Нифилим - Вячеслав Аничкин

Мы увидели страшное зрелище. Мельдеш лежал на спине, и из его живота торчала стрела. Рана была смертельной. Наш друг еще был жив, но его взгляд становился каким-то стеклянным и он, по-видимому, уже нас не видел. Рыдая, я упал рядом с ним. Мельдеш…Его враг лежал в двух метрах от него, и такая же стрела торчала у него из уха. Видимо, ему нечем было защищаться, и он вырвал одну стрелу из своего тела, чтобы поразить ею своего врага. И действительно, чуть выше пояса сбоку я увидел глубокую зияющую рану, из которой тонкой струйкой вытекала кровь. Умирая, наш товарищ забрал с собой на тот свет и своего убийцу. Я взглянул на Стена. Без всяких эмоций он стоял рядом и невидящим взглядом смотрел сквозь умирающего Мельдеша. Из моих глаз лились слезы, а он застыл как вкопанный, не до конца осознавая, что произошло.

– Стен! – крикнул я ему, что есть сил, – Стен, очнись! Мельдеш умирает!..

– Да, Майки…, – как-то неестественно спокойно ответил он. – Да, Мельдеш умирает. Но он погиб в бою, защищая себя и нас. Мы похороним его…

Парень был в состоянии шока. Он не верил в то, что видел. Я снова посмотрел в лицо Мельдеша и увидел, что он шевелит губами, пытаясь что-то сказать. Разобрать, что он говорит, было невозможно, и я наклонил свою голову, чтобы понять его последние слова.

– Отцу…передай отцу…, – он провел языком по разбитым губам, – скажи, что…я умер не как раб…мы свободные…только сами об этом не знаем… скажи…

После этих слов он резко дернулся и замер, навсегда оставшись в этой степи и погибший, защищая свою свободу. Мы снова победили своих врагов, но в этот раз мы заплатили слишком высокую цену за это. Мы потеряли своего друга и эту утрату нам уже никогда не возместить. Потеряв своего товарища однажды, я нашел его, чтобы снова потерять, но уже навсегда.

Когда мы со Стеном смогли успокоиться и взять себя в руки, наступил вечер. Вырыв аморейскими мечами неглубокую могилу, мы похоронили Мельдеша, густо усыпав его пристанище маленькими желтыми цветочками, которые росли здесь повсюду. Стен перевязал мою разрубленную ногу при помощи разорванной рубахи, и перетянул ее выше раны грубой веревкой, висевшей на поясе у одного из убитых нами амореев. Только сейчас я начал чувствовать подступающую тошноту и навалившуюся слабость. У меня начался жар, и я не мог идти дальше. Но, несмотря на все это, нас ждал главный сюрприз. Через какое-то время к нам вернулись лошади наших врагов, которые теперь ходили рядом и обнюхивали своих мертвых хозяев. Расчетливый Стен, связал их мордами, одна к другой, использовав их собственную узду. Отдохнув, мы сможем двинуться вперед, но уже с большим комфортом и с большей скоростью. В любую минуту мы рисковали повстречать новый отряд амореев, и справиться с ними тогда уже не сможем. Мое состояние ухудшалось с каждой минутой. Раненая нога показалась мне такой тяжелой, как будто она была налита свинцом. Солнце почти полностью спряталось за горизонтом, и темнота начинала завладевать бескрайней степью. Сейчас все зависело от Стена. Наши жизни теперь были в его полном распоряжении. Жажда палила мои внутренности, как огонь. Отступив на время битвы, она с утроенной силой начала терзать наши глотки. И тут судьба преподнесла нам новый подарок. К седлу одного из коней был привязан бурдюк с какой-то жидкостью, о чем Стен поспешил мне сообщить. Я надеялся, что внутри будет обыкновенная вода, но там оказалось мутноватое пойло, по вкусу напоминающее горький кисель. Выхода не было. Мое горло совершенно пересохло, и я уже не мог дышать без боли. Сделав глубокий глоток, я сразу почувствовал облегчение. Влага животворным источником пронизала мои внутренности, спасая от обезвоживания. Передав бурдюк Стену, я кое-как взобрался на лошадь и грудью упал на ее спину.

– Поехали Стен, поехали, – сказал я и развязал узел, связывающий лошадей.

– Ты уверен, Майки? – спросил он у меня, усевшись в седло своего коня.

– Уверен. Если мы не доберемся до деревни, то долго я не протяну.

– Ты меня так не пугай. Мы обязательно выйдем к людям. Вот только знать бы в какую сторону ехать…

– Туда, – ответил я и показал ему звезду, на которую мы равнялись с самого начала.

– Понятно. Тогда вперед, – сказал Стен и медленно поехал впереди меня.

