Баллада о проклятой любви - Стефани Гарбер

Джекс закатил глаза.

– Даже если твоя теория верна и камни действительно спрятаны у членов Великих Домов, то с чего бы им приносить их на торжество?

– За время твоего отсутствия я выяснила, что камни тянет друг к другу и они желают воссоединиться. Когда я нашла в кабинете Хаоса камень удачи, то почувствовала его силу, хотела заполучить его сильнее, чем что бы то ни было. Именно поэтому я думаю, что владелец будет носить камень при себе, он не сможет оставить свое сокровище без присмотра даже на одно мгновение.

Джекс стиснул челюсти. Он больше не возражал против ее идеи посетить празднество, но и особого энтузиазма не испытывал.

– Хаос не должен знать, что мы отправляемся в Дом Слотервуд.

– Почему?

– Иначе он просто не позволит нам уехать, – ответил Джекс, сминая в пальцах газету. Эванджелине показалось, что они слегка подрагивали, хоть и не могла с уверенностью это утверждать.

– Что не так с Домом Слотервуд?

– Именно он повинен во всех наших неприятностях, Лисичка.

21

Эванджелина не знала, какую ложь Джекс поведал Хаосу по поводу их планов. Но вечером следующего дня Хаос осыпал ее покои множеством элегантных платьев и туфель, шляп, накидок и изысканных украшений. Повсюду виднелся розовый шелк и кремовый атлас, вышивка на шлейфах в виде всевозможных цветочных бутонов.

Увидев столь восхитительные платья, Эванджелина почувствовала себя виноватой из-за того, что они с Джексом скрывали от Хаоса правду.

Когда ее отравили вампирским ядом, Хаос был рядом и проследил за тем, чтобы она ни на кого не напала, не вкусила человеческой крови и не превратилась в вампира. Эванджелина так и не поблагодарила его, а все потому, что ей было неловко вспоминать, как близки они оказались той ночью. И она понятия не имела, как реагировать на то, что перед уходом Хаос поправил ее сорочку, задравшуюся до самых бедер. Безусловно, он был чудовищем, но в то же время оставался джентльменом. Чудовище с джентльменскими манерами.

Почему Хаос настроен против Дома Слотервуд? Эванджелина снова попыталась найти ответы в его секретной библиотеке, но вскоре вспомнила, что там не было книг о семье Слотервуд, а когда она впервые спрашивала о ней у Хаоса, он намеренно поревел ее внимание на что-то другое.

Эванджелина попробовала узнать у Джекса, что значат его слова: «Именно Дом Слотервуд повинен во всех наших неприятностях». Но он отказался говорить на эту тему, и Эванджелина с удивлением подумала, что он молчит вовсе не из преданности Хаосу. Ей сложно было представить, что Джекс способен проявлять верность и ценить дружбу. Гораздо легче верилось в то, что он вообще не знал о понятиях чести. Но будь Джекс и правда преданным, то оставался бы верен до последнего вздоха – учитывая, каким целеустремленным он всегда был.

При этой мысли у нее по спине пробежал холодок, и Эванджелина заставила себя сосредоточиться на сборах. Ранним утром они с Джексом отправятся в Дом Слотервуд, а она еще не закончила укладывать вещи в сундуки.

Эванджелина заметила розовое бархатное платье, подбитое белым мехом, и посчитала его вполне подходящим для поездки в карете. Внезапно ей в глаза бросилась книга с обложкой лавандового цвета, лежавшая в изножье кровати. «Расцвет и падение семьи Доблестей: первая прославленная королевская семья Великолепного Севера».

Именно так должно было звучать название, но буквы разлетались в разные стороны, будто искры фейерверка. Прошло уже больше семи дней с тех пор, как Хаос вручил ей книгу, но все это время слова в ней не желали ни на минуту оставаться на месте. Каждый день Эванджелина открывала том, надеясь приступить к чтению, но буквы продолжали неистово плясать перед глазами. Слова изменились и сейчас, сложившись в название хорошо известной ей сказки.

Эванджелина отложила в сторону бархатное платье и схватила книгу. Заголовок «Баллада о Лучнике и Лисице» мерцал на обложке, сливаясь с изображениями лучника и лисы. Эванджелина напряглась в ожидании того, что название вновь изменится, но в этот раз слова на обложке никуда не делись.

– Что за игру ты затеяла? – пробормотала она, обращаясь к книге.

Обложка оставалась неизменной, но Эванджелине показалось, что Лучник подмигнул ей, будто намекая открыть книгу. Она вдруг задумалась, а только ли обложка изменилась? Что, если внутри совсем другая история? Что, если эта волшебная книга теперь рассказывала ее любимую сказку «Баллада о Лучнике и Лисице» и Эванджелина наконец сможет что-то узнать о проклятии Лучника?

Эванджелина не понимала, как она раньше об этом не додумалась. Джекс так категорично утверждал, что нет иного способа снять заклятие, кроме как с помощью Арки Доблестей, что Эванджелина даже не стала сомневаться в его словах. Но, вполне возможно, в самой первой версии описан какой-то способ.

Надежда наполнила ее сердце, и она устроилась на краешке кровати вместе с книгой.

К сожалению, обложка ввела Эванджелину в заблуждение. На титульной странице она обнаружила портрет сурового на вид молодого человека и элегантной девушки, а под ними шла подпись: «Венджинс Слотервуд и его восхитительная будущая невеста».

Книга все же подшутила над ней, но Эванджелина не спешила закрывать ее. Совсем недавно она задавалась вопросом, какие тайны скрывает семья Слотервуд, и книга, казалось, решила дать ей желаемые ответы.

Эванджелина продолжала рассматривать изображение. Венджинс был довольно красивым мужчиной, хоть и крылось в его облике нечто недоброе. Его невеста выглядела поистине миловидно, но ее имя не называлось.

Перелистнув страницу, Эванджелина увидела еще один портрет Венджинса. На нем он предстал повзрослевшим, с еще более суровым выражением лица и с другой девушкой – Глендорой Редторн. Она явно уступала в красоте предыдущей девушке, но подпись под картинкой гласила все то же: «Его восхитительная будущая невеста».

Почему у Венджинса было две невесты? И что же случилось с первой?

Эванджелина открыла следующую страницу, надеясь найти больше информации о Венджинсе или других членах семьи Слотервуд, но вместо этого обнаружила лишь изображение, не имеющее никого отношения к этой истории: «Прилежные дочери Дома Дарлинг».

На следующем листе Эванджелина увидела портреты молодых аристократов.

Видимо, эта была не книга о Доме Слотервуд, а альбом с портретами разных людей.

Расстроившись, Эванджелина уже хотела вернуться к сборам, но на следующей странице наткнулась на изображение трех молодых людей, стоявших под деревом, на стволе которого виднелась большая мишень. Один из юношей выглядел дружелюбно, второй наверняка происходил из знати, а третий как две капли воды был похож на Джекса.

Эванджелина почувствовала, как по ее