Спасательный корабль - Гарри Гаррисон

К его удивлению, Грос кивнул и сказал:

— Пока что все звучит довольно просто.

— Наверное, потому, что я все слишком упрощаю, — сказал Джайлс. — Попробую объяснить подробнее. Это совсем не так просто, как кажется. Капитану ничего не стоило бы сделать подобные расчеты, поскольку она вела наблюдение за расположением звезд, пользовалась показаниями космических приборов и лоций, легко могла определить положение конечной цели нашего полета, соотнести с этим данные лоции — как именно, я понятия не имею, и внести соответствующие поправки в курс корабля. Я способен вести наблюдение за космосом с помощью имеющегося на борту оборудования, однако это все, на что я способен. Еще я мог бы ввести готовые поправки в систему управления кораблем. Но с лоциями я обращаться не умею. Это умеет только Капитан. Как получить данные для изменения курса, исходя из наших координат, я совершенно не представляю.

— А почему мы должны менять курс? — спросил Грос.

— Потому что спасательный корабль, так же как и большой альбенаретский космический корабль, оснащен подпространственным двигателем. Каждые одиннадцать минут этот двигатель переводит нас в подпространство, а затем возвращает назад. За каждую миллисекунду, что мы находимся в подпространстве, мы покрываем колоссальные расстояния обычного космического пространства. В подпространстве мы движемся всего несколько миллисекунд, но там вероятность следования правильным курсом составляет восемьдесят процентов, понимаешь? Только около восьми миллисекунд из каждых десяти мы движемся по правильному курсу. Однако если ввести в компьютер спасательного корабля необходимые поправки, он будет все время перерассчитывать курс и возвращать нас на тот пур>, что ведет к заданной цели. Со стороны могло бы показаться, что мы движемся каким-то болтающимся курсом. Если нам не удастся правильно рассчитать поправку, каждый раз при входе в подпространство или при выходе из него придется останавливать корабль и определять наши координаты вручную. Это семьсот раз за корабельные сутки, до тех пор пока мы не доберемся до солнечной системы планеты, к которой летим. Такой полет занял бы примерно тысячу лет, а ее, этой тысячи лет, у нас, разумеется, нет.

Грос согласно покивал. Он по-прежнему источал оптимизм.

— Мы с моим компьютером, — сказал он, — вычислим для вас любую константу, если будут вводные данные этой задачи. С чего начнем?

— Начнем с того, — мрачно сказал Джайлс, — что я попробую применить принципы межпланетной навигации к межзвездному пространству. В основе своей эта задача сводится к обычной геометрии, правда, с движущимися точками вместо постоянных...

Он продолжал объяснения. Ситуация складывалась довольно любопытная. Прежде чем приступить к решению задачи, им пришлось заняться взаимным обучением. Как уже успел убедиться Джайлс, Грос больше интересовался цифрами, чем космическим пространством. И Джайлс с трудом находил способы и приемы, чтобы объяснить Гросу основную задачу в математических символах, доступных пониманию арбайта и пригодных для его дальнейших компьютерных расчетов.

— Вот смотри, — говорил Джайлс, — представь, что ты вырезал из картона, скажем, треугольник и держишь его двумя пальцами за углы. — Он вытянул большой и средний пальцы, чтобы показать, как это делается. Грос кивнул. — Вершина треугольника остается свободной, — продолжал Джайлс, — может описывать окружность вокруг оси, расположенной между твоими пальцами, понял? — Грос кивнул. — Отлично. Теперь представь, что те две вершины, которых ты касаешься, — известные нам координаты. Тогда положение в пространстве — та вершина, что осталась свободной, и она соответствует некоей точке, принадлежащей этой окружности. Чтобы определить эту точку, ты должен узнать, каков угол между одной из двух уже известных тебе прямых и третьей, проходящей через ту точку в пространстве, координаты которой тоже необходимо определить.

— Ага, — сказал Грос, и лицо его просветлело. Пальцы арбайта, будто танцуя, скользнули на клавиатуру компьютера. Он был похож на музыканта, понявшего, как исполнить трудный пассаж, и ударившего по клавишам рояля.

— Первые три точки, — продолжал Джайлс, — должны быть достаточно заметными и находиться вне данной галактики, а также на достаточном расстоянии от галактической плоскости. Помнишь, я объяснял тебе, что такое галактическая плоскость?

Да, — ответил Грос.

— Вот и хорошо, такими тремя точками могут быть Дорадус, ядро созвездия Андромеды и ядро спиральной туманности в созвездии Гончих Псов — М 51.

— Я не... — начал было Грос.

— Хорошо, хорошо, — сказал Джайлс. — Ты ничего не знаешь об этих созвездиях. Пусть это тебя не волнует. Важно, что эти точки находятся вне пределов данной галактики, вне ее плоскости. И их легко увидеть из нашей Галактики. Атеперь я хочу, чтобы ты понял, как нам с их помощью определить местонахождение корабля.

— Это я понял, — сказал Грос, воодушевляясь. — Конечно, понял! Это простая геометрия, только в трехмерном пространстве.

— Отлично! — воскликнул Джайлс. — Тогда продолжим. Теперь, используя три точки, о которых я говорил, мы определим общие координаты нашей Галактики — настолько общие, что они, видимо, будут включать в себя и Солнечную систему, и Землю, и Белбен, и 20 В-40. После того как мы определимся с помощью этих трех точек, расположенных вне Галактики, нам придется посмотреть звездные карты и выбрать три яркие, известные нам звезды, которые находятся близко от нас. По ним мы сможем сделать более точные исчисления и определить наши координаты. К счастью, в данном случае в этом нет необходимости. Я хорошо запомнил все звезды, мимо которых пролегал наш первоначальный курс на Белбен и примерно представляю себе, где мы находимся.

Грос кивнул. Ему, видимо, даже в голову не приходило спросить Джайлса, зачем тому понадобилось изучать звездные карты и учиться космической навигации.

— Я даже знаю местоположение планеты 20 В-40 относительно той части пространства, где она находится, а также координаты наиболее крупных планет поблизости от нее, — продолжал Джайлс. — Стало быть, все, что нам теперь нужно определить, — это наше собственное местоположение в данный момент, причем по возможности с максимальной точностью; а еще нам нужен угол между нашим курсом и той прямой, что проходит через точку 20 В-40. Капитаном была введена лишь одна поправка в первоначальный курс на Белбен, и я готов спорить на что угодно, что при этом мы пропустили по крайней мере одну фазу перехода в подпространство. Следовательно, мы сейчас находимся не более чем в одной фазе перехода от нашего первоначального курса и все же в звездном окружении, где мне известны все крупные звезды и планеты, которые можно увидеть вот на этом экра-нс... — Он указал на обзорный экран. — В сущности, я действительно неплохо их знаю, так что вычислить наше нынешнее местонахождение сравнительно нетрудно. Я могу воспользоваться системой управления спасательного корабля для определения угловых склонений всех трех звезд, о которых я говорил тебе раньше. Это и даст нам наши собственные координаты. А отсюда мы сможем вывести и угол между нашим теперешним курсом и курсом на 20 В-40, после чего будем готовы проделать поправочный фазовый переход в подпространство.