Меж Днестром и Прутом, от Карпат до Дуная. Очерки по истории российской Бессарабии - Игорь Николаевич Иваненко

Конец XIX – начало XX века стали периодом расцвета частной конкуренции в пароходном хозяйстве Днестра.

Индивидуальные перевозчики и компании судовладельцев наращивали объёмы перевозок, снижая цены. В 1883 году по Днестру было перевезено 4,4 млн пудов грузов, в 1886 году – уже 8,5 млн, а в 1889-м – 16,8 млн пудов. В 1913 году по Днестру перевозилось около 10 % всех речных грузов Российской империи, почти 190 тыс. пассажиров. К тому времени здесь постоянно работали 12 товарно-пассажирских и 2 пассажирских парохода.

К развитию речных перевозок по Днестру приложили силы и будущий родоначальник российского авиастроения Артур Анатра, и Фёдор Достоевский (единственный сын великого писателя).

Однако, если пассажирские перевозки происходили более – менее упорядочено (к примеру, по линии Бендеры – Тирасполь – Аккерман), то товаро-пассажирские были очень хаотичны. Газета «Тираспольский листок» по этому поводу писала:

«Эксплуатация днестровских товаро-пассажирских пароходов их владельцами с каждым днём осложняется неудобствами для пассажиров днестровских пароходов. Пароходовладельцы начали игнорировать интересы пассажиров, набирая на пароход грузов в 3–4 раза больше нормы, и пассажирам всех классов приходится преодолевать на палубах баррикады из мешков и ящиков. Жалобы пассажиров на усиленную перегрузку и на большие опаздывания пароходов из-за перегрузки ни к чему не привели».

Относительный порядок в ведении транспортного бизнеса был наведён в феврале 1914 года, когда в Одессе состоялся съезд днестровских пароходчиков. Они учредили Днестровское пароходное общество, создали страховое общество служащих днестровских пароходов. Была создана система распределения издержек и прибылей от совместной экономической деятельности: расходы и доходы по всем судам распределялись между пароходовл ад ельцами.

Бум речных перевозок на Днестре был прямым следствием правительственной политики по улучшению днестровского судоходства.

В декабре 1883 года имперский Государственный совет принял решение о выделении ассигнований на эти нужды, а также ввёл особый дополнительный сбор со стоимости провозимых по реке грузов. Сбор составил 1 % от стоимости днестровских грузов сверх ¼-процентного судоходного сбора, существующего по всем рекам Российской империи.

В период 1884–1893 годов на Днестре были проведены крупномасштабные работы: выемка больших камней из русла реки, расчистка порогов динамитом, углубление наиболее мелководных перекатов и т. п. В общей сложности в расчистку реки было вложено около 1 млн рублей. Однако инвестиции окупились благодаря быстрому росту объёма перевозок, повышения их рентабельности.

Навигация на Днестре была прервана в 1918 году, когда после крушения Российской империи Бессарабия была захвачена Румынией. Тогда Днестр стал ареной боевых действий, а затем и границей между враждебными государствами.

Ненадолго транспортное сообщение по реке восстановилось в 1940 году, затем в 1944-м.

В 1954 году, после возведения Дубоссарской ГЭС, не имеющей шлюзов, судоходство на Днестре оказалось разорванным между двумя изолированными участками. Возведение Днестровского гидроэнергетического комплекса в Черновицкой области Украины привело к снижению уровня воды в реке.

Экологи утверждают, что сегодня Днестр и вовсе находится на грани исчезновения как полноводная река. Это произойдёт, если реализуется проект «Укргидроэнерго» по строительству каскада из шести малых ГЭС в верховье реки.

Некогда важная транспортная артерия, значимый водный ресурс для Причерноморья и всей Восточной Европы рискует превратиться в цепь озёр и болот.

