Заря новой эры (сборник) - Оксана Плужникова

Оливия не замечала, что происходит с окружающими её парнями, а особенно с одним. Она совершенно не думала о любви, сосредоточившись лишь на изучении школьных предметов. Любовь бывает только у взрослых, да и то не у всех, многие на всю жизни остаются одинокими и мучают себя воспоминаниями о неудавшихся отношениях. Ей же надо выучиться, получить профессию и помочь матери пережить одиночество. О замужестве Оливия не мечтала, эти планы были неопределёнными, и поэтому пока не нужными.

Осень выдалась на редкость солнечной и тёплой. Хорошая погода стояла до тех пор, пока с оголённых ветвей не облетели последние листья, и лишь тогда похолодало, и начались дожди. В один из таких дней Оливия торопливо собиралась в школу, боясь опоздать, и забыла взять с собой зонтик. Она вспомнила об этом только к последнему уроку и расстроилась, потому что на улице уже лил холодный дождь, и промокнуть ей не хотелось.

– У меня есть зонт, – пришёл ей на выручку Маркус. – Он большой, мы вдвоём сможем под ним укрыться.

Так они и пошли, вместе. На пороге дома Оливии они остановились.

– Вот мы и пришли, – сказала девушка. – Спасибо тебе, Маркус, я совсем не промокла.

Маркус нервно облизал губы. Ему страстно захотелось поцеловать Оливию, крепко прижать к себе. Она стояла почти вплотную к нему. Прядь шоколадных волос щекотала Маркусу щёку. Он наклонился к губам Оливии…

– Маркус, ты чего? – спросила вдруг девушка. – Что с тобой?!

Пристальный взгляд парня смутил её.

– Ничего. Всё в порядке, – ответил он, отводя в сторону глаза.

Маркус так и не поцеловал Оливия и лишь с тоской посмотрел на дверь, за которой скрылась его девушка.

Маркус и дня не мог прожить без Оливии, и со страхом ожидал лета, когда они окажутся в разных институтах и не смогут видеться. Безумное желание обладать ею не было продиктовано зовом природы, который толкает представителей противоположных полов в объятия друг друга. Скорее это было требование души, гораздо более сильное, чем простое влечение, присутствующее у парней в пубертатном периоде. Оливия была нужна Маркусу, как кислород, без которого он не мог дышать, но из-за братско-сестринских отношений, установившихся между ними, ему приходилось соблюдать определённую дистанцию. Маркус оказался в трудном положении. Он боялся разрушить дружбу с девушкой одним-единственным поцелуем, но и променять её на другую тоже не мог.

Долгие зимние вечера Маркус стал проводить у Оливии. Ничего личного, просто у девушки появились проблемы с выполнением некоторых домашних заданий. Оливия всегда была прилежной ученицей, охотно отвечала у доски, но решать задачи по алгебре, физике и химии у неё не всегда получалось гладко, вот Маркус и предложил свою помощь, получив тем самым возможность проводить больше времени с любимой девушкой.

Они садились в комнате Оливии, раскрывали учебники и начинали подробно разбирать задачи. Стефания не мешала им, она смотрела телевизор или готовила что-то на кухне. Она не признавала магазинной еды и не доверяла кухонным агрегатам, а делала всё своими руками. Блюда, приготовленные Стефанией, были вкуснее любых ресторанных, и гораздо полезней, поскольку в их приготовлении использовались только натуральные продукты.

В свободное от уроков время Маркус и Оливия дурачились, устраивая шумные игры, гуляли, катались на коньках и строили снежную крепость. Возвращались домой уставшие, но довольные – никакие компьютеры и другие новомодные технические устройства не сравнятся со старыми добрыми играми на свежем воздухе!

Во время игры в снежки разгорячённый Маркус всё-таки не сдержался и поцеловал Оливию. Девушка, растерявшись, замерла на мгновение. В эту секунду она выглядела особенно красивой, с румяными от мороза щеками и выбившимися из-под шапки волосами, на которых таяли снежинки. Её губы были нежными, и имели вкус кофе и шоколада. Растерянность мелькнула в её глазах лишь на миг, сменившись озорными искорками веселья. Оливия отбежала в сторону и, смеясь, бросила в Маркуса снежком. Но он стоял, не шевелясь. Маркус видел, что девушке понравился поцелуй, в её взгляде, кроме растерянности, было восхищение и удовольствие. Тогда почему она пытается заменить эти чувства другими? Зачем делает вид, словно ничего не произошло?

Весна обещала быть ранней. В конце февраля потеплело, закапало с крыш, снег начал таять. Воздух звенел, солнце сильнее пригревало. Приближающаяся весна волновала всех молодых парней и девушек, будоражила разум и кровь. У одних разгорались короткие сезонные романы, у других вспыхивали новым огнём старые. В школе во всех классах передавались записочки и маленькие открытки. Многие на уроках витали в облаках, или оказывали знаки внимания своим вторым половинкам.

