Заря новой эры (сборник) - Оксана Плужникова

На столе горели в фарфоровых подсвечниках восковые свечи, создавая уютное романтическое настроение. Оливия пила шампанское из высокого бокала, Маркус смотрел на неё поверх маленьких язычков пламени, накрыв своей рукой её руку.

– Я не собираюсь напиваться, как тогда на выпускном, – сказала она, чтобы скрыть свою неловкость.

Маркус усмехнулся и достал из кармана маленькую коробочку.

– Оливия, я поздравляю тебя с Днём рождения, желаю успешно закончить институт и найти хорошего любящего мужа. А теперь прими мой подарок.

В коробочке оказались серёжки с опалами, любимым камнем Оливии – Маркус несколько месяцев откладывал деньги на подарок любимой девушке. Оливия с простенькие серебряные гвоздики, и надела серёжки из коробочки. Пламя свечей качнулось от движения воздуха. Маркус поднёс руку девушки к губам и поцеловал, как истинный кавалер.

Потом Маркус всю ночь возил Оливию по городу на автомобиле. Огни фонарей, реклам и окон жилых домов проносились мимо. Девушка больше никуда не хотела, ей было хорошо сейчас, рядом с Маркусом в машине, она любовалась его точёным профилем и желала, чтобы эта ночь длилась бесконечно…

В конце августа Маркус решил напрямую спросить Оливию, любит она его или нет. Через несколько дней он должен был уехать на учёбу в лётное училище, и тогда шанс всё выяснить снова отложится на год.

Тусклый ночник освещал комнату. Оливия сидела на кровати, Маркус лежал, вытянувшись, положив голову ей на колени, и она перебирала его чёрные волосы. В их молчании чувствовалась напряжённость. Тёплые пальцы коснулись лица Маркуса.

– Я по глазам вижу, что ты что-то хочешь мне сказать. Что? Скажи, не молчи.

Маркус долго обдумывал свой вопрос, но не решался задать его. Он поднялся и сел рядом с Оливией. Взял её ладони в свои, и долго сидел, нежно поглаживая. Потом притянул к себе Оливию и принялся целовать её, неистово и жарко, не давая вздохнуть, запустил пальцы в мягкие волосы, лихорадочно расстегнул пуговицы на её блузке и уложил на кровать.

– Подожди, подожди. – ворвался в его уши её голос.

Маркус замер, не понимая, почему девушка отталкивает его.

– Это неправильно, – сказала она, тяжело дыша и застёгивая блузку, – то, что мы делаем.

– Почему? – хрипло спросил он, опьяневший от страсти, как от крепкого вина. – Я ведь люблю тебя, и ты меня тоже любишь!

– Это не любовь. – Оливия отодвинулась от него. – Мы дружим с первого класса, ты близок мне, как брат, но предавать нашу дружбу я не хочу.

– Значит, я для тебя просто друг?! – неожиданно даже для себя вспылил он.

– Маркус… – испуганно начала девушка, но парень её уже не слышал.

– Просто друг! – кричал он уже в коридоре. – Ну, так и оставайся одна со своей дружбой!

Маркус ушёл, громко хлопнув дверью, и этот звук отозвался в душе Оливии гулким эхом.

На торжественной церемонии вручения дипломов Стефания сидела в зале, в первом ряду, где находились родители остальных выпускников. Когда Оливия сошла со сцены, мать обняла её и сердечно поздравила. Окончание университета решили отметить скромно, вдвоём. Оливия взгрустнула, ей очень не хватало Маркуса, его голоса и улыбки. С той самой ночи, когда они так ужасно поссорились, прошло уже полтора года, и за это время он больше ни разу к ней не приехал, и даже не позвонил. От Маркуса не было вообще никаких вестей, и это сильно угнетало девушку. Стефания, тонко чувствовавшая настроение дочери, часто спрашивала, почему он не приезжает.

– Он сейчас на стажировке, отрабатывает полётные навыки, – уклонялась от объяснения истинной причины Оливия.

Мать слушала подобные отговорки довольно долго, но потом не выдержала и заявила:

– Я догадываюсь, почему Маркус не появляется здесь! Наверняка вы поссорились! Твой телефон молчит больше года! Неужели ты не можешь позвонить ему и объясниться? Напридумывала себе кучу условностей, в которых сама не можешь разобраться! Такого хорошего парня теряешь!..

Оливия закрывалась в своей комнате и затыкала уши, чтобы не слышать упрёков матери. Она неоднократно звонила Маркусу, но его телефон не отвечал, а потом исчезли даже гудки. Оливия утешала себя мыслью о том, что у него просто сломался телефон или сменился номер…

По распределению Оливия Майер должна была отправиться работать на Венеру, в крупнейший ботанический центр, открывшийся совсем недавно. Стефания решилась, наконец, на переезд.

