Семейные тайны - Джоан Пикарт

– Из чего я делаю заключение, что нам следует пойти в постель, – сказала Меридит, улыбнувшись.

– В самом деле, – сказал Палмер, поднимаясь. Он прижал Меридит к себе. – В постель, прелесть моя, тем более, что далеко не сразу мы сможем заснуть. Сперва – время для медленной и неспешной любви и ласки…

– Как завлекательно звучит, Палмер.

– Я рад, поскольку в момент твоего наивысшего расслабления я рассчитываю получить согласие на все ту же просьбу…

– Палмер!

Тот рассмеялся.

– Я тебя утомил? Это от отчаяния. Твой дом продается, у меня подходит к концу договор аренды на жилье. Мы могли бы вместе выбрать новое место, где жили бы как муж и жена. Ведь ты собираешься, в конце концов, выйти за меня замуж? Я хочу сказать, ты не отвергаешь категорически эту идею, а?

– Разумеется, я думаю об этом, Палмер. Но… пока не готова. Мы так счастливы, и я хочу, чтоб так было и дальше. Возможно, я капризная женщина, но наберись немного терпения.

– Я и так стараюсь. Но когда дом будет продан, все равно придется принимать решение. Я бы предпочел, чтобы это был твой выбор, а не результат давления обстоятельств. Мы бы смогли подыскать чудесное местечко, если бы ты всего лишь… Молчу, молчу! Я уже начинаю давить на тебя. Хватит сегодня на эту тему…

– Да. Помнится, ты что-то говорил о намерении заняться неспешной и сладкой любовью. Было такое?

– Да, было. Определенно пора, пора действовать в этом направлении… Слушай, надо бы мне, наверное, отставить этот дурацкий киножаргон, правда?

– Я и с ним люблю тебя, Палмер…

– А я люблю тебя…

Меридит лежала рядом с Палмером и рукой, лежащей на его груди, ощущала ровное биение его сердца. Его ровное и глубокое дыхание подсказало ей, что он спит.

Палмер оказался исключительным любовником – сильный, нежный, он своим умелым прикосновением возносил ее к вершинам страсти, о существовании которых она даже не подозревала. Она отдавалась ему полностью, без утайки. Он был требовательным и все отдающим без остатка, и она радовалась самой мысли об их единении.

Палмер хотел жениться на ней, и она хотела быть его женой и провести с ним остаток дней. Оставалось принять его предложение, и через несколько дней они были бы мужем и женой. Но она всячески сопротивлялась окончательному разрешению вопроса, и дело здесь было в Джейке. Эта тайна стоила ей в свое время любви дочери, а сейчас Меридит жила в страхе, что точно также она может потерять Палмера Хантингтона.

Все это напоминало детский лепет, сексуальные предпочтения Джейка не имели к ней никакого отношения, не Меридит была их причиной, но она не могла не презирать покойного мужа за то, как он с ней обошелся. На Палмера, влюбленного в нее, вся эта история едва ли произведет впечатление, но Меридит ничего не могла с собой поделать – она боялась.

– Я расскажу, – вдруг сказала она в темноту. – Я расскажу ему.

– Мм? – пробормотал во сне Палмер.

– Ничего, ничего, любимый, – сказала она. – Спи.

Линдси перевернула последнюю страницу рукописи, с удивлением обнаружила на лице слезы, вытерла их и глубоко и ровно вздохнула.

– Невероятно, – прошептала она.

– Ну? – Бен вскочил с черного кожаного кресла и подошел к ней. – А? Линдси, черт побери, скажи в конце концов что-нибудь.

Она посмотрела на него.

– Фантастика. Бен, это невероятно! Это… У меня слов нет, чтобы сказать, какая это потрясающая вещь. Бен, это восхитительно!

– Слава Богу, – сказал он с облегчением и плюхнулся в кресло.

Дэн, возбужденно дрожа, думала Линдси. Это история будто специально написана для него. Она видела его в каждой сцене, слышала произносимые им слова. Герой был индейцем-полукровкой и разрывался между двумя мирами, пока не встретил прекрасную блондинку. И тут ему пришлось выбирать между предками и любовью. Эта мучительная история трогала за сердце, и завершалась она тем, что после резни, устроенной среди его индейских родственников солдатами из ближайшего форта, герой приходит к решению. Да, это была находка для Бена.

– …Аризона, я думаю, – услышала она слова брата.

– Что?

– Да ты слушаешь ли меня?

– Извини, я все думала об этой истории. Так про что ты говорил?

– Натурные съемки. Надо будет еще посмотреть, но у меня такое чувство, что Аризона – это то, что нужно. Господи, какая куча хлопот еще предстоит. Я хочу начать прямо сейчас, не теряя ни минуты драгоценного времени. Кстати, о времени – тебе пора спать. Я обещал маме, что буду смотреть за тобой, как нянька. Не правда ли, они с Палмером были сегодня молодцами?

– Да. Я только не пойму, почему мама все колеблется. Каждому яснее ясного, что они влюблены друг в друга. Палмер по секрету сказал мне, что он уже дюжину раз предлагал маме руку и сердце.

Бен пожал плечами.

– Может быть, ей нравится, когда за ней ухаживают. Я никогда не понимал женщин. Ну, иди спать.

– Бен, когда ты поедешь в Портленд разговаривать с Дж. Д.Мэтьюзом?

– Завтра. Я ворвусь в его дом без звонка, постараюсь взять его без боя, голыми руками. Что касается адреса, то он в конце рукописи.

– А почему не договориться о встрече заранее?

– Потому что это разговор с глазу на глаз, разговор мужчины с мужчиной. Я должен соблазнить его подписать контракт, не имея на руках никаких козырей. Если я предварительно позвоню, он настроится на переговоры с «Экскалибер пикчерз», потому что именно туда послал рукопись. Я хочу сидеть в гостиной этого парня напротив него, пока буду объяснять суть дела.

– Понятно, – сказала Линдси, украдкой зевнув. – В твое отсутствие у тебя будут ко мне какие-то поручения?

– Нет. Если Дж. Д.Мэтьюз заявит, что эта игра не по нему, мы в полном пролете. Не получив его согласия, бессмысленно заваривать кашу. Ступай спать.

– Ты не думал… У тебя есть кандидатура на главную роль? Индеец. Точнее, метис. Майкл Мэйсон… На этой роли держится весь фильм.

– Да уж понимаю. Я прикидывал, но пока ничего в голову не пришло. И вообще, сначала я должен подписать контракт с автором. А потом – спонсоры. Если мне будет не по плечу пригласить на главную роль того, кого хочу, – плевать я хотел на этот фильм. Если играть, то по большому счету. Черт возьми, я спроважу тебя когда-нибудь в постель? Скоро уже светать начнет, а мы ни в одном глазу. Если тебе все равно, то подумай о своем Уиллоу. Живо в кровать!

Линдси поднялась.

– Ладно, я пойду. Я и в самом деле устала. Это был тяжелый день.

Бен поймал проходившую Линдси за руку. Она остановилась и вопросительно подняла голову.

– Это был великий день, – сказал он. – Для нас обоих. Мы оба в преддверии больших перемен, и мы нужны друг другу. Я рад, что ты будешь здесь. Ты и Уиллоу не одиноки в этом мире. Не забывай об этом.