Один из одноклассников, Стивен Андерсон, начал ухаживать за Оливией. Он подарил ей букет цветов и пригласил на встречу вечером. Маркус смотрел на это, сгорая от ревности, а после уроков встретился со Стивеном за школой и решил разобраться. Начавшийся спокойно разговор перешёл в драку. Дело закончилось разбитыми носами и скулами парней.

– И запомни, – Маркус яростно вытер кровь на подбородке, – не смей больше приближаться к моей девушке!

Уходя, он швырнул в Стивена цветы, отобранные у Оливии.

Весенние дни пролетали быстро, приближая жаркое лето, наступления которого так не хотел Маркус. Старшеклассники усиленно готовились к экзаменам. Оливия и Маркус, как всегда, занимались вместе, бывая то в доме Стефании, то в доме родителей Маркуса. Погода на улице стояла просто сказочная – ярко цвели пёстрые цветы, заливисто и звонко пели птицы, листва тихо колыхалась на ветру, поэтому ребята вместе с учебниками располагались под деревьями, на лужайке с подстриженной травой. Маркус заметил, что его отец, так же, как и Стефания, хитро подмигивает ему, и понял, что они знают о его истинном отношении к Оливии, но не имеют ничего против.

Наконец, экзамены остались позади. Маркус во время сдачи был абсолютно спокоен, а Оливия немножко нервничала, но у обоих итоговые оценки оказались высокими.

На выпускной Стефания купила дочери платье синего, как небо, цвета, без рукавов, с корсетом и пышной многослойной юбкой. От сложной причёски Оливия отказалась, решила просто завить свои прямые волосы. Украшения и косметику девушка использовать не стала, посчитав их лишними.

– Я же не принцесса какая-нибудь! – заявила Оливия. – И потом, мне всего семнадцать лет, так что незачем наряжать меня, как взрослую женщину.

Оливия всегда умела одеваться, выбирая вещи простые, но то же время строгие и элегантные. Это был её особый стиль, который выделял её из толпы других девушек. Вот и сейчас она решила сделать всё по-своему.

Оказавшись на выпускном балу, Оливия пожалела, что не настояла на выборе другого платья. Пышная юбка мешала ей сидеть на узком стуле за столом, и девушка старалась находиться в стороне от всех. В этот вечер она впервые выпила коктейль, и заказала себе второй, совершенно не думая об изрядной доле алкоголя в них.

Оливия сидела и скучала, потягивая третий коктейль, когда за спиной внезапно появился Маркус.

– Оливия, я тебя обыскался, – сказал он, забирая полупустой бокал из её рук. – а ты здесь сидишь. Пойдём танцевать.

Был медленный танец. Маркус умело и уверенно кружил её по залу, не отрывая глаз от любимой. Завитые локоны разметались по плечам, а синее платье так подходило к серо-голубым глазам Оливии. В свете дискотечных огней девушка казалась нереальной, эфемерной, и он всё танцевал и танцевал, сжимая в своей руке её руку…

Устав от всеобщего веселья и громкой музыки, Оливия вышла на улицу. Пошатнулась на ступеньках и едва не упала, но Маркус успел подхватить её.

– Похоже, ты всё-таки перебрала с этими коктейлями. – констатировал он, бережно неся её на руках.

Маркус отошёл подальше от школы и остановился на небольшой полянке. Со всех сторон их окружали чёрные силуэты деревьев, а над ними, в высоком июньском небе, горели яркие созвездия.

Маркус опустил Оливию на траву и сам сел рядом, обнимая одной рукой за плечи. Девушка склонила голову ему на грудь и обвила руками шею.

– Куда ты собираешься поступать? – тихо спросил Маркус. – В какой институт или колледж? Я, например, очень хочу стать пилотом, – мечтательно сказал он. – Буду летать на Венеру или на Марс.

– Мой отец был пилотом. – заговорила Оливия, тяжело вздохнув. – Он погиб в рейсе. Мама до сих пор переживает и не хочет, чтобы я выбирала такую профессию.

– Тогда что тебе нравится? Я помню, что ты раньше серьёзно увлекалась астрономией. Может, будешь звёзды изучать?

– Нет. Я, наверное, буду биологом. Мне больше по душе работа с растениями.

Заканчивался лишь первый месяц лета, поэтому звездопада не было. Но и без метеоров небо было прекрасным. Что-то интимное чувствовалось в этой таинственной тьме, укрывшей двоих влюблённых, и в словах, сказанных едва слышным шёпотом. Маркус, уступив страстному любовному порыву, нежно целовал губы Оливии, её лоб и щёки. Девушка, расслабленная коктейлями, особо не сопротивлялась, но вскоре уснула на плече Маркуса. В школе о них уже забыли, никто ребят не искал. Маркус сидел, глядя в темноту, боясь спугнуть целомудренное единение душ. Оливия дремала, а он всё гладил и гладил её распущенные волосы.