Как русский генерал подарил Кишиневу триумфальную арку

В 1836 году был освящён кишинёвский собор Рождества Христова, ставший архитектурным украшением молдавской столицы и памятником русского зодчества первой половины XIX века.

Собор был задуман митрополитом Бэнулеску-Бодони как символ учреждаемой Кишиневской и Хотинской епархии Русской православной церкви. Все заботы по организации строительства были возложены на ближайшего помощника митрополита, а впоследствии архиепископа, уроженца Харьковской губернии Димитрия Сулиму.

По государственной линии возведение храма патронировал генерал-губернатор Новороссии и Бессарабии Михаил Воронцов. Благодаря усилиям царского наместника были изысканы очень значительные средства для строительства, аналогов которому бессарабская столица на тот момент ещё не знала.

В начале 1827 года император Николай I дал одобрение Воронцову направить на строительство Рождественского храма в Кишиневе 194 тысячи рублей серебром из 10-процентного капитала Бессарабской области. На эти средства предстояло возвести соборный трехпрестольный храм с посвящением главного престола во имя Рождества Христова, а боковых – во имя святого мученика Никиты («Дунайского апостола») и Иоанна Нового (Аккерманского).

К работе над проектом храма стараниями Воронцова был привлечён известный русский архитектор, ставший впоследствии ректором Императорской академии художеств, Авраам Мельников. Работы этого творца признавались лучшими на конкурсах архитектурных проектов московского Храма Христа Спасителя и петербургского Исаакиевского собора, однако по разным причинам в последний момент предпочтение отдавалось в пользу других разработок. И вот в Кишиневе была, наконец, воплощена задумка Мельникова.

Однако «выбить» финансирование и найти архитектора было только полдела. Кишиневские подрядчики ещё не имели опыта строительства столь монументальных сооружений и опасались браться за этот проект. В связи с этим Воронцов разместил строительный заказ на торги в тогдашней столице генерал-губернаторства – Одессе. В итоге подрядчиком стал надворный советник и управляющий Одесской таможней Карл фон Дитерикс.

В мае 1830 года на обширном пустыре между митрополией и городом был заложен первый камень будущего собора, а спустя пять лет строительство собора и колокольни при нем было завершено.

Расписывать внутренние стены и изготовить иконостас был приглашён художник Иван Ковшаров. Впоследствии этот выпускник Петербургской академии художеств расписывал одесский кафедральный Спасо-Преображенский собор и церковь Архангела Михаила в Алупке.

Средства на роспись и иконостас выделялись из региональной казны. Однако для того, чтобы изготовить храмовые колокола, Воронцову вновь пришлось обращаться к императору. Николай I распорядился выделить со складов военного министерства в Измаиле трофейные турецкие пушки, от переплавки которых следовало получить 1 тысячу пудов (16 тонн) меди для отливки пяти колоколов. Одновременно российский монарх распорядился отлить таким же образом колокола для строившейся тогда же архитектурной жемчужины Южной Бессарабии – Свято-Покровского собора в Измаиле.

Местом изготовления колоколов для Кишинева и Измаила стала ещё существовавшая тогда Измаильская крепость. Отливкой руководил колокольных дел мастер, киевский мещанин Василий Лосенко. «От щедрот Императора Николая I, 1838 год» – была сделана надпись на его творениях.

С изготовлением колоколов связан курьёзный случай, очень повлиявший на облик центральной площади столицы Бессарабии. Дело в том, что самый большой колокол (6,4 тысячи килограммов) превысил по размерам заготовленную для него нишу на колокольне. Выход предложил военный губернатор Бессарабии Павел Федоров.

Генерал настоял на том, чтобы не перестраивать уже воздвигнутую колокольню Христорождественского храма, а построить для «проблемного» колокола отдельную башню-арку при входе в сквер кафедрального собора. Из личных средств Федоров пожертвовал на это предприятие 4,5 тысячи рублей, что покрыло основную часть его стоимости.

Здесь стоит в нескольких словах коснуться