Кольцо - Вячеслав Кумин

– Что ж, это может сработать, – одобрил Абрабордман. – Я дам вам деньги на «Кольцо», мистер Дональдан.

– Сколько? – с плохо скрываемым облегчением спросил Джерри. А то он уже почти потерял всякую надежду на успех.

– Ровно столько, сколько ты и запросил, но по постройке «Кольца» он перейдет в мою полную собственность.

Сказано жестко, и Джерри понял, что другого варианта выбить деньги под проект нет. Абрабордман был еще тот делец и своей выгоды никогда не упустит. В конце концов, все финансовые риски несет инвестор. Дональдан понял, что все его планы на собственность «Кольца» летят к чертям. Тем не менее он кивнул:

– Я согласен, сэр. Но один процент от доходов все же буду получать я.

– Хитрец! Хорошо, один процент твой. Сегодня подготовят все документы, завтра мы их подпишем, и с завтрашнего же дня начнешь работать.

Джерри встал, собираясь уходить, аудиенция завершилась. Но на полпути к двери он все же обернулся и спросил:

– Вы часто устраиваете такие проверки, сэр?

– Не очень. До пяти в год.

– И вы что, так всех проверяете, чьи проекты хотите реализовать?

– Нет, только если это серьезные работы, под которые требуются крепкие исполнители.

– А те двое, что лечились до меня, у которых были реальные проекты, что случилось с ними?

– Ничего. Они живы и здоровы, мои врачи работают на совесть. Просто они не выдержали проверки, и их проектами занимаются другие…

Дональдан понятливо кивнул и вышел, больше говорить не о чем. Он не испытал радости, только за дверью Джерри почувствовал, что выжат как лимон.

– Чем вы там занимались? В шахматы, что ли, играли? Каспарняне хреновы. Почему так долго?! – затараторил толстенький человечек.

– Тебя случайно садисты не избивали в мокром подвале? – спросил Джерри.

– Н-нет… – опешил изобретатель омолаживающей амброзии.

– Значит, твой эликсир туфта… не стоящий и ломаного гроша, – бросил Джерри, и гордо вскинув голову, вышел вон из приемной.

– Псих…

Часть III

Разборки

38

Гвинета Хунга после неудачного захвата клиентов Дерикензи уволил со скандалом, что равнозначно получению «волчьего билета» в охранном бизнесе. Поскольку если увольнялся простой охранник, то это еще ничего не значит, и его могли взять в другую охранную фирму. Но если хозяин по каким-то причинам, пусть даже по самым благовидным, увольнял шефа безопасности, то на нем можно смело ставить крест. Все это отлично понимал и сам Хунг.

Против него играло и то обстоятельство, что по крови он на четверть принадлежал к айманам – уроженцам мятежной планеты Северного союза Айман, на которой сейчас шла так называемая операция по восстановлению конституционного порядка. К таким, как он, относились с подозрением, особенно с такими довольно колоритными внешними данными, как у него, когда даже четверть генов ярко проявляли себя внешне.

Но это обстоятельство он решил использовать в свою пользу и пойти под крыло какой-нибудь этнической группировки не рядовой шестеркой, а хоть и мелким, но командиром. Тем более что вместе с ним ушли еще несколько охранников, попавших в «черный список» нового шефа безопасности мистера Дерикензи, просто сводившего старые счеты, воспользовавшись служебным положением.

– Ты хотел меня видеть? – спросил очень толстый человек, возлежавший на подушках в большом зале. Сам он своими толстыми пальцами через тонкую шелковую ткань халата поглаживал грудь одной из трех окружавших его девушек.

В не очень светлой комнате, где из мебели присутствовали только деревянные двери да тростниковые циновки на окнах, украшенные незатейливыми сценами из жизни крестьян в высоких папахах и плечистых бурках, пасущих скот на лугах. На настенных коврах висела коллекция холодного оружия с богатой отделкой.

Неподалеку от лежанки стоял раскуренный кальян, к мундштуку которого изредка прикладывался тучный человек, вдыхая ароматный дым, и тогда раздавался шум булькающей воды.

В дверях торчала, именно торчала, охрана, два натуральных шкафа с тесаками и большими пистолетами за поясами. Но что-то говорило Хунгу, что настоящие охранники – вот эти миниатюрные фурии с холодными глазами, смотревшие на него словно через мушку прицела; одновременно они были любовницами главаря одной из самых влиятельных группировок Карсана. Таких девчонок выращивали с малолетства, прививая им рабскую преданность своему господину.

– Так точно, Асман Ассах, – ответил Хунг. – Я просил о встрече с вами.

– Что же тебя привело ко мне?

