Тринадцатый час - Ричард Дейч

— Ого, — глаза Шеннона удивленно расширились.

Об этом вы не говорили.

— Она сошла с самолета, так как ей пришло текстовое сообщение об ограблении.

Шеннон мрачно усмехнулся.

— Судьба порой непредсказуема. Она сейчас, наверное, просто сама не своя, думая, что выжила лишь для того, чтобы оказаться на мушке какого-то маньяка.

Ник начал проникаться сочувствием к Шеннону. В нем было нечто большее, чем в тупом полицейском, который его арестовал.

— Вы женаты?

— Был. Моя жена не смогла вынести жизни с полицейским. Ей казалось, что жалованье не стоит риска.

— Прошу прощения.

— Сама виновата, — быстро сказал Шеннон. — Она просто не смогла понять, что жизнь состоит не в зарабатывании денег, не в том, чтобы тебе платили за то, что ты рискуешь ради других. Ты просто делаешь свое дело потому, что так надо.

Ник попытался взглянуть на мир глазами копа. Когда тот его допрашивал, он считал, что имеет дело с убийцей. Хотя его настойчивость внушала страх, она составляла лишь часть процесса, средством узнать правду об убийстве, а когда Ник схватил пистолет второго детектива… Что ж, Шеннон среагировал так, как и любой другой на его месте.

— Послушайте, я знаю, что вы считаете, будто вашей жене грозит опасность, — сказал Шеннон. — Будь я на вашем месте, то пришел бы прямо к нам. Это самое лучшее, что можно сделать. Но даже с учетом всей информации, которую вы сообщили о людях из охранной компании, вы просите, чтобы мы занялись их поисками в такой день, когда мозги толком не соображают, а с электричеством постоянные проблемы. Вот что вам скажу — я свое дело знаю, как и мы все, но мы не всемогущи. Судя по тому, что вы описывали, эти люди точно знали, что делали, располагали всеми необходимыми сведениями и оставили после себя минимум улик. Не то чтобы улик нет вообще, но для расследования требуются ресурсы, которых нам сейчас крайне не хватает.

Ник понимал, что Шеннон прав; он и сам пришел к такому же выводу. Шансы найти убийцу Джулии ничтожны, но, с другой стороны, каковы шансы на то, что тебя срочно вызовут с самолета за несколько минут до катастрофы? То, что он пережил за последние шесть часов, не поддавалось никакому разумному объяснению, и тем не менее оно произошло — сегодня возможно все, и он не собирался так просто сдаваться.

— Это распечатка из файла данных с видеокамер наблюдения, — сказал Ник, протягивая Шеннону изображение темноволосого вора.

— Мне бы хотелось взглянуть на остальную часть файла, — Шеннон внимательно изучил лицо на распечатке, прежде чем снова посмотреть на Ника. — Позвольте задать вам один вопрос. Вы сказали, что система охраны в Вашингтон-хаусе была отключена, а компьютер с резервными данными в кабинете вашей жены похищен. Если это действительно так, то вы о чем-то недоговариваете.

Ник мысленно обругал себя за глупость. Он хотел сохранить информацию из КПК Джулии в тайне, зная, что именно она является конечной целью убийцы.

— У нее была информация, сохраненная с компьютера, — признался Ник, понимая, что если он будет пытаться что-то скрыть, подозрительность лишь возрастет.

— В таком случае мне определенно нужно на нее взглянуть. Где она?

— В моей машине, — сказал Ник. На самом деле КПК лежал у него в кармане, но прогулка до машины могла дать ему несколько минут, чтобы решить, правильно ли он поступает. — Есть еще синий «Шевроле», который ездил вокруг моего дома. Прокатная машина, арендованная Полом Дрейфусом. Его компания устанавливала систему охраны в здании, где произошло ограбление.

— Что ж, раз у нас уже есть та ваша видеозапись, машина и этот Дрейфус, поработать будет с чем. Знаете что, давайте съездим к Вашингтон-хаусу — никогда не знаешь, может, нам повезет.

Шеннон поднялся со стула.

— Там нечего искать, — сказал Ник.

— Искать всегда есть что, — уверенно сказал Шеннон.

К ним подошел капитан, услышав конец разговора.

— Почему бы тебе не взять в помощь Дэнса? — сказал Делия скорее утвердительно, чем вопросительно.

— Я и сам справлюсь, — с плохо скрываемой досадой бросил Шеннон.

— Не помню, чтобы я давал тебе выбор. Он встретит тебя у машины.

— Самый худший кошмар из всех, что я видел. К такому никогда не бываешь готов, — сказал Шеннон, когда они шли по дороге, извивавшейся среди усыпанных обломками полей. — У всех нас порой возникают болезненные мысли о том, каким образом мы умрем. Авиакатастрофы случаются редко, но могу гарантировать, что девяносто процентов человечества больше всего боятся именно такой смерти — когда ты беспомощен, словно в ловушке, внутри металлической трубы, сердце подкатывает к горлу, когда тебя швыряет во все стороны, а в иллюминаторах мелькает мчащаяся навстречу земля. Не позволяйте своей жене приезжать сюда — если она это увидит, у нее может случиться нервный срыв.

Ник не мог отвести взгляда от почерневшей земли, от покрытых белыми простынями тел, которые, казалось, лежали повсюду.

— Никто вообще никогда не должен видеть подобного.

— Порой жалеешь, что не можешь ничего поделать, — сказал Шеннон. — Облегчить все эти страдания…

— Каждый год в Соединенных Штатах погибает в автомобильных авариях сорок с лишним тысяч человек. Получается примерно сто двадцать в день. Однако мы на это никак не реагируем. Но если случается нечто подобное тому, как сегодня, оно преследует нас до конца жизни. — Ник покачал головой. — Не знаете, почему так?

— Какая разница? — отозвался детектив. — До меня доходили какие-то слухи, но это все равно ничего не изменит, этих людей уже не вернешь.

Они молча прошли оставшиеся полмили мимо множества машин технической помощи, на крышах которых вращались бесполезные красные мигалки. Четырнадцать телевизионных камер были направлены на четырнадцать стройных корреспонденток с накрашенными губами и идеальными прическами, каждая из которых описывала смерть множества людей, надеясь оказаться выше других в вечернем рейтинге.

— Черт, — сказал Ник, увидев, что его автомобиль окружили две пожарные машины и «Скорая», занятая впавшей в истерику родственницей одной из жертв. Ему вовсе не хотелось настаивать, чтобы кто-либо освободил дорогу.

— Не беспокойтесь, — сказал Шеннон. — Я поведу. Почему бы вам не забрать файлы из своей машины? Я в черном «Мустанге», вон там.

Шеннон показал на блестящую мощную машину, стоявшую в пятидесяти ярдах дальше.

Кивнув, Ник открыл свою машину и сделал вид, будто забирает что-то из бардачка и кладет в нагрудный карман, где уже лежал КПК Джулии. Он надеялся, что не подвергнет жену еще большей опасности, чем та, которая ей уже угрожала, но понимал, что если он хочет получить помощь от Шеннона, то должен показать и рассказать ему почти все.