Сабина изгоняет демонов - Галина Куликова

– Вы отравились рыночным творогом, – вздохнула Сабина и подумала: «У тебя нет никакой причины мстить членам тайного общества. Даже если они как-то причастны к гибели Протасенко».

– Если честно, меня едва откачали, – нахмурилась Рита. – Пока я находилась между жизнью и смертью, мамуся рассказывала всем о том, что я проглотила целую горсть снотворного. А поскольку это случилось на следующий день после гибели Андрея, люди сделали соответствующие выводы. У меня даже справку никто не спрашивал, когда я снова пришла в школу.

– Вы сказали, что Таня Савченко была влюблена в Андрея Протасенко, – вернулась Сабина к тому, что ее особенно заинтересовало.

– Она это скрывала изо всех сил. Не хотела быть отвергнутой. Но меня ей провести не удалось. Она это поняла и мгновенно обозлилась. Задевать боялась, но по возможности игнорировала. А мне на нее было глубоко плевать…

В это Сабина тоже легко поверила. Для такой красавицы, как Рита, презрение вполне ординарной девочки, пусть даже и старосты класса, наверняка ничего не значило.

– Ваша бывшая классная руководительница сказала мне, что у Андрея были какие-то неприятности в последнем походе, – сказала она. – Будто бы он здорово поссорился с учителем физкультуры.

– Ого! – воскликнула Рита, откинув волнистую прядь со лба. – Вижу, вы серьезно взялись за дело. Если честно, я впервые вижу женщину-детектива.

– Я никакой не детектив, – призналась Сабина. – Я частное лицо. Илона Борисова была моей подругой.

– Я вам сочувствую, – Рита стерла с лица улыбку. – Да, Антон Владимирович и Андрей поссорились из-за меня. Я тоже была в том походе. Один мальчик из соседней школы начал за мной ухлестывать. Андрей притащил его на реку и начал топить. Там было все серьезно. Мальчик выжил по чистой случайности.

– Выходит, у Протасенко был буйный нрав?

– Даже не знаю, что вам сказать. Если бы не этот случай, я бы уверила вас, что Андрей и мухи не обидел бы. У той же Савченко нрав гораздо более буйный. Вы знаете о ее жестоком противостоянии с Уваровым?

– Нет, – растерялась Сабина.

Экологически чистый кофе с Галапагосских островов неожиданно показался ей невкусным. Она вдруг отчетливо поняла, что ее расследование похоже на стрижку кустов. Щелкая ножницами, она проходит по верхушкам, не задевая мощных ветвей. А уж корни вообще теряются среди густой листвы и остаются недоступными взору…

– Однажды на уроке Антон Владимирович сказал, что мелкие девочки должны быть ловкими, а Савченко неуклюжая, как медведь-панда. Все мальчишки засмеялись. Если бы вы видели глаза Савченко в тот момент! Я думала, она бросится на учителя и вцепится ему в горло.

– И она встала на тропу войны, – заключила Сабина. – Но как могла ученица воевать с учителем?

– Она начала с того, что организовала кружок «Путешественник» или что-то вроде того. Стала планомерно переманивать ребят из кружка Уварова в свой. Подстраивала всякие пакости. Например, на его уроках пропадали журналы или пол в спортивном зале оказывался натерт подсолнечным маслом… Ну, в общем, ничего криминального, но довольно противно. Мне учителя всегда было жалко.

– А вы не пробовали ее остановить? – поинтересовалась Сабина.

– Ну вот еще! – воскликнула Рита изумленно. – Чтобы эта вобла переключилась на меня? Большое спасибо. Кроме того, наша классная, Шаповалова, Таньку Савченко во всем поддерживала. У них против Уварова была прямо коалиция создана.

– А Светлане Федоровне чем учитель физкультуры не угодил?

– Точно не знаю. Думаю, она ему попросту завидовала. Ведь ребята его очень любили. Он инициативный был, добрый, на гитаре умел играть.

– А Светлана Федоровна не умела, – пробормотала Сабина. – Какая у нее была кличка?

Рита усмехнулась и, налив себе полный стакан минеральной воды, посмотрела сквозь него на обжигающий кружок солнца. Солнце сплющилось, а потом растеклось по стакану, как разбитый желток.

– Чучундра, – усмехнувшись, ответила она.

– Серьезно? А учительница об этом знала? – заинтересовалась Сабина.

– Полагаю, что да. Учителя обычно знают гораздо больше, чем хотят показать. Шаповалова особой жестокостью не отличалась, да и вообще ничего такого не делала, чтобы дети против нее ополчились. Но ее почему-то все равно не любили.

Сабина вспомнила, с каким придыханием бывшая классная руководительница рассказывала о погибшем Уварове и подумала: «Да вы, оказывается, мастерица врать, Светлана Федоровна!»

