Утекая в вечность - Taliana

— Я не мог быть уверен. А дело могло обернуться серьезно. Если бы выяснилось, что…

— Я понимаю. У меня были бы проблемы.

— Даже большие чем вы думаете. А мне нельзя этого допустить. Вы мне нужны… Поэтому я приложил все усилия чтобы никто из людей сюда не пришел с проверкой. И мы все терпеливо ждали известий. Когда же доктор вернулся с капитаном Амиром и уверил, что произошла ошибка, что у вас просто повышенное давление, в результате чего вы просто физически не способны на продолжение экскурсии, а мальчик все перепутал, мы все успокоились и двинулись в путь.

123… 7…

— А вдруг доктор соврал?

— Он принес доказательства. Все эти машинки. Датчики с образцами. Нам показали удивительные вещи, очередные чудеса техники бессмертных. Мы видели так называемый слепок госпожи Проскуриной. Голографическую объемную картинку, практически живую копию, на которой были видны мельчайшие детали. Но главное — что никаких повреждений нет. Я первый раз видел подобное. Полностью воссоздали изображение ваших кожных покровов, а потом и внутренних органов. Все, даже шрамы и родинки. Чудо! Чудо!.. Объемный манекен в ваш полный рост. И на экране все показатели вашего здоровья. Мы, простите, все ваши трещинки, так сказать — морщинки рассмотрели. Могли увидеть даже детально состояние внутренних органов. Только от подробностей интимного характера отказались. Майор Калинин сидел красный как помидор, но смотрел так, что глаза трещали! Думаю, вы в курсе, что нравитесь ему… Главное, что мы узнали, насилия не было — и все. После для достоверности подобной процедуре подвергли еще двух делегатов, и все совпало до мелочей! Теперь мы даже знаем, что у министра Темерева геморрой. И ему страшно неловко… О чем это я? Ах, да! Подлога и обмана не было и не могло быть. Техника не врет. Сомнений не осталось. Лично я очень впечатлен этой демонстрацией уровня развития их медицинской техники.

— Почему никто ко мне не пришел проверить после того как установили правду?

— Калина, вампиры оказались просто кровососами в вопросах настойчивости, — сказал министр и рассмеялся своему каламбуру. — Вишнар запретил кому-либо беспокоить гостью, когда узнал про ваше самочувствие. Попробуй ему что-то возразить! И потом, я опять удержал тех, кто рвался. Рассудив, теперь точно ни к чему. После я сам. Правда всплывет.

— С моим трупом где-то в реке.

— Ну, зачем вы так?..

— Мы с вами вроде члены одной делегации, — обижено возразила она. — И мы не в деревне у доброй бабушки. Мы тут у бессмертных. Это был акт якобы заботы обо мне? После того как капитан Амир практически силой принудил меня к осмотру? Позаботился так сказать, от переизбытка теплоты и сердечности. Отвратный цирк!

— Калина, знаете, что удивило меня больше всего?.. Это не цирк. Это была искренняя забота.

— Экранизация, — хмурилась журналистка, скрестив руки на груди.

— Я старый прожженный политикан. Пережил трех президентов на своем посту и миллион передряг связанных со сменой их власти. Я кое-что понимаю и уже могу отличить, кто демонстрирует, а кто искренне заботится. У вас на глазах пелена предубеждения.

— При всем моем уважении к вам, Александр Александрович, не рано ли вы смягчились к ним?

— И не подумаю об этом. Кто они я прекрасно понимаю. И куда они нас подталкивают.

— И куда?

— К миру. Он им нужен. Зачем?.. Это наша цель. Понять! Но ситуация сегодняшнего утра, вся эта шумиха, жесткое отношение к своим, когда на карту поставлена честь и безопасность гостя. Точнее, гостьи… Мне что-то подсказало, случись что-то со мной, меньше бы было возни.

— Намекаете на особенное расположение Вишнара?

— Нет. Он мужчина и большой любитель женщин, это очевидно. Я не питаю иллюзий, советую не питать их и вам. Вижу наметанным глазом старика, что к чему. Дело не в личном мужском интересе правителя. Тут скрыто что-то еще. Как бы это сказать… очень щепетильное отношение к вопросу женщин, что ли. Не могу понять подоплеку, но вижу проблему именно так. У меня после утреннего происшествия даже создалось впечатление, что вы… — Аршинов смолк, а после не без удивления добавил: — самый важный для них член делегации. Они не просто так пустили сюда женщину и то, что вы журналист не стечение обстоятельств. Вишнар лично отбирал всех делегатов из предложенного списка. В этом я уверен. Вы были не единственным журналистом желавшим прибыть сюда, не лучшей из всех, но единственной женщиной. Мы имеем некоторые догадки, почему выбрали каждого из нас. Но как попали сюда вы?.. Точнее, почему?.. Это для нас тайна. Но вы, несомненно, очень важны для него. Для всех них. И глупенький птенчик, которого вы кличете Танум, это выдал. Он переполошился неспроста, это не оплошность, не глупость. Он выявил слабое место бессмертных. Ему приказано было вас сторожить особенно! Помните происшествие на лестнице?.. Лишнее тому подтверждение. Но переполох и забота продиктованы не той причиной, что очевидна для нас. Этим, своим интересом к вам как к даме, Вишнар просто прикрыл нам глаза. Мудреный он… А юноша неумышленно выдал. Вот откуда шумиха. Вот почему он так паниковал, когда вы дали понять, что вам плохо. Теперь нужно думать.

— Вы относитесь ко мне не так как все другие. Почему?

— Я не делю людей на классы и ранги, как делают некоторые из членов делегации. Вы верно заметили, мы в тылу у недруга. И мы действуем в общих интересах. Васнецов вояка, у него не самый острый ум, он бы не попал сюда, будь он умнее. Потому он и выказал слабость недругу, стал собачиться. И вы, между прочим, правы. Этих прототипов, использовали не по назначению. И Вишнар уже в курсе. Это было глупо со стороны наших, их оплошность выйдет боком всем. Теперь, желая скрыть правду, многие делегаты станут плясать под дудку вампиров. Уже пляшут, не заметили перемену? Впрочем, вас же не было днем на экскурсии… Эта утренняя демонстрация техники была ничем иным — сигналом, что все необходимые данные, о том кто и как именно воспользовался своим прототипом, у них уже имеются. Как и образцы сами понимаете чего… Все именно об этом и думали когда смотрели на ваш слепок. Я все по лицам понял. Посерели практически все, за исключением Васнецова. Зато стало ясно, вот кто точно не прелюбодействовал прошедшей ночью. Скверно, Калина, — тяжело вздохнул министр. — Одни дураки вокруг. Возможно вы единственный здравомыслящий человек. Я не могу себе позволить потерять вас. Вы мне нужны. Ваш острый ум и зоркий глаз. И потом, вы нужны им, значит, ваша ценность возросла и в наших глазах. Я обязан разобраться и поберечь вас… Но я прошу, не раскрывайте мои карты ни иным членам делегации, ни тем более недругу. Мы не знаем, где и, главное кто, наш враг.