырев был знаком. В правую сторону была направлена стрелка с надписью «ФСБ». С левой стороны – стрелка «Адвокат». Была наклеена его фотография, которая, видимо, была сделана «наружкой». По бокам были наклеены фото людей. Кто-то из них лежал на земле, кто-то находился в полусгоревшей машине... Вероятно, это были жертвы группировки. Их было много.

– Ну что, впечатляет? – спросил один из оперативников. – Видите, что творят ваши друзья! А если бы вы послушали нас...

– Вы думаете, тогда убийств было бы меньше? – спросил Косырев. – Вы считаете, что убийства связаны только с тем, буду я работать с этими людьми или не буду? Они бы и так убивали...

Муровец промолчал.

– Ладно, мы больше не будем вас задерживать, – неожиданно вступил в разговор замначальника отдела прокуратуры. – Вот ваше удостоверение, вот повестка. Если будет нужно, мы вас еще раз пригласим. А теперь вы можете быть свободны.

Через несколько минут адвокат покинул здание прокуратуры. Его машина находилась на специальной стоянке, мобильный телефон разряжен... Косырев подошел к телефону-автомату, достал карточку и стал набирать номер Андрея, чтобы предупредить его и рассказать о той схеме, которую увидел в кабинете прокуратуры.

Глава 35

Предчувствие не обмануло Голикова. Как только ему на мобильный позвонил адвокат и сообщил, что он не был допущен к Илье и тот якобы от его услуг отказался, потом рассказал про злоключения с машиной, про допрос, Андрей понял, что петля на его шее затягивается. Илья точно дал признательные показания.

В этот же вечер был арестован Виктор. Потом начали брать других ребят из его «бригады».

Андрей ночевал у своих подруг. Он отлично понимал, что ему нужно срочно уезжать из Москвы. Бросив свои дорогие машины, деньги, лежащие на счетах, Голиков переоделся в одежду попроще, взял билет на электричку и рано утром выехал во Владимир.

Электричка до Владимира шла около трех часов. Приехав в город, Андрей снял небольшую квартиру на окраине, рассчитывая на то, что по прошествии какого-то времени про него могут забыть.

Однако недели через две он увидел телевизионную передачу о том, как милиционеры распутали громкое дело и ликвидировали одну из опасных и кровавых группировок, которую возглавлял он, Андрей Голиков. В конце передачи телезрителям было показано несколько его фотографий.

Андрею нужно было срочно уезжать за границу. Но для этого необходимо было снять деньги со счетов в банках. Не пустым же ехать! Конечно, операция была очень рискованной, но сделать это было нужно.

В один из дней Андрей на машине приехал в Москву, в банк, где лежала основная часть его денег. Банк был частный. Его руководителем являлся земляк Голикова. Рассчитывая, что в девять часов утра народу в банке будет мало и тем более оперативники не выставят в такое время там засаду, Андрей решил, что на операцию снятия денег у него уйдет не более пятнадцати-двадцати минут. Он подъехал к банку за четверть часа до открытия. Сидя в машине, Голиков следил за входом, пытаясь вычислить, нет ли среди тех, кто входил внутрь, оперативников МУРа. Но ничего подозрительного не заметил. Обычные служащие, которые торопились на работу.

Ровно в девять Андрей вышел из машины, незаметно перекрестился и направился к входу в банк. Показав пропуск и карточку акционера банка, он спустился в подвальное помещение, где находились ячейки. В одной из них лежала крупная сумма денег. Кое-какие деньги Андрей хранил на банковских счетах, а в ячейке лежала сумма на «пожарный» случай. Голиков давно смекнул, что рано или поздно органы могут заинтересоваться им и устроить засаду на банковских счетах. Но никто не знал, что большую часть денег он хранит именно в банковской ячейке. Поэтому он и рассчитывал, что быстро сможет взять свои деньги и благополучно выехать за рубеж. Заграничным паспортом с его фотографией, но на другую фамилию он уже давно, с помощью Ледогорова, обзавелся.

Подойдя к ячейке, Голиков открыл ее, переложил содержимое в спортивную сумку и уже собрался уйти, как неожиданно его остановил охранник.

– Одну минуточку, – сказал он негромко, – можно еще раз посмотреть ваши документы?

Вероятно, полубомжовый вид Андрея смутил его. Как-никак охранник видел, что Андрей при входе показал контролеру, обслуживающему банковские ячейки, паспорт с вложенной в него глянцевой карточкой акционера банка.

Голиков остановился. Охранник стал внимательно разглядывать паспорт, перелистывая страницы. «Зачем он это делает?» – подумал Андрей.

– Послушай, командир, – проговорил Голиков, – я тороплюсь. Что, ко мне какие-то вопросы? Я акционер этого банка.

Охранник подозрительно взглянул на него.

– За город я еду, потому так и одет, – объяснил свой внешний вид Андрей.

– Извините, – сказал охранник, возвращая паспорт, – всего доброго!

Голиков стал медленно подниматься по крутой лестнице наверх. Он вышел в вестибюль и направился к выходу. Когда ему оставалось пройти буквально несколько шагов до его неприметной машины, кто-то окликнул его:

– Андрей!

Голиков обернулся. Перед ним стояли несколько мужчин.

– Спокойно, Голиков, без глупостей! – проговорил один из них.

Это были оперативники МУРа. Через минуту он уже сидел в машине, на его запястьях были наручники. «Ну вот, – подумал он, – все и закончилось!»

Сначала Андрея привезли на Петровку. Но там допрос не проводился. Его только фотографировали и снимали на видеокамеру, вероятно для телевидения. Потом в кабинет вошли несколько человек, очевидно полюбопытствовать, посмотреть на пойманного злодея, руководителя самой кровавой группировки киллеров. Затем один из оперативников принес постановление прокурора об аресте Андрея.