Легкое дельце - Виктория Серебрянская

А самое главное, что от его действий у меня, как у сопливой дурочки, бабочки трепетали крылышками в животе, коленки дрожали, сладко замирало сердце в груди и кружилась голова. Будто мы не обжимались в центре лагеря противника, будто нам не грозила смерть.

Я даже и не подозревала, что этот нахальный, ершистый, в чем-то даже жестокий инопланетник может быть таким нежным. Он словно отдавал мне всего себя без остатка. Его поцелуй можно было сравнить лишь с глотком дорогого шампанского, оседающего медовой горечью на корне языка, воспламеняющего кровь и кружащего голову. Килл целовал меня так, словно я… была для него единственной и самой желанной женщиной. Но ведь этого не может быть! Ирейс всегда меня ненавидел! Издевался и унижал!

Отрезвление нахлынуло штормовой волной. Вместе с ним пришло осознание действий и поступков. Я как-то в один миг поняла, что уже давно запуталась пальцами в коротких и жестких волосах своего давнишнего врага, и жадно прикусываю зубами мочку его левого уха. А Ирейс… Краска бросилась в лицо, когда я осознала, что тяжело дышащий инопланетник давно уже справился с магнитной застежкой моего комбинезона и жадно выцеловывает мои ключицы. Что на нас нашло?!

Оцепенев в первый миг, я что было силы отпихнула от себя распаленного мужчину и принялась лихорадочно застегиваться, одновременно с опаской следя за каждым движением килла. А Ирейс, едва не потеряв равновесие, прислонился спиной к стене и прикрыл глаза, очевидно пытаясь совладать со своим телом.

Спустя несколько долгих и неловких секунд, он открыл глаза и криво усмехнулся:

— Хорошо хоть у кого-то из нас голова осталась на плечах. — Я замерла, настороженно глядя на килла. А он, неожиданно посерьезнев, тихо продолжил: — Прости. Я не имел права так рисковать твоей жизнью. Но уж очень сильно хотелось хоть раз поцеловать тебя так, как всегда мечтал. Как свою женщину.

Не уверена, но, по-моему, моя челюсть с грохотом свалилась нам под ноги. Я только и смогла выдавить из себя:

— Что?!.

Ирейс еще секунд пять молча смотрел на меня, потом отлип от стенки, которую подпирал после того, как я его оттолкнула, подошел ко мне, отвел в сторону мои руки и сам аккуратно застегнул мой комбинезон.

— Не надо, — шепотом выдохнул он, — не обижай меня такими словами. Я чувствовал твой отклик, твою реакцию на мои поцелуи. И точно знаю, что если бы не обстоятельства, то мы сейчас бы прошли с тобой до конца. А после ты бы уже никуда от меня не делась.

Я смотрела в темно-карие глаза, смотрела на движущиеся от выговариваемых слов губы и никак не могла понять: я сплю или грежу? Или нанюхалась в коридорах лаборатории какой-то гадости и теперь ловлю глюки? Что это сейчас произошло? Как мне это квалифицировать? Как относиться? И что вообще это было: признание в любви или утверждении превосходства надо мной?

Последнюю фразу я непроизвольно произнесла вслух. Но поняла это, только когда Ирейс насмешливо изогнул в улыбке губы:

— Сама-то как думаешь?

Меня будто какой-то космический демон в спину толкнул:

— Думаю, второе, — съязвила в ответ.

Я думала, килл разозлится на меня за такой ответ. Наорет, может быть, мы с ним поругаемся. Но Ирейс вдруг печально вздохнул, усмешка словно стекла с его лица:

— Дурочка… Если бы ты только знала, каких усилий мне стоило в академии держаться от тебя подальше. Меня тянуло к тебе как магнитом! Я даже думать ни о чем не мог: все мысли упорно возвращались к тебе. И от того, чтобы открыть на тебя охоту, поймать, завоевать, присвоить себе, меня удерживало лишь то, что впереди меня ждала смертельно опасная миссия. Я не мог с тобой так поступить. Ты должна была найти свою любовь, создать семью и быть счастливой. Без меня. Я даже Аризу приблизил к себе и всячески выставлял напоказ наши отношения, чтобы ты точно, даже если я где-то допущу просчет, не захотела со мной связываться!

Неожиданно горячие пальцы Ирейса легли мне на шею так, словно он собирался меня душить. Я сглотнула, безотрывно глядя во все больше темнеющие глаза мужчины. Нас обоих вопреки всему куда-то затягивал горячий и темный вихрь. И избавиться от этого наваждения у меня уже не получалось. Что Ирейс со мной творит?!

Килл, похоже, и в мыслях не держал меня убить. Его пальцы нежно, бесконечно нежно погладили мою шею. Он смотрел на меня и взглядом целовал мои глаза, лоб, нос, щеки и губы. Он просто смотрел! А у меня все быстрей и быстрей по позвоночнику вниз стекали огненные искры, зажигая внизу живота настоящий пожар!

Но все это вмиг потеряло значение, когда Ирейс тихо-тихо, на грани слышимости, спросил:

— Тина, а если бы всего этого не было? Того, что сейчас происходит вокруг нас. Ты бы вышла за меня замуж?

Я вообще перестала понимать что-либо и как дурочка сипло повторила:

— Что?..

Глаза цвета горького шоколада потеплели, губы Ирейса слегка изогнулись в насмешливой улыбке. Но ответил он предельно серьезно:

— Ты слышала.

И я растерялась. Неужели все это происходит со мной всерьез? Наяву? Привыкнув считать килла своим заклятым врагом, я еще могла допустить с ним поцелуй, не я первая, не я последняя, к кому альфасамцы применяют силу. Да и тело тоже может предать. Но замуж… Совместное проживание предполагало совершенно иной уровень отношений. Доверие. Если не любовь, то дружбу и взаимоуважение. Ну и влечение, куда уж без него. А в нашем с Ирейсом случае, похоже, имелось лишь влечение. Осознав это, я немного растерянно покачала головой:

— Мы не подходим друг другу. Начать с того, что я теперь модификант. То есть, вне закона. А ты — военнослужащий Альянса…

— Подам в отставку! — перебил меня Ирейс. Чем неприятно поразил меня. Похоже, он и в самом деле придает слишком большое значение своим словам. — Я много кое-чего умею! Можем отправиться в какую-нибудь колонию, где всем плевать, модификант ты или нет!..

— А твоя семья? А разница в продолжительности жизни? — тихо перебила я Ирейса.

— Вот про нее точно можешь забыть, — так же тихо отозвался килл, безотрывно глядя мне в глаза. Шагнул ко мне почти вплотную, взял за плечи, не встречая сопротивления, осторожно прижал к груди и обнял: — Я так мечтал об этом, — на грани слышимости выдохнул он мне в волосы, — но даже помыслить не мог о том, что когда-нибудь поцелую тебя…

— Ты ненормальный, — вздохнула я. — Что на тебя нашло? Мы демон знает где, вилами по воде писано, сможем