Соловей (ЛП) - Адамс Джослин

Мика ущипнул себя за переносицу и тихо зарычал. Завтра. Завтра ему придется исповедаться в своих грехах, прежде чем позволит себе влюбиться в Дарси, кем бы она ни была. Если она была настоящей, он ее не заслуживал, а она заслуживала лучшего. Если же девушка манипулировала им, чтобы продвинуться по карьерной лестнице, ему придется пересмотреть свое душевное состояние.

Вдалеке загрохотал гром, когда он вернулся в дом и закрыл стеклянную дверь. Дарси протянула руку и провела по свободному месту, словно беспокоясь и ища его даже во сне. Он поднял ее руку, прижав к груди, и снова опустился на кровать. Когда девушка вздрогнула от прикосновения его остывшего за ночь тела, он подтянул одеяло к ее спине и положил поверх него свою руку. Ей хотелось, чтобы он научил ее отказываться от своих романтических идей, но это была бы катастрофа. Миру нужно больше таких, как она, так какого черта он делает? Он мог бы погубить ее, если бы она позволила ему.

Ее не интересовали обещания, а чувство вины и страх, затуманившие разум Мики, помешали ему дать хоть одно.

Глава 19

Дарси проснулась в теплом коконе. Сон в последнее время был не самым лучшим другом для нее, но она ничего не помнила после того, как Мика взорвал ей мозг. Должно быть, в какой-то момент она вернулась в свою комнату, спотыкаясь, и спала как убитая.

Движение под ее ладонями и мужской стон, раздавшийся над ее головой, прервали эту теорию.

Черт!

Она высвободилась из его объятий и села, прикрываясь одеялом.

— Прости. Я, похоже, заснула.

Невероятно сексуальный Мика подпер свою белокурую голову рукой, его волосы свисали в соблазнительном беспорядке на мускулистую выпуклость плеча.

— За что тебе извиняться? — Она смочила внезапно пересохшие губы.

— Уверена, ты не хотел, чтобы я занимала твое пространство всю ночь. Я знаю, что это такое. — Так почему же при этих словах у нее все сжалось внутри? — Друзья с выгодой не обнимаются после такого, и уж точно не спят вместе.

Он наклонился, и покрывало опасно сползло с его упругого пресса, завалившись ему на колени. Поцеловав ее в лоб, он накрутил на палец прядь волос Дарси.

— Мы сами устанавливаем правила, и я бы ничего не изменил в этой ночи. А ты?

— Нет, ничего, — эти слова вырвались у нее слишком быстро, не в ее стиле. Но это была правда, и она не стала брать свои слова обратно. Оказаться в его власти было пугающе, но в то же время она чувствовала себя в безопасности.

То, как он смотрел на нее, вселяло в нее страх. В нем было что-то печальное. Темное. В его взгляде было что-то большее, чем просто наслаждение, но что? Жалел ли он о том, что они сделали? Боялся ли он, что она откажется от своих слов и попросит больше, чем он готов дать, например, настоящие отношения? Нет, она не хотела знать, да это и неважно, потому что Дарси тоже в этом не нуждалась.

— Итак, что у нас на завтрак? Я могу приготовить французские тосты, если тебе это нравится.

Он кивнул, все еще изучая ее лицо, словно запечатлевая в памяти.

— Звучит отлично. А после завтрака?

Что-нибудь веселое, чтобы прогнать эту грусть.

— Я бы с удовольствием исследовала твое сердце еще раз. — Его губы изогнулись, и он отвел взгляд.

— Постой, я не имела в виду всякие истории; для этого еще полно времени. — Хотя и не так много, как ей хотелось бы. — Покажи мне свой остров, почему тебе здесь нравится. Где прячутся все твои любимые закоулки, и куда ты уплываешь на своей секретной лодке?

Его обворожительная улыбка мгновенно вернулась.

— В таком случае, с удовольствием.

Она не сомневалась, а позже надеялась, что он снова доставит ей удовольствие и даст шанс узнать, как доставить ему удовольствие. С ним все было по-другому, включая секс. Оргазм, когда он двигался внутри нее, был невероятным, ошеломляющим и точно вызывало привыкание.

Она попробовала горячее помадное мороженое секса.

