Меж Днестром и Прутом, от Карпат до Дуная. Очерки по истории российской Бессарабии - Игорь Николаевич Иваненко

личности благотворителя. Родился он в Петербурге и был профессиональным военным. Участвовал в русско-турецкой войне 1806–1812 годов и войнах с наполеоновской Францией. После полученного ранения был переведён на военно-административную работу. Накануне назначения в Кишинев Федоров служил комендантом и военным губернатором Николаева.

Федоров активно занимался благоустройством Кишинева. Именно он инициировал императорский указ, дававший купцам, имевшим жилье в бессарабской столице, 10-летнюю налоговую льготу. Заботами военного губернатора построены каменные православные храмы, лютеранская кирха, католический костёл, клубный дом, школа для канцелярских служителей, пожарное депо с каланчой, военный госпиталь, здания для городской полиции. Федоров ходатайствовал об открытии в Кишиневе Благородного пансиона при Первой мужской гимназии (для детей бедных дворян и чиновников), образцового девичьего пансиона А. Ризо и ряда других образовательных учреждений.

Проектировщиком арки, задуманной и оплаченной Федоровым, стал молодой городовой архитектор Кишинева, уроженец Николаева Лука Заушкевич. Благодаря тому, что его творение гармонично вошло в кафедральный ансамбль, арка долгое время именовалась Святыми вратами.

За основу своего проекта Заушкевич взял конструкцию Триумфальной арки в Риме: два яруса в стиле коринфских колонн. Освещение и торжественное открытие арки произошло в 1840 году в присутствии Воронцова, Федорова, архиепископа Дмитрия.

Большой колокол стал не единственной особенностью арки, поскольку на ней были установлены приобретённые в Одессе городские часы. Их также оплатил из личных средств Павел Федоров и подарил городу.

Так сформировался ансамбль площади и сквера Кафедрального собора, и по сей день являющийся визитной карточкой Кишинева. Вместе со столицей он прошёл через трагические события XX века. Храм горел в роковом 1941 году и получил значительные повреждения в 1944-м. Во время антицерковной кампании Хрущева в 1962 году Христорождественский собор закрыли для богослужений, а колокольню снесли. В 1989 году власти вернули храм Молдавской митрополии Русской Православной церкви, а спустя семь лет была воссоздана колокольня.

Строительство памятника русской славы на поле Катульской битвы

Поле Кагульской битвы – одно из главных ратных полей в российской истории (наряду Куликовским полем, Бородино и Прохоровкой). Правда, после крушения в 1917 году империи ему было суждено оказаться за пределами Российского государства. Ныне эта территория находится на юге Республики Молдова, вблизи гагаузского города Вулканешты.

1 августа 1770 года русские войска под командованием Петра Румянцева разбили здесь османскую армию. Русских в том сражении было до 23 200 человек, а турок – 150 тысяч. Разгром стал возможен благодаря отличной выучке россиян, их высокому моральному духу, использованию Румянцевым инновационной тактики дивизионных каре.

Катульская виктория имела грандиозные последствия. Османские войска были отброшены за Дунай, оставив Молдавию, Бессарабию и Валахию. Лишённые турецкой опеки, ногайские орды Северного Причерноморья обратились за покровительством к Екатерине II. Бегство турок на Балканы открыло дорогу для наступления второй русской армии Василия Долгорукова на Крымское ханство. Символическое значение Кагула состояло в возвращении Русского государства на Нижний Дунай, строительстве первой российской Дунайской флотилии.

По условиям Кучук-Кайнарджийского мира 1774 года Бессарабия и Дунайские княжества Россия вернула Порте (хотя Румянцев выступал против этого, считая протекторат над Крымским ханством неравноценным разменом Подунавья). За тем последовала Русско-турецкая война 1787–1791 годов с аналогичным для Придунайского края результатом. Под российскую юрисдикцию местность у селения Вулканешты перешла вместе со всем Пруто-Днестровьем в 1812 году по Бухарестскому договору.

Долгое время идеи обустройства воинского мемориала в честь грандиозной победы в Бессарабии были неактуальны в силу безлюдности этой местности. Османские подданные ушли, процесс христианской колонизации юга Бессарабской области при Александре I только начинался. Да и у властей нового российского региона были явно более насущные заботы, чем строительство памятников.

Вопрос о возведении воинского монумента на поле Катульской битвы был решён в 1842 году, когда на российском престоле был Николай I, а во главе Новороссийского и Бессарабского генерал-губернаторства – деятельный Михаил Воронцов. Тогда же с подачи Воронцова император одобрил идею памятника в виде колонны и определил бюджет строительства в 11 тысяч рублей серебром.

Проект монумента в 1843 году разработал архитектор при канцелярии Новороссийско-Бессарабского генерал-губернатора Франческо Боффо. Этот уроженец Сардинии и выпускник Туринского университета внёс большой вклад в обустройство Одессы и всей Новороссии, работая в традициях русского классицизма.

Зодчий спроектировал памятник в форме колонны портика, воздвигнутого в Олимпии древнегреческим архитектором Динокритом в честь побед Александра Македонского.

Колонну высотой 25 метров он задумал установить на пятиметровый пьедестал с пирамидальным завершением. Верху колонны на чугунной капители архитектор размещал православный крест над опрокинутым полумесяцем.

Надзор за строительством и финансированием работ поручался Бессарабской областной строительной комиссии. Контролировал этот проект лично военный губернатор Бессарабии Павел Фёдоров (именно он руководил проектом возведения триумфальной арки – визитной карточки современного Кишинёва).

Строительные чиновники, сопоставив утверждённый проект и смету к нему, пришли к выводу, что на работы потребуется всего 9071 рубль (на две тысячи меньше, чем закладывал архитектор).

За тем смета и чертежи прошли согласование в Департаменте искусственных дел Министерства внутренних дел России. В феврале 1844 года в Кишинёве прошли торги на этот строительный подряд. В них участвовали четыре кандидата, а победу одержал купец первой гильдии Герша Перпер.

На последнем этапе произошло новое удешевление проекта, поскольку подрядчик вызвался осуществить стройку за 7490 рублей. Её требовалось завершить к первому октября 1844 года (меньше чем за девять месяцев!).

Видимо, местные чиновники не особо верили в столь быстрое согласование проекта, поскольку точное место для возведения памятника определили лишь в мае. Сделали это архитектор Боффо и смотритель казённых построек Измаильского градоначальства Ипполит фон дер Шкруф. Благодаря одному из старожилов «из болгар» (Вулканешты были основаны в начале XVIII века балканскими переселенцами) было определено точное место Катульской битвы. Там на подходящей возвышенности и решили строить, пометив выбор забитым в землю колом.

Между тем, областная строительная комиссия вынуждена была продлить срок работ по причине задержки с заготовкой стройматериалов. Камень для памятника предстояло заготовить в каменоломнях у поселения балканских колонистов Девлет Агач (в 80-ти километрах от места строительства). Соответственно колонисты обязались заготовить 1655 известняковых блоков.

Такое количество камня предполагало строительство не одного, а двух памятников. Дело в том, что граф Воронцов за личный счёт хотел возвести обелиск в память о своём отце – Семёне Воронцове, участнике Кагульской битвы.

Командуя пехотным батальоном, премьер-майор С. Воронцов взял вражеский редут, где захватил 40 пушек. Офицер был отмечен Румянцевым в реляции императрице, награждён орденом Святого Георгия третьей степени и повышен в полковники. Впоследствии он стал дипломатическим представителем России в Англии и прославился тем, что не допустил вмешательства Британии на стороне османов в Русско-турецкую войну 1787–1791 годов.