Обгоняя время - Дмитрий Валерьевич Иванов

— Вот и не играй больше, а то удачу спугнёшь! — попытался я в последний раз помочь земляку, но, кажется, бесполезно.

Сегодня решил провести полноценную тренировку: ночная гимнастика — это хорошо, но нужно проработать все группы мышц, а не только… пресса. Размялся, отработал удары по воздуху, нагрузил ноги скакалкой. Конечно, делал это не в доме — там тесновато, того и гляди что-нибудь заденешь. Тренировался на улице. И что странно, мне кажется, я похудел — боксёрские трусы стали просторными. Только-только перешёл в новую весовую категорию, и вот тебе! Надо будет лучше питаться. Сегодня перекушу в городе и куплю что-нибудь для ужина нам с Катей.

Я уже придумал, куда мы сегодня с подругой отправимся. В Гагры! Зимой этого года там будет горячо… Стоп… это в Осетии горячо будет зимой, а в Абхазии только летом? Жаль, тетрадки под рукой нет. А того, что записывал туда, уже не помню. Впрочем, сейчас там спокойно в любом случае, к тому же большая половина населения Абхазии — этнические грузины. Я недавно специально интересовался этим вопросом.

Завершаю тренировку серией ударов, затем заминка и… пожалуй, хватит на сегодня. Тело приятно налилось ломотой — оно у меня такие нагрузки любит. Вот как тут спорт бросать?

— Лихо, лихо, — раздался голос оттуда, откуда я совсем не ожидал!

Причём голос был старушечий, скрипучий, как у бабы-яги в мультиках. Но чего мне бабок бояться? Я не Иван-дурак.

— Уважаемая, а что вы забыли на моей веранде? — уставился я на сухонькую бабульку в резиновых сапогах, фуфайке и платке кумачёвой расцветки. — И как на участок попали? Калитка-то закрыта!

— Я соседка твоя. А калитка… Зачем она мне, когда забор между участками — что твоё решето? — усмехнулась незваная гостья. — Чем это ты занимаешься? Боксёр, чё ль? Что спортсмен — вижу, сама такая была… Эх, где мои двадцать лет!

— Боксер, боксёр. А всё же нехорошо подкрадываться по-тихому, — недовольно ворчу я, намекая, чтобы старая свалила уже.

— Ты погодь, что скажу… Тот, что до тебя тут гостевал… ну, который через дорогу внаглую у Пантелеевны сейчас живет, он тебе кто?

— Никто. Я договорился с хозяином дачи пожить тут, а прежнего жильца выгнал к х… к чертям.

— Так тебя Богдан Николаевич пустил пожить? — обрадовалась бабуля, обнажая в улыбке на удивление хорошо сохранившиеся зубы. — Это ить его фазенда.

— Да, его… дача. Вообще, Константинович он, — поправляю я бабку, лишь усмехнувшись про себя такой дилетантской попытке проверить меня на вшивость.

— Точно! Старая стала, забываю. А вот внук его… пустой человек, весь двор одуванами зарастил, а уж какие шумные гости тут бывали… Вот помню, сразу после Олимпиады… — пустилась в воспоминания старушка.

— Вы что-то хотели про соседа рассказать? А то мне умываться после тренировки надо, — мягко, чтобы не обидеть пожилую женщину, прерываю я: неохота слушать про те мохнатые годы, когда деревья были большими.

— Да-да! У меня с ним отношения не сложились, очень уж груб он со старушкой был, — тонко намекнула рассказчица, мол, мне повежливее бы стоило быть. — Так вот — жулик он! И ходят к нему такие же жулики. Да это ничего, я в Сочи всю жизнь прожила, на жуликов насмотрелась… Но вчерась слышала… Зайти он к тебе собрался, посмотреть, что у тебя ценного есть.

— А как вы это могли слышать? — насторожился я, хотя ничего особо ценного у меня из вещей и нет. Часы, трусы да подарки из Средней Азии. Но часы всегда со мной, даже купание они перенесли отлично.

— Как-как? Шла домой вчера ночью… вдруг голос один незнакомый, не слышала его раньше: когда, грит, навестишь своего соседа? А Толик этот и отвечает: да как уйдёт из дома, так сразу и сходим. Вчера, мол, он на такси рано уехал. Завтра посмотрим.

— Спасибо! Очень важная информация. Как, простите, вас по имени-отчеству величают?

— Вот ещё! По отчеству! Зови как все — баба Нина. Меня тут на фазендах каждый знает. Я до семьдесят девятого в правлении состояла, и то по отчеству просила не называть себя, — бойко ответила старушенция, шляющаяся по ночам.

Да, вполне могла и специально подслушивать разговоры любопытная соседка! Кто её знает? Мыльных опер по телеку ещё не показывают. Ну кроме «Рабыни Изауры». Ха! Так вот откуда это словечко — «фазенда»!

— Спасибо вам, баба Нина. Предупреждён — значит, вооружён. Но вы лучше не рискуйте так больше, — искренне благодарю я женщину.

— Да… забыла сказать: Толик этот беспутный добавил, что хорошо, чтобы ты до одиннадцати утра убрался из дома, а то, мол, ему на работу надо. Только я-то знаю, что не работает этот тунеядец нигде. Ладно, пойду я, делов у меня много.

Старушка ушла, а я стал размышлять. Когда мой прокурорский друг начнет ловить Толика? Ну, вчера он узнал о нем и пообещал мне… может, сегодня их на рынке и возьмут всех сразу? Или вообще отложит это дело на месяц — сроков он не озвучил. Совсем не хочется сидеть и караулить своё добро… Может, спрятать где шмотки? Не вариант — Толик этот дом всяко лучше меня знает. Пойти побазарить? Да, пожалуй, это будет лучше всего.

— Сова открывай, медведь пришёл, — долблю ногой в калитку дома напротив.

— Спит он, — моментально ответили мне из-за двери голосом вчерашнего незнакомого мне здоровяка.

Ну да, в карты играли ночью. А этого типа, наверное, сторожить оставил и смотреть, когда я уйду из дома.

— Буди, разговор есть, — пока миролюбиво требую я.

Через некоторое время здоровяк снова появился на крыльце и пригласил меня в домик, где к вчерашней ветродуйке добавилась ещё и тарелка-обогреватель с латаной-перелатаной спиралью. Как бы они этим барахлом дом не спалили.

— Чё случилось, Толя? — сонно спросил сосед, разглядывая меня в спортивной форме.

Одеваться я не стал — всего-то пять метров от калитки