Клуб Джентльменов (СИ) - Соболянская Елизавета

Соображать надо было быстро. Графиня Кастильони уже свернула куда-то во двор, а там разминали кулаки… знакомые рожи из заведения, в котором пела Кэндис!

— О! Махоун! Капитан! Здоровяк! – раздалось хором, и Кентавр понял, что это его шанс!

Он резко шагнул вперед, храня на лице глуповатую улыбочку, на доли секунды перестал сопротивляться, и когда невидимая «нить» рывком впечатала его в графиню, упал всем весом, стараясь сбить ведьму с ног. Получилось! Потеряв концентрацию, шпионка жалобно вскрикнула, магическая нить слетела и ударила по ней, как каучуковая резинка, которой обожают баловаться мальчишки. Килкени вскочил, и парой файеров напомнил бродягам, кто он такой.

 К сожалению, итлийка четко знала, когда проигрывала – она катнулась по земле, не жалея элегантного вдовьего наряда, метнула несколько комков ваты в сторону мужчин, и маленький грязный дворик окутал густой, как молоко туман. Когда он развеялся, у покосившегося забора стояли Грегори, Тай и Ал. Было понятно, что если они и видели графиню Кастильони, то поймать ее не успели.

— Капитан, — с дрожью в голосе сказал Тайлер, — невеста ждет вас в храме. Но ваша форма…

Оглядев себя Махоун вздохнул:

— Зато она сразу увидит, что выходит замуж за сына фермера!

— Так нельзя! – за спинами мужчин раздался недовольный голос Аманды. – Посторонитесь! Я вообще-то для невесты захватила, но свежую грязь с сукна тоже уберет!

С этими словами профессор алхимии вынула из поясной сумочки флакончик, хорошенько встряхнула и… облила весь мундир, а также штаны и сапоги жениха пронзительно-желтой пеной.

— Нууу, над цветом я еще поработаю, и над запахом тоже, — вздохнула она, сморщив породистый носик, — но результат есть! А теперь бежим, Кэндис готова заплакать, а удалять следы слез я еще не научилась!

И они побежали!

— Леди Стоукс, — впечатленный Тайлер семенил рядом с девушкой, которой помогал бежать Грегори, — запатентуйте это средство срочно! Тысячи дворецких и камердинеров будут вам несказанно благодарны!

— Как и костюмеры, и актеры, — пыхтел позади Аллиаль.

— Господа, поспешим! Я запрещаю делать неприличные предложения моей невесте! Она непременно зарегистрирует патент, с моей помощью! – чопорно перебил разговоры лорд Лайвернес, элегантно перебирая конечностями.

Кентавр бежал молча. Он стремился к своей невесте, и никто и ничто не могло его остановить!

Маг ругал себя на бегу – как он смог забыть, что «нить» еще и лишает опутанного чувства времени и расстояния. Клятая шпионка утащила его слишком далеко! Хорошо, что друзья пришли на помощь, сам он после магической атаки способен был заблудиться в трех кустах! А вот и храм! Запыхавшись, мужчины влетели через центральный вход и остановились.

Они успели! Матушка Доусон уже выходила из «комнаты невесты» с самым сердитым видом, но Кэндис все еще была тут. Мэнди моментально кинулась к ней, обняла, зашептала на ухо, увела обратно, пряча от взгляда Махоуни. Мисс Доусон-младшая смерила жениха и его друзей подозрительным взглядом, но тоже ушла вслед за сестрой. Тайлера оставили у двери – ждать невесту, охранять, вести ее к жениху, а сами со всех ног кинулись к алтарю, стараясь не замечать оплывшие свечи.

 Увидев, что гости уже давно крутятся на жестких лавках, Грег сунул служке золотой:

— Жених на месте, невеста выходит! Приготовь все!

 Тот одернул яркий стихарь, расшитый золотыми солнышками, моментально сменил свечи рядом с алтарем, взмахнул рукой, выдувая душный воздух в боковые двери, и запел негромким, проникновенным голосом гимн, восхваляющий Свет.

Молитву подхватили все – так уместно и безыскусно она звучала, и под это общее пение в зал вошла невеста. Невысокая, хрупкая, воздушная! Она шла к Кентавру как дар небес, под восхваление высших сил. Тайлер крепко держал Кэндис под руку, чтобы она не сорвалась с места и не побежала проверять – цел ли ее будущий муж? Все ли с ним в порядке?  Младшая мисс Доусон несла шлейф, леди Стоукс и матушка Доусон шли «в свите невесты», утирая кружевными платочками набегающие слезы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Дойдя до жениха, Тай с легким поклоном передал руку Кэндис Махоуни и отошел в сторону. Кентавр шагнул ближе, коснулся короткого конца фаты и мягко спросил:

— Позволишь, моя Кэндис? Хочу видеть твою улыбку!

