Вампиры – дети падших ангелов. Голоса дрейфующих льдов - Молчанова Ирина Алексеевна

Волк с рычанием оскалился.

— Ты уверял, что они похожи цветом... — ее голос дрогнул, — на мои волосы.

— Убе-е-ей! — завизжала Анжелика.

Йоро дернулся, вырвав морду из рук Кати, и, перепрыгнув через девушку, помчался прочь.

— Вернись! Немедленно вернись! — орала вслед Анжелика.

Но волк уже скрылся из вида, а Катя почувствовала, что от огромного огненного шара в животе ей нечем дышать. Ярость душила ее.

Кира, пробравшись к прожектору, разбила его ногой, за что получила от Анжелики оплеуху, от которой упала ничком в своем покрывале и затихла.

«Видимо, она совсем слабенькая», — с сочувствием подумала Катя, устремляясь к своей разъяренной сопернице.

Павел тоже был заметно сильнее Вильяма.

Это осознание подстегнуло девушку. Она не знала, как нужно драться. В своей человеческой жизни в потасовках участвовать не приходилось, но сейчас Катя была готова попробовать.

— Иди, — улыбнулась Анжелика, — иди ко мне!

Когда девушка уже приготовилась к прыжку, произошло немыслимое. Анжелика вспыхнула и точно факел загорелась.

Катя обернулась и увидела сидящую на покрывале в стороне Киру, в чьих фиалковых глазах, отражаясь, плясал огонь.

«Ничего себе, слабенькая», — восхитилась девушка.

Павел оставил Вильяма и кинулся к своей напарнице. Дыхание Холодного покрыло Анжелику тонким слоем льда, но огонь не потух, он лизал горячими языками лед, растопляя его.

— Катя! — крикнул Вильям.

Он с Кирой стоял позади Павла с Анжеликой, готовый к побегу.

Девушка пронеслась мимо занятой парочки и, схватив Вильяма за руку, крикнула:

— Йоро! Нам нужно найти Йоро!

Молодой человек скользнул взглядом по ее кровоточащему плечу и молча отвернулся.

— Мы должны! — попыталась вырвать у него свою руку девушка.

— Йоро не хочет, чтобы ты его искала, — неожиданно произнесла Кира.

— Но почему?

Девочка указала на ее рваную рану на плече.

— Он считает, так будет безопаснее для тебя.

Катя позволила Вильяму тащить себя, но сама постоянно оборачивалась, в надежде, что Йоро где-то рядом и присоединится к ним.

Вскоре все трое оказались перед завалом, где кончались взорванные пути, и валялась искореженная вагонетка. С самого боку находился узенький проход, отгороженный железным листом с согнутыми краями не больше сорока сантиметров. Видимо, Анжелика с Павлом заранее предусмотрели путь для отступления — еще до взрыва.

При мысли о том, что все было спланировано до мелочей, к Кате пришло чувство вины, осевшее в сердце острыми иглами. Ведь это она посвятила в свои планы Анжелику и подвергла друзей опасности. Упрямство, желание сделать все по-своему и немедленно, оказалось, как прежде, неправильным выбором.

«Ничему меня не научили прошлые ошибки, — горестно размышляла Катя. — Неудивительно, что Лайонел сказал брату не позволять совершать мне глупостей. Какой же идиоткой, не без оснований, он меня считает. В его глазах я только на глупости и способна. Конечно, как еще можно относиться к девице, шантажом добившейся любви?»

Через много часов, когда Вильям объявил привал, Катя обессиленно упала возле стены и уронила голову на колени.

— Выпей, — потребовал молодой человек, протягивая ей стакан с кровью.

Девушка подняла глаза.

— Вильям, ты думаешь, Лайонел меня не любит?

Молодой человек от неожиданности чуть не расплескал кровь. И вручив ей стакан, проворчал:

— Я как-то об этом совсем не думаю!

— Я хочу знать, — настаивала девушка. — Ответь!

Рядом присела Кира. Она пила кровь из бутылки маленькими глоточками и вновь как будто отсутствовала.

Вильям со вздохом уселся перед Катей и поинтересовался:

— К чему этот вопрос? Мне кажется, тебе лучше знать, ведь ты была с Лайонелом и все видела. А значит, можешь трезво оценить его чувства.

Слово «трезво» девушке не понравилось. Оно точно уже давало ответ на ее вопрос. И этот ответ ей не нравился.

