Тетрадь найденная в Сунчоне - Роман Николаевич Ким

кобуры и выглянул в окно. Их уже не было. На заборе красовался плакат: «Долой фашистов-милитаристов!» Рядом с буквами был нарисован военный в очках, с усиками, его вытаскивала из ямы, держа за шиворот, чья-то большая рука, занимавшая верхний угол плаката. Военный был удивительно похож на генерал-лейтенанта Ивагуро.

– На прошлой неделе на этом же заборе был наклеен такой же плакат, сказал Кабураки. – В тот раз был нарисован Кавабэ.

– Надо подстеречь и ухлопать на месте, – сказал я.

Кабураки покачал головой:

– Их трудно поймать. Шныряют по всему городу на велосипедах и расклеивают. А ты заметил, как ловко этот парень размахнулся и метнул бутылку? По всем правилам. Сразу видно – бывший солдат.

Я кивнул головой. К сожалению, это было так: многие бывшие солдаты стали красными. Они бесповоротно отреклись от империи.

– А что смотрит полиция?

– Полиция охотится за ними. И наша и американская. Сформированы специальные летучие команды для борьбы с антиамериканскими плакатами и надписями, так называемые «скрэйп офф групс» – группы соскабливания.

Вскоре подъехала наша машина, и мы спустились вниз. Когда мы надевали обувь в передней, в переулке загрохотали мотоциклы. Рядом с нашей машиной остановились три мотоцикла с эм пи. Они сейчас же приступили к работе. Облили плакат мыльной водой из прибора, похожего на огнетушитель, и стали соскабливать бумагу жесткими щетками. Закончив работу, они сложили щетки и баллоны в коляски мотоциклов и укатили.

– Им надо успеть объехать вверенный им район до начала утреннего часа «пик», – сказал Кабураки.

– Надо раньше начинать эти объезды.

– Тогда будут наклеивать после их объезда.

– В Сеуле тоже расклеивают или просто пишут краской на стенах, – сказал Уильям Цой. – Пойманных за этим делом уничтожаем на месте.

Я кивнул головой – это самый действенный способ.

Мы поехали по пустынным улицам в сторону Сукиябаси – надо было заехать за Пак Ча Деном, он жил на Западной Гиндзе. Когда наша машина, промчавшись мимо редакции газеты «Йомиури», завернула за угол на Западную 3-ю улицу, мы увидели – как раз напротив кабаре «Шанхай» – двух мальчуганов-газетчиков. Они писали что-то на стене. Услышав шум машины, они нырнули в ворота, звякнув колокольчиками. Я успел прочитать: «Go home quick!» – «Убирайтесь домой скорей!»

– Скрэйп-оффисеры, наверно, уже проехали, – сказал Кабураки. – Им надо ездить все время, одного объезда мало!

По дороге на аэродром мы заметили еще несколько плакатов и листовок, расклеенных красными. На стене табачной лавки около Синагавского вокзала чернели буквы: «Outlaw the A-bomb!» – «Объявить А-бомбу вне закона!» А на столбе возле храма Инари было выведено по-японски: «Защищайте всеобщий мир!»

Самолет поднялся в воздух, и я отвесил прощальный поклон столице. Я хотел настроиться на торжественный лад, но ничего не получалось. Настроение было испорчено. Перед моими глазами все время стояли два мальчугана-газетчика. Через шесть-семь лет они достигнут призывного возраста. Те школьники, которые в то утро – четыре с половиной года тому назад – отказались умереть и убежали с площади, уже стали призывниками. А тот парень, который метнул бутылку, – бывший солдат. Ни на кого нельзя положиться.

Пак Ча Ден стал что-то рассказывать мне, но я не слышал его. Непроизвольно я произнес вслух:

– А вдруг и эти подведут?

– Кто? – спросил Пак.

Я махнул рукой, отвернулся и молчал всю дорогу.

Прибыв в Сувон, я застал здесь отряд японских волонтеров, сформированный по заданию конторы Аояма полковником Саваи Тецуба. Офицеры щеголяли в американской форме, а я и Пак Ча Ден облачились в форму южнокорейской 3-й дивизии столичной охраны.

Итак, я довел свои записи до нынешнего дня, описав вкратце свой жизненный путь от горы Такатори до этого древнекорейского городка. Как хорошо, что я успел записать все до приезда Хаш-хаша. Он только что известил меня: приедет послезавтра. Значит, скоро начнется.

9

Прилетел Хаш-хаш, и у нас закипела работа. На днях мы получим сырье для обработки – партию арестованных, у которых имеются родственники в Северной Корее. Всем им предъявлено обвинение в шпионаже в пользу северян. Основанием для обвинения служит только то, что у них имеются родственники на Севере. Мы подвергнем всех арестованных специальному допросу и, отобрав подходящих, проведем вербовку.

Роберт Хан сейчас в Кэсоне, скоро приедет сюда.

По радио передали сообщение: Мак приказал японскому правительству отстранить всех членов Центрального Комитета Коммунистической партии Японии от всякой политической и общественной деятельности. Те члены Центрального Комитета, которые избраны в парламент, лишаются депутатских полномочий.

По всей Японии запрещены митинги, собрания и демонстрации. Полиция приведена в боевую готовность. Все части государственной полиции получили броневики и джипы, вооруженные пулеметами. В Токио, Осака, Кобэ, Нагоя, Иокогаме, Хамамацу и других городах начались аресты коммунистов по спискам, полученным от 2-го отдела штаба Мака.

Чистка в тылу начата. Без этого нельзя развертывать активные действия на материке, потому что после начала событий почти вся 8-я американская армия будет брошена из Японии на фронт.

В Токио опять прибыл генерал Брэдли и вместе с ним министр обороны Джонсон и советник государственного департамента Джон Форстер Даллес. Они приехали совещаться с Маком по кардинальным вопросам активной политики Америки в Азии.

Приехал Роберт Хан. Он говорит, что основные силы тайханских войск уже завершили концентрацию у линии 38-й параллели. Командующий западным фронтом генерал Ким Сек Вон уже находится в районе Кэсона, а командующий восточным фронтом генерал Дай Бен Дек – в районе Чунчона.

На этот раз все предусмотрено. По боеспособности, оснащению и моральному состоянию южнокорейские войска, по словам генерала Робертса, теперь почти не уступают американским. Прошлогодняя история не повторится.

Министр обороны Син Сен Мо и заместитель начальника генштаба Чен Ир Гвон сейчас заняты формированием новых дивизий, в которые будут вкраплены японские части. Генерал Робертс уже ознакомил тайханское военное командование с точным расписанием прибытия в Корею американских вооруженных сил после начала событий. 24-я дивизия, находящаяся в Японии, уже готова к отправке. Она будет переброшена первой. Остальные части 8-й армии и 5-й воздушный флот тоже готовы. Из Америки прибудут 1-я дивизия морской пехоты и 2-я пехотная дивизия. Получил приказ готовиться к отправке ряд, частей 4-го и 6-го армейских округов Америки. Командующий 7-м флотом вице-адмирал Стрэбл уже отправил часть кораблей в Корейский пролив.

Потрясающая новость: вчера арестовали красавицу кореянку, бывшую личную секретаршу полковника Бирда. Арестована вся прислуга: две горничные, камердинер, кухарка, повар, шофер, швейцар, привратник, садовник и прочие всего девятнадцать человек. Всех их нанимала секретарша. Она умела править машиной и обращаться с киносъемочным аппаратом и довольно часто совершала на личной машине полковника