Увлекательное приключение - Барбара Картленд

— Обычно они сидят там около часа, а потом их величества отправляются спать, — сообщил Вентуре один из пажей.

Девушка села на самый жесткий и неудобный стул с высокой спинкой, надеясь, что это поможет ей не заснуть. Но не прошло и минуты, как один из присутствующих сказал что-то весьма грубое о «маленьком чудище». Это было сказано довольно тихо, словно говоривший не хотел, чтобы его услышали, но, повернув голову, Вентура поняла, о ком шла речь.

В комнату неуклюжей, развалистой походкой вошел самый уродливый карлик из всех, которых ей доводилось видеть. Не обращая внимания на окружающих, пытавшихся заговорить с ним, он направился прямо к Вентуре. При ходьбе он размахивал своими короткими, толстыми ручками, а его огромная голова казалась слишком тяжелой для тщедушного тельца.

Он подошел к Вентуре и положил свою большую уродливую лапу ей на плечо. Девушке захотелось сбросить ее, но она боялась обидеть карлика. В то же время, к своему немалому удивлению, она почувствовала, что его рука была тяжелой и далёко не такой слабой, какой казалась.

— Следуйте за мной. Вас зовут, — сказал карлик по-испански.

Вентура покачала головой.

— No comprendo[26], — ответила она, медленно и нерешительно выговаривая слова, словно это было единственное испанское выражение, которое она знала.

— Он хочет, чтобы вы пошли с ним, — пояснил один из пажей, немного знавший английский.

— Но куда? — спросила Вентура.

— Это Фриволо, паж доньи Алькиры. Полагаю, его хозяйка желает видеть вас.

— Я должен дождаться своего господина, — твердо сказала Вентура.

— Вам придется пойти с ним, — настаивал паж. — Донья Алькира всегда добивается своего. Ее требование равносильно королевскому приказу.

Вентура неохотно поднялась со стула, и карлик жестом приказал ей следовать за ним. Пажи стали смеяться и громко перешептываться.

— Только не говорите мне, что донью Алькиру потянуло на мальчиков, — сказал кто-то. Послышался ехидный смех, потом другой голос произнес:

— Ему будет трудно соперничать с матадором! — Это вызвало громовой хохот, хотя Вентура не поняла смысла этих слов.

Карлик долго вел ее по коридорам, пока они не очутились в дальней части дворца. Здесь располагались небольшие уютные комнатки, предназначавшиеся, как догадалась Вентура, для королевских фрейлин. Они миновали несколько комнат, пока наконец не вошли в одну, которая была больше остальных и обставлена намного роскошнее. В комнате находилась только донья Алькира, сидевшая на стуле с высокой спинкой возле письменного стола. Она была одета в элегантное атласное платье и обвешана драгоценностями.

Вентура вошла в комнату и остановилась. Карлик закрыл за ней дверь.

— Подойди ближе! — по-испански произнесла донья Алькира, и ее резкий голос никак не сочетался с изысканной внешностью.

Вентура чуть было не повиновалась, но вовремя спохватилась и не двинулась с места.

— No comprendo, madame, — вежливо сказала она.

— Подойди ко мне, — по-английски повторила донья Алькира.

Вентура послушно подошла к столу и остановилась перед доньей Алькирой, всем своим видом выражая внимательное почтение.

— Кто ты?

— Иен Кэмерон, мадам, — поклонилась Вентура.

— Откуда ты родом? Кто твои родители?

— Я приехал из Шотландии. Мои родители живут недалеко от Перта.

— Как выглядит твой отец?

Вентура быстро соображала. Сама не зная почему, она чувствовала, что говорить правду опасно.

— Он шести футов роста, темноволосый, с черными седеющими усами, — быстро импровизировала она.

Донья Алькира ничего не сказала на это. Она как-то странно, изучающе смотрела на девушку. Совершенно неожиданно она произнесла по-испански:

— Позади тебя змея! Прыгай в сторону, иначе она укусит тебя!

Вентура не шелохнулась.

— No comprendo, — тупо повторила она.

Донья Алькира забарабанила пальцами по столу.

— Как давно твой отец живет в Шотландии?

— Всю свою жизнь, — ответила Вентура, — так же, как и его отец.

Донья Алькира сделала нетерпеливый жест.

— Можешь идти, — сказала она. — Хотелось бы верить, что ты говорил правду.

— С какой стати мне лгать вам, мадам? — с удивленным видом спросила Вентура.

— Иди! — приказала донья Алькира, и Вентура, поклонившись, направилась к двери.

Очутившись в коридоре, девушка почувствовала, что вся дрожит, а на лбу у нее выступили капельки пота. Она подняла было руку, чтобы отереть лоб, но тут заметила карлика, который наблюдал за ней. Он спрятался в углу, где она сначала не заметила его. Девушка решила, что у него очень злобный и пугающий вид.

Неожиданно Вентура почувствовала, что большего она уже не выдержит. Она бросилась бежать не оглядываясь. Она бежала, не разбирая дороги, повинуясь лишь инстинкту и желая оказаться как можно дальше и от страшного карлика, и от его хозяйки. К тому моменту, когда она добежала до дверей приемной, она совсем запыхалась.

Пажи находились там же, где она их оставила. При ее появлении они с нескрываемым любопытством посмотрели на нее. И в этот момент девушка с облегчением увидела, как открылась дверь в дальнем конце комнаты.

Появились их величества, а позади них Вентура увидела лорда Линка. Внезапно девушку охватило чувство, сродни тому, которое испытывает заблудившийся в открытом море моряк при виде маяка.

Лорд Линк посмотрел на нее, и от счастья у нее закружилась голова, потому что она снова ощутила себя в безопасности.

Глава 8

Вентура чувствовала себя смертельно уставшей. Придворный бал, казалось, тянулся целую вечность. Сначала девушка была восхищена роскошными туалетами, сверкающими драгоценностями и изысканными манерами присутствующих. Огромный бальный зал с белыми, расписанными золотом стенами и сверкающими люстрами, в которых горели тысячи свечей, казался превосходной декорацией, на фоне которой разыгрывался настоящий спектакль.

Сидя вместе с Другими пажами в алькове, откуда им было разрешено смотреть на бал, Вентура поначалу решила, что очутилась в сказке. Но мало-помалу волшебство рассеивалось, пока наконец девушке не пришлось признать правду: за всем этим блеском и великолепием скрывались злоба, зависть и грязные интриги.

Королева в течение всего вечера озабоченно беседовала со своими министрами и отдавала какие-то распоряжения, в то время как король по своей слабости только соглашался со всем.

Вентуре рассказали, что короля теперь интересует только Фаринелли, оперный певец, которого он нанял за полторы тысячи гиней для того, чтобы тот пел ему каждый вечер. Больше никому не позволялось слушать его, и певцу, чтобы ублажить свою аудиторию, состоявшую всего из одного человека, приходилось изо дня в день исполнять одни и те же песни.