Наследница (СИ) - Чардымова Ирина

— Хорошо, Сан Саныч! — я ещё раз ему улыбнулась и села в машину. — Прощайте!

Степаныч завёл машину, и мы поехали с ним начинать нашу новую жизнь. Без предательств, лжи и убийств.

Глава 57

Когда мы приехали в деревню, нас вышла встречать баба Катя.

— Слава тебе Господи, вернулась! — она подняла руки к небу и перекрестилась, но увидев Одинцова, спросила. — Или нет?

— Вернулась, баба Кать, вернулась, — я подошла к ней и обняла её. — Я так по вам скучала! А где Иришка? — удивилась я, не увидев дочку.

— Спит она, я её в бане намыла, она и уснула. Мы с ней в лес сегодня ходили, умаялась она.

— Эх, сейчас бы в баньку, — мечтательно протянула я.

— Так это не проблема, — засуетилась баба Катя, — я сейчас дровишек подкину и готово, можно мыться. А у нас ещё и гость? — она перевела взгляд на Одинцова.

— Это не гость, — я пожала плечами, — он будет у нас жить, — но увидев её удивлённый взгляд, добавила, если ты не против, конечно. Ну, сама посуди, какой деревенский дом без мужика?

— И не говори-ка! — она всплеснула руками, и мы все трое весело засмеялись.

Потом мы со Степанычем отнесли вещи в дом, баба Катя тут же принялась хлопотать по хозяйству, стараясь нам во всем угодить.

— Родная моя, — я подошла к ней и положила ей руки на плечи, — не стоит так суетиться и стараться нам угодить, мы не гости, нам хорошо уже от того, что мы здесь. Не волнуйся! — я поцеловала её в морщинистую щёку.

Потому проснулась Иришка, мы все посидели за праздничным столом, накрытым в честь моего возвращения. А ближе к ночи мы с бабой Катей пошли в баню.

— Как же всё-таки здесь хорошо! — проговорила я, нежась на полке. — Нет ничего лучше бани!

— Так ты теперь точно всё? Больше не вернёшься в город? — всё ещё не верила она в моё возвращение.

— Нет, теперь я буду жить здесь с тобой, Иришкой и Степанычем. Вы моя семья и самые родные люди. Мне вообще не стоило отсюда уезжать! — вздохнула я.

— А как же фирма? Кому ты там всё оставила?

— Андрею, теперь он там хозяин.

— У вас что всё? Вы расстались? — не унималась она.

— Похоже на то, — я пожала плечами, — не везёт мне с мужиками. Да, кстати, угадай, кого я совсем недавно видела.

— Кого? — даже не стала пытаться угадать она.

— Анатолия, отца Иришки.

— А его-то ты, где повстречала?

— Светлана к нему Ирочку увезла, чтобы я её больше не увидела, а он мне её вернул. Он же тогда со мной по её просьбе спал, за деньги, — начала рассказывать я, но видимо эта фраза очень задела бабу Катю.

— Каков подлец, — тут же вынесла она ему приговор.

— У него жена тогда сильно болела, ему деньги были нужны, вот Светлана этим и воспользовалась! — пояснила я.

Сейчас, спустя время, мне уже не казался поступок Ленского таким гадким, как в первое время, когда я всё узнала.

Да, это его не оправдывает и не красит, но тогда у него видимо просто не было выбора. Он любил Викторию и хотел её спасти любой ценой. Пусть и таким гнусным способом.

— Всё равно его это не оправдывает.

— Он даже просил разрешения видеться с дочкой.

— А ты?

— А что я? Я отказала. Теперь думаю, что, наверное, была не права, у него же никого не осталось на этом свете кроме дочери.

— Уж не хочешь ли ты к нему вернуться? — разыгралось её воображение.

— Нет, конечно! Хватит с меня! — отмахнулась я.

Анатолия, как мужчину в своей жизни я не рассматривала вообще. К тому же, чего скрывать, я люблю Кабаева и это факт.

Так началась наша размеренная спокойная деревенская жизнь. Иришка всё время проводила со Степанычем, особенно когда он ездил на рыбалку. Она тоже вставала ни свет, ни заря и отправлялась с ним. Они были словно дедушка с внучкой. Иришка висла на нём, а Степаныч просто светился от счастья.

Баба Катя занималась живностью, а я садом и огородом. Но на душе у меня всё равно было не спокойно. Я вскакивала при каждом звуке машины, а вечерами допоздна сидела на крыльце, всматриваясь вдаль.