– Вам наверняка уже доложили, что меня уволили со службы.

– Так ты хочешь стать моим шефом безопасности? – насмешливо спросил Ассах.

– Нет, – ответил Хунг, пропустив издевку мимо ушей. – Я пришел просить вас взять меня одним из своих помощников. Я бы мог организовать свою «охранную фирму», но для этого мне пришлось бы развязать настоящую войну, чтобы отвоевать для себя место, но я решил поступить благоразумнее и встать под ваше крыло.

– Это интересно. Почему ты выбрал меня, ведь есть много, как ты выразился, «охранных фирм»? Только не говори мне, что у тебя кровь взыграла. Все равно не поверю, ты уже больше северник, чем айманец.

– Это так, но мои двоюродные и троюродные братья служат вам, и если я пошел бы в одну из «северных» групп, мне рано или поздно пришлось бы противостоять своим братьям.

– Это больше похоже на правду. Но тебе все равно придется доказать свою преданность.

– Как? Пройти обряд посвящения? Вскрыть себе вены и умыться собственной кровью или кровью какого-нибудь младенца, а потом съесть его печень? – спросил Хунг, позволяя себе шутку, поскольку видел, что его почти приняли.

Асман Ассах рассмеялся, оценив юмор своего нового подчиненного.

– Не стоит, у нас нет этих идиотских обрядов посвящения фанатиков. Мы независимые, сюда фанатики еще не дотянулись, хотя помаленьку окапываются, их щупальца уже начинают нащупывать выступ, чтобы закрепиться…

– Тогда что мне нужно сделать?

– Ну даже не знаю… Придумал, – словно в озарении поднял указательный палец Ассах, – разбомби резиденцию своего прошлого хозяина, устрой погром и обчисти его.

– А что сделать с ним самим?

– На твое усмотрение. И уже после этого я решу, принимать тебя или нет.

– Спасибо. Вы даже не представляете, с какой радостью я исполню этот приказ.

Хунг вспомнил, как взбесился его босс, когда он вернулся в резиденцию. Дерикензи кричал, брызгал слюной, а под конец даже напал на Гвинета и стал бить его пепельницей. Этого оскорбления он забыть, естественно, не мог, и его душа требовала отмщения. Именно поэтому он обрадовался такому приказу нового босса.

Ассах лениво махнул рукой, показывая, что аудиенция закончена, и Хунг, поклонившись, ретировался за дверь.

Гвинет Хунг тут же начал приготовления к нападению. Он просмотрел кадры с оставленных им технических средств наблюдения и понял, что новый шеф безопасности Дерикензи за прошедшие почти двое суток ничего не сделал.

«Это дорого тебе обойдется», – удовлетворенно подумал Хунг.

Этим же вечером небольшая группа Хунга прибыла к особняку. В его отряд, в который помимо десятерых бывших охранников, его подчиненных, входили еще три человека Ассаха. Их назначение Гвинет определил как наблюдателей, которые должны подтвердить готовность Хунга стать верным сателлитом Асмана Ассаха.

– Короче, ребята, дело обстоит так: чтобы стать полноправными членами «Серых волков», необходимость этого я вам уже объяснил, нам надо раздолбать этот дом. Дом нашего бывшего работодателя. Правда, там наши бывшие сослуживцы, и если кто-то не хочет…

– Все в порядке, шеф. Мы не подведем.

– Спасибо, Палдус. Итак, этот недомерок Фриц не сменил даже коды охранных систем, не говоря уже о том, чтобы хотя бы переставить сигнальные датчики, так что нам все знакомо. Уже только по этой причине их следует наказать. Потому разбирайте оружие и действуем согласно плану. Палдус, ты со своими ребятами заходишь в главные ворота. Кресс и Шульман, со своими двойками идете слева и справа соответственно. Всем все понятно?

– Так точно, шеф.

– Ну а я с этими, – кивнул Гвинет на тройку прикрепленных, – сразу за Палдусом пойду я. Готовность три минуты.

Члены отряда стали быстро вооружаться. Все брали оружие, которое они предпочитали. Кто-то больше любил дробовики, кто автоматы и пистолеты-пулеметы, а кто просто пистолеты. Кроме того, все вооружились ножами и гранатами, большинство взяли себе шоковые светошумовые.

Все-таки никто всерьез не хотел подстрелить своих бывших товарищей, с которыми еще вчера они играли в карты или шутили по поводу и без повода, подстраивая друг другу маленькие пакости. Или же не так давно штурмовали каких-нибудь бандитов. Но это не означало, что они не убьют теперь уже противника, если это конечно потребуется, но им хотелось обойтись без крайностей.