Я целиком полагался на своего друга и теперь мог немного поспать. Глаза закрывались сами по себе. Бороться со сном я уже не мог и через считанные секунды отключился, обняв лошадь за шею и навалившись всем телом на ее спину. Странные видения преследовали меня всю ночь. Я часто просыпался и, оглянувшись по сторонам, вновь проваливался в забытье. Рана в ноге не давала мне покоя, и пульсирующая боль временами переходила в резкие уколы, от которых я начинал стонать, и тогда моя лошадь испуганно ускоряла шаг. Что это было? Сны или полубред? Сначала в моей голове мелькали какие-то огни, затем я куда-то бежал и проваливался в глубокую пропасть, у которой не было дна. Меня окружили ужасного вида твари, и я испытал непреодолимое желание их убивать. У меня оказалось еще две пары рук, и я одновременно кромсал их копьем, рубал мечом и успевал размахивать горящим факелом, от пламени которого горела земля и плавились камни. Свободными руками я разрывал плоть этих чудовищ и пожирал их мясо. Вскоре я вскочил на коня, у которого вместо глаз были горящие угли, и поскакал по длинной извилистой дороге, ведущей неизвестно куда. Желание убивать росло во мне с неудержимой силой. Тело дрожало как от холода, а язык словно онемел. Нервное напряжение достигло своего наивысшего предела, и я уже не владел собой. Чья-то властная рука управляла моим сознанием, направляя меня и указывая, что делать.

Новый приступ боли заставил меня проснуться. Я не сразу понял, что происходит, но через секунду память вернула мне понимание действительности. Ночь…Звезды…

– Стен, – негромко позвал я, стараясь принять сидячее положение.

– Я здесь, Майки. Как нога?

– Терпеть можно, если бы лошадь шла спокойней. На каждой кочке я чувствую сильную боль.

– Ты уж держись. По крайней мере, сейчас не жарко. Смотри, мы идем точно по звезде, как ты сказал.

– Это хорошо. А долго я спал?

– Часа четыре. Ты все время дергался и что-то шептал.

– Мне снились странные сны. Такого раньше не было. Я почувствовал непреодолимое желание убивать и ощущал ужасную ненависть ко всему, что встречал на своем пути.

– Это, наверное, из-за ранения.

– Возможно. Но я был какой-то одурманенный, что – ли… Иногда даже понимал, что вижу сон. Но я был не я…

– Слушай!.. А может это все из-за той бурды, что мы с тобой напились?

– Ты думаешь, это был какое-то зелье?

– А как же иначе!? Я и сам какое-то время чувствовал непонятное возбуждение. Мне даже захотелось ударить своего коня по голове, но я вовремя сдержался. Странное чувство,… но оно быстро прошло.

– Я слишком много проглотил этой гадости и тем более сильно ослаб. Вот поэтому оно так на меня повлияло.

– Майки, давай его выльем.

– Придется. А то мы еще друг друга поубиваем.

Стен снял с седла бурдюк и швырнул его в сторону. Прохлада ночи помогала нам кое-как переносить жажду. Мы надеялись, что вскоре сможем вдоволь напиться воды и как следует отдохнуть, а я нормально перевяжу свою рану, которая не давала мне покоя и постоянно о себе напоминала. Больше всего я боялся возможного заражения. У меня не было ни бинтов, ни какой-нибудь подходящей мази, зато в мою больную рану попало много всякого мусора в виде земли и травы. Я чувствовал, что больная нога сильно опухла и это очень меня тревожило. Неужели это означает, что я не смогу нормально ходить?..

– Майки, – вдруг окликнул меня Стен и я невольно вздрогнул. – Я вот все время думаю о том, что как же мы попадем к Колдуну, если у него такие подчиненные? Нам что, придется всех их убить?

– Не знаю, Стен. Не знаю…С каждым днем задача становится все более невыполнимой. Воин из меня сейчас никакой. Я и сидеть нормально не могу, не то, чтобы с кем-то драться. Если мы в ближайшее время не найдем Свенсена и мистера Лири, то дела наши будут плохи.

– Почему?

– Потому, что даже если нас и примут в деревне, то долго мы там оставаться, все равно, не сможем. Рано или поздно в деревню прилетят Нифилимы и схватят нас. С моей ногой мы далеко не убежим. Не забывай, что вскоре мы окажемся в местах, где обитают Драконы, а они, поверь мне, не откажутся от лишней возможности перекусить.

– А почему их здесь нет?

– Наверное, потому, что в степи нечем поживиться, и нет воды. Они держатся возле деревень, где есть буйволы и прочая живность.

– Майки, расскажи о Драконах.

Мне не очень хотелось распространяться о существах, которые были мне очень противны, но Стен с таким заинтересованным видом смотрел на меня, что я сдался.

– Ну, хорошо,…только говорю тебе сразу, что лучше этих чудищ обходить десятой дорогой. Хотя, если они тебя заметят, то шансов на спасение практически не останется.