Вот и сегодня было уже поздно, на улице давно стемнело, а я всё равно ждала. Ждала, что он приедет, пусть не ко мне, а к Иришке, но приедет, он же обещал. Господи, как же мне хотелось его увидеть.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Конечно, умом я прекрасно понимала, что наши отношения с ним исчерпались, он получил все, что ему было нужно. И до меня ему нет ни какого дела. Но сердце моё рвалось на части от тоски и ждало.

Тут из дома вышла баба Катя и, накинув мне на плечи кофту, села рядом со мной.

— Всё его ждёшь? — заботливо спросила она.

— Нет, мне просто не спится!

Кого я пытаюсь обмануть? Женщину, которая прожила жизнь! Не выйдет!

— Да тебе каждый день не спиться, — пришла к выводу она. — Кого ты хочешь обмануть? Я же вижу, что сердце твоё не на месте. Ты грузишь себя работой, пытаешься забыться, но ничего у тебя не выходит!

— Ты права, — я положила ей голову на плечо, — ничего у меня не выходит. Ну не могу я его забыть, понимаешь, он у меня здесь, — я показала рукой на сердце. Я влюбилась, как наивная девчонка. Он меня предал, а я его всё равно люблю. Дура я да?

— Ты просто женщина, — она погладила меня по голове, — а как любой женщине тебе хочется любви и защищённости. Это нормально. Ну, ничего, девочка, время лечит. Может, ты скоро его забудешь.

— Нет, теперь я его уже никогда не забуду! — решительно проговорила я и, положив руку на живот сказала. — У меня от него ребёночек будет.

— Да ты что!? — воскликнула она, но вспомнив, что время позднее тихо добавила. — А он знает?

— Нет, я сама недавно только узнала.

— Ну, ничего, вот увидишь, всё будет хорошо! Господь тебя не оставит! Всё ещё наладится!

Глава 58

Уехав из Москвы, я хотела начать новую жизнь. Жизнь без страха, убийств, преследований и предательства. Жизнь без тех, кто меня предал, с теми, кто мне дорог и кому дорога я. С теми, кто никогда не предаст. Но один человек из моей прошлой жизни не давал мне покоя. Человек, который очень крепко засел в моей душе и моём сердце. Человек, который подарил мне частичку себя. Это Андрей Кабаев. Я прекрасно понимала, что вряд ли мы с ним будем когда-нибудь вместе, но всё равно не могла забыть. Да простила предательство, но разлюбить не получалось. Шло время, но ничего не менялось.

Так закончился август и наступил сентябрь. Ирочке через две недели исполнится шесть лет, так что в следующем году она пойдёт в школу, поэтому я её устроила в группу по подготовке к школе и в детский сад, а сама принялась искать работу. Степаныч и баба Катя занимались хозяйством. Так что жизнь у нас стала налаживаться. И я стала потихоньку отвыкать от Москвы, как вдруг мне позвонил Стрельников и попросил приехать в полицию, чтобы взять у меня показания.

Поездка в Москву меня совсем не обрадовала, но ехать всё же пришлось. Полдня я провела в участке, отвечая на вопросы следователя и заполняя бумаги. И вот, наконец, когда все формальности были соблюдены, в кабинет Романова (так была фамилия следователя) вошёл сам Стрельников.

— Оставь нас! — скомандовал он, и следак моментально удалился.

— Как ваши дела Наталья Владимировна? — поинтересовался он, усаживаясь на место Романова. — Не пожалели, что уехали из Москвы?

— Нет, не пожалела, так будет лучше для нас с дочкой. — Ответила я. — Что теперь будет со Светой? — перевела я разговор от себя.

— Сначала мы ей назначим психиатрическую экспертизу, а потом будет суд. И он будет решать, что её будет ждать: длительный арест, а с учетом того, что она натворила, грозит ей не мало, или принудительное лечение в специализированном учреждении. Да, кстати, деньги, которые были переведены со счетов вашей фирмы, осели на счёте Виктории Ленской. Так что, как только закончится следствие, денежные средства будут вам возвращены.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Фирма уже не моя, так что и деньги уже не мои. — Констатировала я. — Я могу идти?

— Конечно, я вас не задерживаю, — ответил Стрельников и протянул мне пропуск. — Зря вы отдали свою фирму Андрею, он этого не заслуживает.