Сердце зимы - Максим Субботин

Он сразу понял, чего ради его подняли в такую рань. Рассвет только-только скользнул по окнам, но со двора уже доносилось блеянье овец и перекрикивания селян. Как будто вчерашняя бойня была ночным мороком, от которого он, наконец, очнулся.

– Четвертого нет, – сквозь зубы процедил староста. – Сбежал, вместе с девчонкой. Сговор.

– Арэн, где Раш? – Миара сделала вид, что не услышала обвинительных слов.

– Уехал, – не стал отпираться дасириец. – Я сам помог им с Хани сбежать.

По ее лицу пробежала тень недоумения, вслед за которой пришла злость. Губы Миары изогнулись в хищном оскале, на скулах напряглись желваки.

Арэн другого и не ждал.

– Варай, Мудрая велит тебе прийти.

Арэн не сразу увидел в пороге своей комнаты девчушку – помощницу хозяина, большеглазую и не по годам рослую. Когда стало ясно, что староста собирается игнорировать приглашение, она повторила снова. Арэн с признательностью улыбнулся.

– Вздумаете бежать – пойдете на корм шарашам, – предупредил староста, свирепый оттого, что не удалось почесать кулаки о морду чужака. И вышел, хлопнув дверью так, что задрожали стены, а пол пошел ходуном.

– Объяснись, – потребовала Миара.

Дасириец сел на край кровати, потирая кулаками глаза, пытаясь выиграть время и собраться с мыслями. Банрут по-прежнему выглядел так, будто никак не может взять в толк, что же произошло.

– Я поступил, как посчитал правильным, – наконец, сказал Арэн. – Кто-то должен был сопровождать Хани до Берола. Я решил, что это будет Раш.

– Сопровождать? – Глаза Миары, светло-карие, почти янтарные, превратились в тлеющие угли. – Лучше не томи меня неведением, иначе, клянусь Равновесием, я тебе яйца оторву и свиньям скормлю. И ты будешь рад, что легко отделался.

Дасириец не стал испытывать ее терпение – Миара никогда не отличалась благоразумием и пониманием. Он обстоятельно рассказал всё, начиная с того, как попал в дом Мудрой, и заканчивая побегом. И чем больше говорил, тем больше свирепела Миара. К концу рассказа она буквально захлебывалась в бессильной злобе. Не стесняясь присутствия врачевателя, таремка обрушила на голову Арэна поток грязной брани. Банрут осенил себя охранным знаком и покинул комнату, что-то сбивчиво бормоча себе под нос.

– Я поступил так, как посчитал нужным, – повторил Арэн, как только ругательства таремки иссякли и ее голос стал хриплым от долгого крика.

– Думаешь, можешь спрятаться за пустыми словами? Думаешь, раз ты такой благородный и у тебя особенное поручение, тебе все дозволено?

Арэн, конечно же, так не думал, но сейчас Миара была не готова слушать и слышать. Каждое его слово таремка с охотой вывернет так, чтоб после им же побольнее и ударить. Арэн берег доводы на потом, когда таремка остынет. Если остынет.

– Ты сказал: я поеду в Кельхейм просить сьера Северных земель помочь Дасирии скинуть рхельское ярмо.

– Я не тащил тебя волоком, таремка.

– Но ты был рад, что я составлю тебе компанию! Помнишь ли ты, треклятый Шаам, что я спросила тогда?

– Ты спросила, верну ли я вас обратно живыми.

– Вот как ты держишь слово, Арэн из Шаам. – В устах Миары его имя прозвучало будто грязное ругательство.

– Мы еще живы, – только и сказал он.

Таремка что-то прошипела, развернулась и опрометью вылетела из комнаты.

Похоже, первая попытка что-то разъяснить благополучно провалилась.

Дасириец тяжело вздохнул, покачал головой собственным мыслям. В комнате было холодно. Одиночество колючим клубком свернулось у двери, словно непрошеный гость, и тихонько скулило. Арэн не искал себе оправданий. В конце концов, он знал, что все сложится именно так. Надеялся на лучший исход, но всерьез его не воспринимал.

Уединение нарушила помощница хозяина «Медвежьей лапы». Северянка принесла кувшин с водой, чистый отрез льна и теплую улыбку. Словно знала, что именно сейчас Арэну более всех сокровищ мира хотелось именно этого.

– Если бы не ты, добрый господин, – потихоньку сказала она, опасаясь быть услышанной, – моего отца сожрали бы шараши. А младшую сестру унес бы тролль. Я пришла по просьбе отца. Он велел передать, что признателен тебе за всё и в нашем доме ты будешь накормлен досыта и получишь постель. Вот, я подогрела воды.

– Тебя ведь Бьери зовут? – Арэн улыбнулся в ответ.

– Да, господин.

– Передай своему отцу, милая Бьери, что я и мои друзья высоко чтим его гостеприимство.

Она торопливо кивнула, попятилась к двери и выскользнула вон.

Закончив умываться, дасириец спустился в зал. Как оказалось – вовремя. Там писклявым голосом невинной девицы, которую только что основательно ущипнули за зад, голосил таремский купец. Ему вторил громогласный рев потрепанного вида здоровяка с густой спутанной бородой, который, как показалось Арэну, был его охранником.

«Когда только успел нанять? Хотя… мужик не из местных. Значит, скорее всего, прибыли вместе. Не спускался? Почему?»

Ответ пришел сам собой. Из всей чехарды слов дасириец понял только одно: у купца пропал кинжал. Видимо, именно тот, из-за которого случился вчерашний спор. Банрут наблюдал за представлением из-за стола и нервно кусал губы.

– Говорю тебе, господин, – оправдывался здоровяк, – в комнату никто не входил. Замок цел, сам же видал.

– От тебя разит местной брагой! – визжал купец. – Ты так храпел, что не услышал бы и топота мамонта!

От звука его голоса у Арэна началась зубная боль. Зато он сразу сообразил, куда запропастился кинжал. Сообразил и дал себе зарок проучить Раша, как только увидит. Вот значит, с какой «девицей» нишан коротал время.

Арэн не стал ничего говорить купцу. Глядя на охранника, которого тот себе выбрал, только мысленно пожал плечами. Торговец поскупился на достойного наемника из Лиги Сопровождающих, чьи гильдии были разбросаны по всем уголкам Эзершата. Брали они много, но о них ни разу не пошла дурная молва, и даже вельможи, отправляясь в дальние странствия, пользовались услугами Лиги. Арэн рассудил, что купец получил свое. За жадность.

Он уселся к спутникам. Банрут, занятый своими мыслями, вовсе не заметил его прихода, а Миара демонстративно отвернулась. Около дверей околачивались трое северян с мечами. Молодчики нацепили тяжелые кожи, обитые железными кольцами, за их спинами висели короткие луки.

«Староста решил подстраховаться», – догадался Арэн.

Наверняка еще парочка дежурит на улице.

– Раш? – Миара вопросительно посмотрела на него.

– Если ты о пропавшем кинжале, то я не видел, чтобы Раш клал его в свой карман.

– Будто кто-то из нас хоть раз видел, как он таскает чужое, – женщина фыркнула.

– Купцу следовало быть осторожнее с ценными вещами. Только глупый вор не разжился бы на его добре.