После этого было бы невозможно найти удовлетворение в ванильной жизни в качестве ее пальцев и различных предметов на батарейках.

Впрочем, после субботы у нее и выбора особо не было. Ее фантазии навсегда останутся запертыми на берегах этого острова. Да, экскурсия помогла бы ей отвлечься от того, что изменилось между ними за одну ночь. Потому что изменилось нечто большее, чем скол сексуального льда.

После завтрака и горячего душа, перешедшего в нечто гораздо более парное, после чего потребовался еще один душ, они отдыхали у бассейна. Мика притих и, казалось, погрузился в свои мысли.

Она подумывала о том, чтобы поинтересоваться, движимая непреодолимым желанием вернуть ему игривость, но тот же страх, с которым проснулась Дарси, удержал ее в шезлонге. Им нужна была дистанция и уверенность в том, что она не наивная дурочка, способная влюбиться в парня за три дня. Кто вообще так поступает?

В горле встал ком.

— Слушай, может, мне остаться здесь и немного поработать, — сказала она. — Ты выглядишь так, словно тебе не помешало бы немного побыть наедине с собой без моей надоедливой тени, постоянно нависающей над тобой.

Брови Мика сошлись на переносице. Не то чтобы он почувствовал облегчение, как она ожидала, скорее, она сделала что-то, что усилило его беспокойство.

— Почему ты так говоришь?

— Не знаю; похоже, тебя что-то беспокоит. Обычно люди так смотрят на меня. Если нужно пространство, просто попроси. Как уже сказала, я не типичный назойливый репортер, который будет лезть к тебе в душу, когда ты не хочешь этого, и ты не обязан развлекать меня каждую секунду только потому, что у нас был самый потрясающий секс. — При воспоминании о том, когда его твердое тело принимало Дарси к изголовью кровати, ее лицо обдало жаром. — По крайней мере, для меня это было так.

— Чувства были взаимными, поверь мне. — Протянув руку, он встал и провел тыльной стороной пальцев по ее руке, нежно и сладко. — Я с нетерпением ждал возможности показать тебе озеро, если, конечно, ты еще не устала от меня.

Потянувшись к нему, она постаралась не выдать своего облегчения. Если он сравнивал ее с другими своими любовницами и находил ее недостаточной, то хорошо это скрывал.

— Хорошо, я готова, когда ты будешь готов. Только дай мне взять сумочку и солнечные очки.

Они разошлись в разные стороны и через десять минут снова встретились на террасе. Дарси перекинула через плечо свою кожаную сумочку в виде мешочка. На Мике были солнцезащитные очки Oakley, облегающая темно-синяя футболка и бежевые шорты. Он также надел спортивные сандалии и кепку, а его волосы были зачесаны сзади. Только он мог придать повседневному образу такой божественный вид.

Возможно, ей следовало бы одеться как-то иначе, чем просто белые шорты поверх купальника-танкини из двух частей и буфера, который она использовала в качестве повязки на голову, чтобы волосы не превращались в Медузу на ветру. Не то чтобы он был против, это определенный знак в графе «плюс».

С улыбкой, вновь украсившей его красивое лицо, он повел ее по тропинке, по которой они еще не ходили, к причалу, спрятанному в лесу. Большая лодка покачивалась на воде внутри лодочного домика.

— Я так и знала. — Она легонько ударила его по плечу и постаралась не замечать, как его шорты не смогли стереть из ее памяти картинку его наготы. Или изгибы его груди, обжигавшие ее спину прошлой ночью. Боже правый, она спала с самым роскошным мужчиной, который когда-либо ходил по земле. Возможно, она видела самый лучший сон на свете. Если так, то она еще не готова просыпаться. Если Сол когда-нибудь узнает об этом, этот сон превратится в кошмар.

— Надеюсь, этот пройдет быстро, — сказала она.

— Быстро, значит? — Ухмыляясь, он поднес ее пальцы ко рту и провел губами по ним, все тени исчезли с его лица. — Прошлой ночью и сегодня утром ты, кажется, наслаждалась медленным темпом так же, а может, и больше, чем быстрым. Или я ошибаюсь?

Пульсация в животе вернулась с новой силой. Она сжала бедра.