Грешная тайна - Эмма Уайлдс

«Дьявольски затруднительное положение», — подумал Лоренс. И он знал, что на месте маркиза поступал бы точно так же. Более того, для себя он давно решил, что никогда не уйдет в отставку — во всяком случае, до старости.

— Миледи, я уже говорил вам, что мне хотелось бы, чтобы вы держались подальше от всего этого. Но упрашивать вас не стоит, не так ли? К тому же мне кажется… — Лоренс немного помолчал. — Очевидно, проблема еще и в том, что человек, часто подвергающийся опасности, со временем привыкает к ней. Вот я, например, хотя и не скучаю по физическим тяготам войны, опять готов сражаться с нашими врагами здесь, в Лондоне. Думаю, любимая, вы страдаете от такой же болезни?

— Да, верно, — пробормотала Антония. — Я еще не закончила свою войну.

Лорене склонил голову к плечу и с улыбкой посмотрел на собеседницу:

— Что ж, дорогая, если хотите знать мое мнение, то я думаю вот что… Играя роль няньки прелестной маркизы, вы нисколько не повредите нашему делу. А вот польза — вполне возможна. И вообще, у нас замечательно все складывается. Вы будете наблюдать за молодой леди, а я послал своего человека следить за ее мужем. Маркиз, разумеется, тоже приказал кому-то следить за ней, так что у нас получается очень занятная история. Все ужасно интересно, если вы любите сложности. А если добавить сюда Роже, то получается еще интереснее.

* * *

«Как же все это неприятно», — подумала Джулианна, поморщившись. Посмотрев на камердинера маркиза, она сказала:

— Я беру с собой в качестве сопровождающей мою горничную, Фицхью. Так что не беспокойтесь. Со мной все будет в порядке.

— Но его светлость особо подчеркнул, что именно я должен заботиться о вашей безопасности, куда бы вы ни поехали, миледи, — возразил Фицхью таким тоном, что стало ясно: он ни за что не сдастся.

Невольно вздохнув, Джулианна внимательно посмотрела на камердинера. Ей трудно было определить его возраст. У него было бронзовое от загара лицо и волнистые, изрядно поседевшие волосы. Держался он всегда с большим достоинством, и почему-то казалось, что он постоянно ждал какой-то опасности. Говорил же Фицхью с ярко выраженным ирландским акцентом, недвусмысленно свидетельствовавшим о его происхождении. А горничная Джулианны как-то обмолвилась, что Фицхью служил с Майклом в Испании, а потом вернулся в Англию, чтобы занять свою нынешнюю должность. То есть было ясно, что он верный слуга маркиза.

— Но в этом нет необходимости, — пробормотала Джулианна, чувствуя, что ей в конце концов придется уступить.

Фицхью решительно покачал головой:

— Нет, миледи. Я не могу нарушить приказ. — Камердинер окинул взглядом подъездную дорожку перед Саутбрук-Хаусом, затем снова посмотрел на молодую маркизу. — Вы ведь не хотите, чтобы я получил от милорда выговор?

Конечно, нет, — ответила со вздохом Джулианна.

— Тогда вы позволите мне сопровождать вас.

— Но я… я хотела навестить подругу. А это может занять несколько часов.

Фицхью распахнул перед ней дверцу кареты.

— Ничего страшного, миледи. Я умею ждать. Поехали?

Джулианна снова вздохнула. Выходит, теперь у нее уже две проблемы: горничная и камердинер. Забравшись в карету, она в отчаянии подумала: «Что же мне теперь делать? И вообще, почему так получилось? Ведь у замужней женщины должно быть больше свободы, разве не так?»

Действительно, что же делать? Как сейчас поступить? Конечно, она могла бы пропустить запланированный выезд, но это был не самый лучший выход из положения. Ей не следовало внезапно менять свои планы. Не следовало уже хотя бы потому, что это грозило разоблачением…

Да-да, она будет придерживаться своего первоначального плана. Ведь прежде у нее все прекрасно получалось…

Так что можно было надеяться, что и сейчас никто ничего не заметит. И все же придется соблюдать предельную осторожность. Камилла, конечно же, не проблема. А вот Фицхью совсем другое дело. Похоже, этот человек чрезвычайно наблюдателен.

К Мелани они прибыли вовремя, и Джулианну тотчас провели в гостиную. Подруга с радостной улыбкой бросилась ей навстречу и крепко обняла.

— Я умирала от желания увидеться с тобой! Я позволю, чтобы принесли чай.

— Я всего на минутку.

Мелани, хорошенькая и добросердечная, сразу погрустнела, однако смирилась.

— Ах, дорогая, хуже всего то, что теперь мы с тобой так редко по-настоящему видимся… Встречаемся всего на несколько минут. Все считают, что мы проводим вместе долгие часы, но…

— Да, знаю, — перебила Джулианна, у нее было такое же чувство. — Но я действительно не знаю, что с этим делать. И ведь почему-то становится только сложнее, а не наоборот. По какой-то непонятной причине муж решил, что меня повсюду должны сопровождать камердинер и горничная.

— Они оба?.. О Боже… — Мелани со вздохом опустилась в кресло. — Но я все же полагаю, что слуги не станут расспрашивать тебя.

— Моя горничная никогда этого не делала, — с усмешкой ответила Джулианна. — Видишь ли, у нее склонность к одному из слуг твоего отца, так что она меня даже не замечала. А вот камердинер мужа… Я очень боюсь, что Фицхью что-то заподозрит. Мне кажется, он очень наблюдательный человек. К тому же — необычайно предан моему мужу.

— Да, понимаю… — кивнула Мелани. Потом вдруг улыбнулась и, оправив юбки, с любопытством взглянула на подругу. — Ах, Джулианна, я знаю, что тебе нужно спешить, но скажи мне, каково это — быть замужней женщиной?

Мелани уже давно была обручена, поэтому Джулианна не осуждала ее за такой личный вопрос — она прекрасно понимала любопытство подруги. Однако франтоватый и беспечный жених Мелани совсем не походил на Майкла. Конечно, лорд Дэй был выгодной партией, так как обладал значительным состоянием, но Джулианне казалось, что подруга будет не очень-то счастлива с таким мужем. Пожав плечами, она уклончиво ответила:

— Ну… это довольно интересно.

— Ах, Джул, ну что это за ответ?! Скажи, «интересно» — в каком смысле? В хорошем или в плохом?

Джулианна покраснела.

— В основном — в хорошем. Хотя днем я редко его вижу. Основное наше общение происходит… позже.

— Да-да, понимаю… — Подруга казалась смущенной, но одновременно и заинтригованной. — Маркиз Лонгхейвен на вид довольно грозный… И я все гадала: как же вы с ним поладили?

Вспомнив о ласках мужа, Джулианна еще больше покраснела. Она могла бы сказать, что по ночам они с Майклом все лучше узнают друг друга, но это была бы не совсем правда, поэтому ответила:

— Похоже, мы нашли… что-то общее между нами.

По крайней мере общую постель.

Джулианне очень не хотелось думать о своем браке только как о постели, и она надеялась, что со временем ей удастся изменить их с Майклом отношения: Во всяком случае, она твердо решила, что попытается это сделать. Но сейчас ее занимало совсем другое дело, более срочное. Понизив голос, она спросила: