Джок. Награжденный Тенью. День сурка для Джока - Андрей Руб

  В третий раз подъезжает.

  - Ну чего? Три тыщи - и фуру не открываем?

  - В этот раз ты меня не обманешь. Давай деньги и езжай на фиг.

  Тот заплатил и проехал. Только в этот раз фура была полной контрабанды.

  Вот я и вспомнил эту историю и решил приколоться. Не, стражники наглые и тупые. А мытарь хитрый и глупый. Сбор налогов проходил тоже интересно. За воротами была площадь, куда и загоняли телеги для досмотра. Это чтобы пробки в воротах не создавать. Сервис, однако. А ещё говорили, что предки были тупые. Ни фига подобного.

  - Даю гривну - и ты не досматриваешь мои телеги, - с ходу предложил я мытарю. Тот слегка опешил.

  - Положено десятину, - мямлит тот, но видно, что и денег сильно хочется.

  - Две гривны - и ты не осматриваешь телеги...

  В общем, история повторилась. В итоге я заплатил две куны. (Пару чешуек серебра). Надо было видеть растерянную рожу местного таможенника. Он-то рассчитывал сильно поживиться. Но не удалось. Я вовсе не рисковал - у меня с собой все равно ничего не было.

  А я въехал в город и стал оценивать местное зодчество и сервис.

  Народу тусовалось по улице до черта. Ехали телеги с разным содержимым, проходили прохожие - весьма пестро одетые. Народ здоровался, раскланивался, всяко разно орал. Стоял разноголосый гомон. Такое впечатление, что я попал на наш современный базар. Но как оказалось, базар был впереди. Гомон накатывался приливом. Голоса и выкрики звучали все громче.

  Мать твою! И кто мне говорил о сдержанности наших предков? Солидные типа они и степенные...

  Когда мы подъехали к самому торгу, чей конец даже не было видно, я слегка приху... э... обалдел. Куда там восточным базарам до этого торжища. Тут стоял такой ор, что соседа было неслышно. Улица, по которой мы ехали, самым краем проходила мимо торжища. На этом краю торговали снедью. Телеги, лотки, кадушки, какие-то прилавки.... Короче вавилонское столпотворение. Одни предлагали, другие покупали, третьи пробовали, четвертые глазели... - дурдом. Наша кавалькада неспешно перла мимо. И то десяток каких-то разносчиков разной дряни успели предложить свой товар - надрывая глотку. Торговые представители, мля. Предлагали пирожки с репой, какие-то ягоды, пиво, рыбу, жареных птичек... продавец свистулек успел получить плюху вместо монеты, потому что, подобравшись ко мне, поближе продемонстрировал самую громкую свистульку. Отчего мой конь едва не понес. Пришлось поблагодарить разок - нагайкой. Оценил я такое рвение 'торгового агента'. А кругом - ор, ржание коней, блеяние овец, крики... - прямо демонстрация демократов.

  Попалась даже одна гадалка. На улице предлагает мне предсказать прошлое. Поглядев на нее - я отказался. Похоже, в прошлой жизни она была лошадью Пржевальского... потому как и сейчас не сильно от нее отличается.

  Попадались и явно воровские рожи. Ну и естественно воины. Немного, но все же.

  Как не странно, но сходство многих воинов попадавшихся нам по дороге с бандюками было весьма заметным. То же презрение к чужим интересам и эдакая снисходительная спесивость. На нас поглядывали профессионально-оценивающе. Ню-ню. Я в ответ смотрел на них ещё более нагло.

  Какие там, на хрен права человека или уважение к чужой личности? Кто сильнее тут и прав - это четко просматривалось по воинам. А уж парочка стражников были один в один наши ППСники. Такие же пузатые с завидущими глазами и руками, которые загибаются только к себе.

  Долго ли, коротко ли, но наша кавалькада добралась до постоялого двора. Да, средневековье рулит. Здоровенный двор, огороженный неслабым забором, внутри скрывал двухэтажное здание. С окнами тут не очень, но прорубили все равно. Они закрывались ставнями. По летнему времени они были распахнуты и изнутри доносился гомон голосов и смесь разных запахов. Пахло подгорелой кашей, маслом, навозом, помоями.

  - Да. Это не Рио-де-Жанейро, - выдал Гоша с похабной улыбкой.

  - Слышь ты - чтец-декламатор, заткнулся бы.

  - А чё?

  - Это моя Родина - сынок... - процитировал я известную песню, и я утер скупую мужскую слезу.

  Гоша посмотрел на меня, и мы оба покатились со смеху. Остальные странно посмотрели на нас. Ну, ещё бы. Кроме меня с Гошей Ильфа и Петрова никто не читал. Да и то Гоша больше 'смотрел'. Устраивал я несколько закрытых показов у себя баронстве.

  - Надолго ли пожаловали уважаемые гости? - ко мне подскочил мужичонка в льняной рубахе с совершенно пройдошистой мордой.

  - Ты кто? - задал я вопрос, не сходя с коня.

  - Пров - я. Здешний приказчик. К вашим услугам, - он поклонился, цепко оглядывая телеги. Он сразу попытался оценить, чего мы привезли.

  - Разгружаемся! - я махнул в угол рукой и спрыгнул с коня.

  К нам тут же подбежал мальчонка, чтоб помочь с конями. А я, потянувшись, поманил приказчика к себе. Он с готовностью подскочил. Угодливо кланяясь, он умудрялся одним глазом косить на телеги.

  - Пров, ты жить хочешь?

  - Хочу, - он уставился на меня обоими глазами. Тут таким не шутили.

  - Тогда не лезь к телегам и будет тебе счастье.

  - А...

  Закончить фразу ему не удалось. Бесшумно подошедший Гоша уже ткнул ему в поясницу нож. Пров оглянулся и, увидев абсолютно индифферентное выражение лица малолетнего душегуба, моментально проникся.

  - А то можно поскользнуться и упасть прямо на обнаженный нож - восемь раз подряд... и умереть, - нравоучительно заметил я. - Теперь веди пожрать, да комнаты приготовь...

  - Сей момент, сей момент будет готово. Не извольте сомневаться. Все самое наилучшее. Счас будет готово.

  Да уж с удобствами тут не очень. Но и народ, в общем-то, не избалованный. Гоша провожая его рассказал ему этот анекдот про восемь раз и арбуз.

  Народ внутри - хлебал шти, лопал убоину, пил пиво из корчаг... Сам зал грязный, с наспех засыпанным сеном полом, засаленными столами и тяжеленными лавками - производил довольно паршивое впечатление. Мне сразу вспомнилась моя гостиница. Да. Может, что-то и удастся исправить.

  Я заказал пива и бражки, убоины, кулебяку, кашу, расстегаи и хлебальный пирог. Классный пирог кстати. Вся фишка заключается в том, что его сначала пекут. Потом вынимают середину и в пустой пирог наливают щи, вместо тарелки. Весьма вкусная штука.

  Те, которые вам будут говорить про пышный хлеб караваями, не очень верьте. Всем знакомые дрожжи изобрели только в девятнадцатом веке. А пока тут для выпечки использовали хмель. Вместо дрожжей. Хмелевая закваска. Шишки заливают кипятком, настаивают полчаса. Потом добавляют мед и настаивают ещё пару дней. Вот так-то. Хлеб здесь в основном ржаной, как и мука.

  Комнаты удалось снять без проблем - не сезон. Комнаты были три на два и были меблированы - кроватью с матрасом набитым сеном, лавкой и сундуком. Роскошь. Впереди полдня и делать совершенно нечего.