Вильям с минуту молчал, потом мягко заметил:

— Ты не у того спрашиваешь. Я с трудом верю в способность моего брата на высокие чувства. Не только к тебе, а вообще — в целом.

Катя не нашла слов. Она хотела знать его мнение, он его высказал. Не говорить же теперь, что хотела услышать другое.

Неожиданно очнулась Кира. Закупорила бутылку, протянула ее молодому человеку и тихо произнесла:

— Думать, что твоя любовь единственная верная и настоящая несколько нескромно, Вильям. Порой, любовь сразу не увидеть и не почувствовать, потому что она слишком глубоко в сердце.

— Откуда же тебе знать столько о любви, — фыркнул тот, — ты же всю жизнь просидела в четырех стенах!

— Вильям! — ахнула Катя, пораженная недостойной его грубостью.

Но Кира не обиделась.

— Любовь — не наука, ее не нужно изучать в школе. А знает о ней каждый! Мы всю жизнь любим кого-то, а кто-то любит нас. Счастье, когда чувства взаимны, но если нет, то... Погоня за любовью, равносильна охоте с сачком на воздух.

Вильям пожал плечами.

— Если кого-то устраивает любовь, которую невозможно увидеть и почувствовать, вмешиваться не смею. — Он усмехнулся. — И вообще, спасибо, Кира, что просветила меня на предмет глубины некоторых сердец. Весьма полезно знать.

Катя застонала. Понимание, что она все только усугубляет, теперь укрепилось.

Все трое надолго замолчали.

Вильям развернул карту, некоторое время изучал ее, затем сказал: — Нам нужно скорее добраться до Израиля, там мы будем в безопасности от преследователей... — Он подумал и прибавил: — В такой относительной, конечно, безопасности. Анжелика с Павлом вряд ли последуют за нами, когда мы минуем Иерусалим.

— Почему ты так уверен?

— Там первый подземный город. Сейчас он заброшен, но врата, ведущие в него, охраняются. И как только мы приблизимся к ним, известие о наших намерениях достигнет ушей старейшин.

— И что тогда? - поежилась Катя.

— Старейшины либо позволят добраться до Тартаруса и примут нас, либо кого-то отправят прикончить нас по пути. И уж поверь мне, когда за дело берутся профессионалы, накладок, вроде подожженных волос, не случается.

Девушка покосилась на Киру и улыбнулась.

— Да-а-а... хороший дар.

Кира моргнула.

— Нет же, он не...

— Не скромничай! — отмахнулась Катя. Она поднялась, прошлась взад-вперед. — Что же делать с Йоро? Как он там один?

Вильям неодобрительно поджал губы.

— Не пропадет. Ему следует учиться контролировать себя!

— Но он же не виноват! — рассердилась девушка. — Это Анжелика!

Молодой человек тоже поднялся и, взваливая на плечо сумку, насмешливо заметил:

— Лайонел всегда очень любит напоминать, что все невинные страдают за виноватых. Он считает — это нормально.

Катя ничего не сказала и опустила глаза под пристальным взглядом Вильяма.

Как страдают невинные, она уяснила раз и навсегда за один лишь урок, преподанный Лайонелом в комнате маленькой спящей девочки.

* * *

Павел недоверчиво воскликнул:

— Так просто сдаешься?

Анжелика быстро шла по тоннелю. Некогда золотистые, а теперь почерневшие волосы летели за ней.

Так и не дождавшись ответа, ее спутник спросил:

— А как же наше условие? Я получу...

Тогда девушка яростно обернулась.

— Ты вообще видел меня! — гаркнула она. — Я изуродована! Проклятие! А ты только и думаешь о том, как бы скорее залезть мне между ног!

— И не только... между них, — Холодный улыбнулся в усы, разглядывая девушку. Ее черные глаза горели ненавистью, обтягивающий костюм был превращен огнем в серые лохмотья, открывающий взгляду прекрасное тело.

Павел протянул руку и погладил ее обнаженное плечо.

— Ты мне нравишься и сейчас.

Прикосновение причинило боль, Анжелика вздрогнула и зло прошипела:

— А ты мне совсем не нравишься! Жалкий идиот, не смог справиться с Вильямом! Позорище!

Холодный отдернул руку и, прищурив глаза, презрительно бросил:

— Не тебе, моя дорогая, упрекать! Сама не совладала с псом! Я уже не говорю про новорожденного вампира! — Он рассмеялся ей в лицо. — Хотя, отчего же... говорю! Ты испортила все дело! И если теперь отказываешься от своего плана — плати!