Бывшие. Отомстить профессору - Софья Феллер

и мужчину у невесты увести. Для этого ты к нам устроилась? — осуждающе бросает Надя.

— Что? Нет, конечно…

— Ну да, удобно нас было за нос водить. Целый корпоратив организовала, чтобы с боссом потрахаться. Как тебе спится после такого? Знала же, что это Наташин мужчина. Тебя предупреждали в первые дни, — подхватывает Лена, вставая на сторону Нади.

— А меня вы выслушать не хотите? Прежде чем приговор выносить? — борюсь с подступающей паникой.

— Да что тебя слушать! Я лично видела фото из комнаты Влада! Ну ты и сука. Таким в нашем коллективе не место! Увольняйся, дальше будет только хуже, — подключается Наташа, не скрывая ярости.

— Мира, тебе и правда лучше уволиться, — поддакивает Лена.

Я обвожу их взглядом и понимаю, что здесь поддержки ждать точно не стоит. За эту неделю Наташа провела тщательную работу со всеми, кто готов был выслушать её версию. Её слова весомы — с ней ребята работали годами, а меня знают всего пару месяцев.

Живот становится каменным, дышать становится труднее. Успокоиться я не могу, наоборот, с каждой минутой нервничаю всё сильнее.

Почему они так со мной? Они ведь не знают всей истории, сделали выводы только со слов обиженной девушки, чьи планы рухнули, как карточный домик.

— Мира? С тобой всё хорошо? — Макс уводит меня в один из фотозалов. — Я сейчас Влада позову.

Глава 41

Влад

Увидев, в каком состоянии находится Мира, я первым делом увожу ее к себе в кабинет и завариваю чай с мелиссой. Её руки дрожат, глаза полны слёз, и мне становится по-настоящему тревожно. Я почти физически ощущаю её страх и смятение. Самому становится нервно, потому что с трудом представляю, чем могу ей помочь здесь и сейчас. Ну разве что наорать на всех. Что я и собираюсь сделать.

Я усаживаю Миру на мягкий диван у окна, где проникает немного солнечного света, пытаясь создать хоть какое-то ощущение тепла и безопасности. Подношу ей чашку с горячим чаем, надеясь, что это немного успокоит ее. Чай с мелиссой всегда помогал мне в стрессовых ситуациях, надеюсь, что сейчас он подействует так же и на неё.

Страх и гнев переплетаются между собой в моей груди, заставляя сердце биться быстрее. Мне хочется одновременно обнять её и укрыть от всех бед.

— Посидишь здесь, пока я поговорю со всеми?

Мира кивает, задумчиво рассматривая листики в чашке.

Я выхожу в холл, привлекая внимание громкими хлопками ладоней. В помещении мгновенно наступает тишина, и все взгляды устремляются на меня. Часть из них агрессивная, часть настороженная, часть сочувствующая. Но я не буду делать исключение ни для кого. Они все должны услышать, что наша с Мирой личная жизнь их не касается.

— Внимание всем! — начинаю я, стараясь говорить как можно спокойнее, хотя внутри всё кипит. — Есть кое-что, что вы должны понять. Наша с Мирой личная жизнь — это не ваше дело.

Моя речь вызывает разные реакции. Некоторые смотрят с откровенным недовольством, другие пытаются избегать моего взгляда, а кто-то выглядит искренне обеспокоенным.

— Я знаю, что здесь ходят слухи и пересуды. Но вы не имеете права судить, не зная всей правды. Наши отношения не касаются ни вашей работы, ни вашей жизни. И сейчас вам особенно важно это понять: Мира беременна. Ее нельзя волновать, это может навредить ей и будущему ребёнку.

Замечаю, как несколько человек переглядываются, вероятно, осознавая, что перешли черту. Я чувствую себя на грани, но стараюсь держать себя в руках.

— Повторяю: это личное дело, и я прошу вас прекратить все разговоры и сплетни на эту тему. Мы все здесь профессионалы, и важно помнить об этом. Если кто-то будет продолжать создавать для Миры стрессовую обстановку, можете сразу писать заявление на увольнение. Я не потерплю травлю в коллективе.

Мои слова, кажется, достигают цели. Люди начинают отворачиваться, возвращаясь к своим делам, хотя напряжение в воздухе всё ещё витает.

— Если у кого-то есть вопросы или сомнения, — добавляю я, — приходите ко мне. Я готов всё обсудить.

С этими словами я разворачиваюсь и иду в кабинет, чувствуя, как напряжение постепенно уходит. Но внутри всё ещё бушует буря эмоций, и я знаю, что борьба за справедливость ещё не окончена.

— Влад, постой. Ты, наверно, ещё не слышал новости. Можем поговорить? — перехватывает меня Макс.

— У меня в кабинете Мира. Что за новости? Я так понимаю, плохие?

— Тогда давай в третьем зале, там никого.

Мы проходим дальше по коридору и скрываемся в пустом помещении, где сразу чувствуется, что разговор будет серьезным.

— Андрей сделал рассылку по клиентам, где кается в том, что пригрел извращенца в фирме. Просит всех приходить к нему лично и обещает решить вопрос. Сейчас покажу.

Макс достает телефон и открывает скриншот письма, который кто-то скинул в общий чат. Я быстро пробегаю глазами текст, и внутри меня всё переворачивается.

— Твою мать, только этого не хватало, — вырывается у меня.

Лихорадочно начинаю соображать, что делать. Клиентам такая информация точно не по вкусу. Многие до этого момента и не знали ничего о тех фото, но теперь, конечно же, информация распространяется как лесной пожар. Для многих репутация — не пустой звук. Ради её кристальной чистоты они будут отказываться от фотосессий у нас.

— Нам нужно срочно что-то предпринять, — говорю я, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри всё кипит. — В первую очередь надо связаться с клиентами и объяснить, что это клевета. Мы должны попытаться предотвратить массовый исход. Пока я займусь клиентами, тебе нужно будет собрать всю информацию о том, кто и что знает. Нам нужно подготовиться к возможным последствиям.

— Понял. Буду на связи.

Я отвожу Миру к себе домой, чтобы вечером провести время с ней. И еду к Игорю.

— Давай смотреть всё, что есть за прошедшую неделю. У меня все на ушах стоят, слухи и пересуды не прекращаются, а значит, кто-то что-то может знать. Ну и Андрей с Наташей наверняка потеряли бдительность и засветились хотя бы раз.

Погружаемся в просмотр видеозаписей, изучая часы материала. Внимание не ослабевает ни на минуту. Глаза начинают уставать, но мы продолжаем, понимая, что упускать детали нельзя. Проходят несколько часов, прежде чем нам удаётся найти то, что искали. И вот, наконец, мы видим момент, когда Андрей с Наташей попадаются на камеру, обсуждая письмо. Оказывается, его отправила Наташа, а вовсе не Андрей.

— Ничего себе штучка! Мстительная и решительная дамочка! — присвистывает Игорь, удивлённый таким поворотом.

Я же думаю о том, что Наташа перешла все границы. Хватит. Нужно