Взволнованно кусая губы, невеста кивнула. Ох, как она волновалась в той каморке! Как беспокоилась, услышав, что из храма сначала пропал жених, а потом и его друзья. Какие жесткие слова пришлось найти Аманде, чтобы успокоить всеобщую панику! Леди Стоукс деловито позвенела флаконами, накапала женщинам семьи Доусон успокоительного, а после сказала, что сходит проверит куда все подевались:

— Уверена, они сейчас судорожно пытаются очистить мундир Килкени! – заявила она, вынимая из своей сумочки еще один флакон. – Я боялась, что ты можешь испачкать платье в дороге, вот и захватила с собой очищающее зелье. Подожди буквально пять минут, этому составу нужно слегка впитаться в ткань! – после этих слов Мэнди исчезла, а вернулась уже со всеми мужчинами, и было видно, что лишь мундир жениха сверкает безупречной чистотой.

И все же Кэндис мучали сомнения. Ровно до того момента, как кружевная преграда взлетела вверх, и она заглянула в любимые глаза своего мужчины. В них было столько любви, и нежности, и тревоги. Этот огромный сильный мужчина, маг, офицер, боялся, что его отвергнет маленькая хрупкая девушка, держащая в своих руках его сердце. Чтобы успокоить Махоуни, Кэндис протянула к нему руки и чуть-чуть улыбнулась. Жених тотчас расцвел улыбкой, и они уже вдвоем повернулись к служителю, чтобы пройти церемонию.

Старший служитель заметил их переглядывания, одобрительно кивнул, и воздел руки, призывая Светлых. Затем коротким речитативом объявил, для чего все собрались, а потом, уже мягче и спокойнее напомнил жениху и невесте, что в таинство брака люди вступают добровольно, с открытыми сердцами и чистой совестью.

— Если здесь есть кто-то, кто знает нечто, способное запретить этот брак, пусть скажет сейчас, или замолчит навсегда! – такое объявление делали при любом бракосочетании, но Кэндис и Махоун вздрогнули, услышав за спинами хрип.

Один из гостей с ужасом в глазах держался за горло. Невеста видела его впервые, да и жених не узнавал. Впрочем, на свадьбу вполне могут зайти случайные люди, храм ведь открыт всегда.

Гости заволновались, но служитель был опытным, поэтому объявил:

— А тот, кто хотел солгать, пусть выйдет их храма и не заходит в него до заката!

Неизвестный тут же вылетел прочь, как пробка из бутылки игристого вина! Все с облегчением выдохнули и вернули внимание брачующимся. Только Грегори, Аллиаль и Аманда переглянулись. Похоже графиня решила не покидать Бриванию и продолжает мстить «Клубу Джентльменов».

Когда служитель объявил:

— Объявляю вас мужем и женой! – вся компания чуть не рухнула от облегчения.

Поцелуй прошел как в тумане. Молодые вышли в яркий полдень, сели в коляску и отбыли в свой дом. Гости неспешно дошли до милого ресторанчика, где их ждал традиционный свадебный завтрак с бокалом шампанского. А вот члены «Клуба Джентльменов» выпив по бокалу и  извинившись перед матушкой Доусон отправились в клуб.  Попытка увести Кентавра прямо со свадьбы пустяк, по сравнению с тем, что может сотворить графиня без постоянного присмотра королевской службы безопасности.

Глава 24

Через три дня после свадьбы Кентавра Аллиаль дер Журбье сидел за столом в своей комнате, и рассеяно смотрел в альбом с рисунками мундиров и париков, принятых в различных полках королевской гвардии. На самом деле актер не видел ни расцветки плюмажей, ни выпушек, ни эполет. Он смотрел на записку, лежащую между страницами.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«Если вам интересно узнать, кем были ваши родители, приходите в полночь к памятнику Адмиралу Гвельсу. Не берите своих друзей, некоторые тайны должны оставаться таковыми.» Записку он обнаружил в книге, которую читал каждый день. Кто бы ее не принес, он точно знал о главной мечте бывшего актера. Только откуда? Ал мог бы поручиться, что его друзья никому не открыли эту тайну.