– Мы с Томасом, твоим отцом, очень хотели жить на Луне, – говорила она с печалью в глазах. – Это была наша мечта, но средств не хватало. Чтобы заработать денег, Томас и начал работать пилотом. Он погиб, когда тебе и двух лет не было. Тогда я не думала о переезде, нужно было вырастить тебя, поставить на ноги. Знала бы ты, сколько ухажёров у меня было, но я им всем отказала. Томас навсегда останется живым для меня, и я улетаю на Луну с воспоминаниями о нашей бессмертной любви.

Стефания продала дом и большую часть вещей. Оливия в проводила мать на корабль, пообещав, что будет часто навещать её, и поспешила на свой собственный рейс.

После проводимого в течение многих лет терраморфирования на Венере уже вполне можно было находиться без скафандров, хотя в атмосфере по-прежнему ещё существовал плотный облачный слой, а на больших высотах дули сильные ветры. Растительность здесь была не привычного зелёного цвета, а пурпурного, синего и фиолетового, а воздух очень тёплым, плотным, но вполне сносным для дыхания. Солнечный свет пробивался сквозь облака, создавая впечатление пасмурного дня где-нибудь в тропических широтах Земли.

За годы освоения Венеры люди выстроили здесь уже вполне привычные города и посёлки. Тем не менее, Оливия, ранее видевшая венерианский город только в интернете и по телевизору, и пока ехала в такси на съёмную квартиру, крутила головой в разные стороны, стараясь всё рассмотреть.

Квартиру она сняла рядом с ботаническим центром, работа ей нравилась, зарплата была высокой, и уже через пять месяцев девушка смогла купить свою машину. В планах значилась ещё покупка собственной квартиры, но с этим пока можно было подождать.

Чтобы научиться водить, Оливия поступила в автошколу, и три раза в неделю, после работы, ходила на занятия, где подружилась с одной девушкой, бойкой и решительной Сарой Миллер. Сара работала спасателем, эвакуировала попавших в беду исследователей из неосвоенных ещё районов Венеры, людей с попавших в аварию кораблей, оказывала им первую помощь и отправляла в больницу. Несмотря на тяжёлую работу, Сара любила пошутить и была душой компании, окружающие тянулись к ней. Впервые оказавшись в квартире у Оливии, она изумлённо поинтересовалась:

– Ты работаешь даже дома? Как же тогда тебе удаётся выкраивать свободное время на свидания? Или у тебя нет молодого человека?

– Нет, – ответила Оливия, поспешно отворачиваясь к горшкам с растениями.

Она не хотела, чтобы подруга увидела в её глазах грусть и боль, возникающие в душе всякий раз при вспоминаниях о Маркусе. Но Сара оказалась прекрасным психологом и потому сразу ощутила, что Оливия скрывает какую-то тайну.

– Ты кого-то любишь, да? Не пытайся обмануть меня, твои глаза всё выдают!

Оливия только отмахнулась, не желая вдаваться в подробности.

Девушка научилась жить без Маркуса, вычеркнув его из сердца. Их святая дружба закончилась первой и единственной ссорой, когда Оливия не захотела перевести лучшего друга в разряд любовника, не пожелав, таким образом, предать их прежние отношения. Маркус слишком долго не давал о себе знать, он первый отвернулся от неё, и поэтому навсегда остался в прошлом.

Новый этап в жизни Оливии обозначился очередным романом, на этот раз с инженером Эриком Кейном. Он красиво ухаживал за девушкой, заваливал её подарками, приглашал в лучшие рестораны и театры, две недели провёл с ней на венерианском горном курорте. Дело быстро шло к свадьбе.

– Ты слишком торопишься, подруга, – сказала однажды Сара, когда они сидели в кафе. – Одумайся, ещё не поздно всё отменить.

– Глупости! – фыркнула Оливия, готовясь попробовать только что принесённое официанткой мороженое в высокой вазочке. – Мы с Эриком любим друг друга, у нас всё серьёзно. Он самый лучший мужчина в моей жизни!

– Кого ты пытаешься убедить в этом? – спросила Сара, повертев в руках десертную ложечку. – Меня? Или себя? Зачем нужен этот глупый самообман? Думаешь, я не знаю, чьи фотографии ты прячешь у себя под подушкой?

Оливия вскинула глаза на подругу. Это был её личный секрет. Долгими бессонными ночами она, лёжа в постели, при свете ночника, листала альбомы с фотографиями Маркуса, и думала о нём. Как он? Вспоминает ли её? Женился ли?..

Несмотря ни на какие сомнения, свадьба Эрика и Оливии всё же состоялась. Счастья хватило ровно на полгода. Сначала всё шло хорошо, но потом Эрик всё чаще стал замечать, что Оливия холодна к нему. Она не говорила ему слов любви, в её прикосновениях не было теплоты и заботы. Девушка не гладила его по волосам, когда он приходил с работы уставший, в её голосе не слышалось радостных интонаций. Эрику не нравилось, что у жены, лежащей рядом, такой вид, словно она выполняет обязательную трудовую повинность. Даже во время обычного поцелуя Оливия была бесчувственна, как робот.