– Скажите, а Андрей Протасенко был красивым мальчиком? – Этот вопрос только что пришел в голову самодеятельной сыщице.

– Вы что, не видели его фотографии?

– Видела, но только маленькую, классную, по такой судить трудно, – призналась Сабина.

Рита извернулась на стуле и крикнула женщине, поливавшей цветы на веранде:

– Тася! Принесите, пожалуйста, фотографию с камина!

– Вы держите фотографию Андрея на камине? – изумилась Сабина. – А муж как на это реагирует?

– Муж относится с пониманием, – ответила Рита. – Слушайте, прошло больше двадцати лет. Мальчик погиб, зачем к нему ревновать?

– Но вы же сами сказали, что не были влюблены в Андрея. Снимок на камине как-то с этим не вяжется.

– Если честно, я ни разу в жизни так и не влюбилась, – сказала Рита будничным тоном. – Меня это отчего-то угнетает. Поэтому я подругам рассказываю, что вот была у меня в юности неземная любовь, которая окончилась трагически. Надеюсь, вы не станете меня за это презирать.

Рита печально улыбнулась и, приняв у подошедшей Таси фотографию в красивой рамке, подала ее Сабине. Фотография была невысокого качества, но все же лучше, чем та, что показывала ей классная руководительница. Сабина удивилась, что человек, сознательно создавший себе идола, для того чтобы поклоняться ему, выбрал не слишком четкий и довольно посредственный снимок.

– Мне нравится именно этот ракурс, – сказала Рита, словно прочитав мысли Сабины.

Та вгляделась в лицо парнишки с кудрявыми волосами и острым подбородком. Единственное, что она могла сказать со всей определенностью, – в глазах Андрея таилось страдание.

– Когда был сделан этот снимок? – спросила она.

– Примерно за неделю до его смерти.

«Примерно за неделю до своей смерти Андрей Протасенко чувствовал себя самым несчастным человеком на свете, – подумала Сабина. – Так что версию самоубийства я бы исключать не стала».

Закусив губу, Сабина изо всех сил давила на беленькую, скользкую и тугую кнопку звонка. Через пару-тройку минут у нее едва не свело судорогой указательный палец, однако открывать дверь никто не спешил. При этом Сабина отчетливо слышала доносящиеся из глубины квартиры шаркающие шаги, покашливание и сопение, а также звуки работающего на полную катушку телевизора. Там кто-то был, но явно не жаждал общения. Это, в свою очередь, категорически не устраивало Сабину, которая решила любыми путями выкурить неприятеля из его норы. И она стала колотить в дверь сначала кулаком, а потом и ногой. «Пусть делают со мной потом, что хотят, – думала Сабина, нанося по металлической двери удары, достойные великого мастера боевых искусств Фунакоши. – Но поговорить с этим Ясневым я все равно должна. Должна! Должна!!!» Единственное, чего Сабина сейчас опасалась, – что соседи или сами обитатели квартиры вызовут полицию.

Беготня за одноклассниками Борисова неожиданно превратилась в довольно утомительный и, не исключено, травмоопасный спорт. Но именно в этом виде спорта она непременно должна была достичь наивысших результатов.

Олимпийский напор Сабины принес наконец ожидаемые плоды – щелкнул замок, дверь распахнулась, и на пороге возникла маленькая и круглая, как колобок, бабуська. Радостно щурясь сквозь толстые стекла очков, она улыбнулась и завопила:

– Раечка, хорошо, что догадалась громко постучать! Звонок-то Вовка все починить не может. Пьет и пьет, мерзавец! Обещал сегодня – и опять куда-то пьянствовать ушел. А я же глуховата стала. Думала сначала – послышалось, что стучат. Да телевизоры по всей квартире работают. Потом догадалась глянуть в глазок – а это ты!

Обалдевшая Сабина растерялась, не зная, как лучше поступить – признаться в содеянном, назвавшись своим именем, или сохранить инкогнито, оставаясь какое-то время неведомой Раечкой.

Официальная беседа с глухой и вдобавок почти слепой бабусей вряд ли могла быть конструктивной. Но как выяснить, куда скрылся Яснев, которого обитательница квартиры назвала пьяницей?

Спасительная идея пришла быстро и словно сама собой. Пусть бабуся-колобок сама решает, кто же все-таки ломился в дверь.

– А где Вовка-то? – что было сил крикнула Сабина. Ей казалось, все громкие голоса звучат одинаково, и хозяйка не упадет в обморок, выяснив, что перед ней никакая не Раечка. – Я его найду и приведу! Чтобы он звонок починил. А то в следующий раз могу дверь сломать.