Миднайт - Рита Вельц

за травяные бальзамы и кремы, которые лекарка готовила для нее. Глядя на себя в зеркало, Лисса в какой-то момент даже начала сомневаться в своих сведениях о фрейлинах принца. Может, они на самом деле обычные ведьмы, а их прекрасная внешность объясняется всего-навсего использованием всех этих чудесных средств по уходу за собой? Может, эти слухи о том, что девушки не те, за кого себя выдают, распускают их недоброжелатели и завистники?

Саймон относился к Мелиссе очень хорошо. Несмотря на пересуды, ходившие о нем во дворце, Лиссе он очень нравился, и, похоже, это было взаимно. Но все же кое-что в его поведении настораживало. Во-первых, он никогда не позволял Мелиссе дотрагиваться до его рук, если на них не было перчаток. Во-вторых, разговаривал он с ней осторожно, словно боялся случайно сболтнуть лишнего. И, кроме того, он по-прежнему отказывался отвечать на вопрос Лиссы о причинах, по которым он похитил ее из внешнего мира и поселил в Дредфул-холле.

Мелиссе все это не давало покоя: она хорошо помнила предостережение Морены насчет принца.

Но, несмотря ни на что, Лисса чувствовала, как при мысли о Саймоне в душе у нее разливается тепло и сердце начинает биться быстрее…

* * *

Лисса сидела у окна в своей спальне и любовалась башнями. Уже начинало темнеть, и девушка с грустью вспоминала о прошлом — она очень любила это время, когда на постепенно меняющемся небе зажигались одна за другой серебристые звездочки.

В дверь постучали. Лисса вздрогнула от неожиданности и обернулась.

— Открыто.

В комнату вошел Саймон.

— Привет, моя принцесса, — тихо сказал он, затворяя дверь. — Я посижу немного с тобой, ты не против?

— Не против.

Она отошла от окна и села на кровать. Саймон уселся рядом с ней и посмотрел ей в глаза.

— Знаешь, Лисса, я давно хотел сказать тебе… Со мной происходит что-то странное.

Мелисса придвинулась поближе.

— Что именно?

— Я все время хочу видеть тебя. Хочу быть рядом с тобой. Хочу… держать тебя за руки, — последнюю фразу он произнес с болью в голосе. — Я все время думаю о тебе.

Он больше не смотрел на Лиссу — теперь его взгляд блуждал по комнате.

— Со мной еще никогда такого не случалось. Я не могу сосредоточиться ни на чем. У меня все валится из рук. Я думаю только о тебе. И я все время хочу тебя поцеловать.

Мелисса слушала его и не знала, радоваться ей или бояться. В это было трудно поверить: Саймон влюбился! Влюбился в нее! Наследный принц королевства тьмы Миднайт, урожденный демон, влюбился в нее, в человека, в девушку, которая непонятно за что была вырвана из своей нормальной жизни и заброшена в чужой мир.

— По-моему, этого просто не может быть, — сказала Лисса дрогнувшим голосом, стараясь сохранять спокойствие.

— Чего — этого? — не понял Саймон. Реакция Лиссы его неприятно удивила.

— Твои слова означают, что у тебя появились чувства ко мне, а это невозможно.

— Почему? — судя по выражению лица принца, он боялся услышать ответ.

— Потому что вампиры не могут испытывать эти чувства, это против вашей природы! — выпалила Мелисса и испуганно замолчала.

Саймон тоже молчал. Он снова отвел взгляд и отвернулся так, чтобы Лисса не видела его глаз в этот момент. Зато она видела его руки в черных перчатках — они были крепко сжаты в кулаки.

Наконец, Саймон справился с собой, повернулся к Лиссе и взял ее за плечи.

— Но я же не вампир! — прошептал он, заглянув девушке в глаза.

В его взгляде была такая боль, что Мелисса невольно содрогнулась. Неужели ему настолько неприятно носить в себе вампирские гены? Но почему?

— А кто же ты тогда? — осторожно спросила Лисса. Принц нежно взял ее за руки.

— Тебе не обязательно знать, кто я. Вампирских корней во мне не больше, чем других. Но они есть. И я ненавижу себя за это.

— За что? — удивилась Лисса. — Ты же не виноват в своем происхождении.

— Не виноват, — согласился Саймон, отпустил ее руки и рассеянно запустил пальцы в волосы, взъерошив свою черную шевелюру. — Но эти корни… понимаешь, они иногда дают о себе знать. И тогда я становлюсь тем, кем не хочу становиться. Я так ненавижу это состояние!

Саймон отвернулся и опустил голову.

— Это бывает со мной очень редко.

— Но все же бывает, — тихо сказала Лисса. — Это значит, что ты для меня опасен.

Саймон резко повернулся к ней.

— Мелисса, — он снова взял ее за руки. — Прими меня таким, какой я есть! Помнишь, в лесу, когда я нашел тебя, я пообещал, что я не причиню тебе вреда? Я сдержу свое слово. Я обещаю, что я никогда не сделаю тебе ничего плохого. Ты веришь мне?

Лисса посмотрела ему в глаза… и кивнула. Она ему поверила. Она еще не подозревала, насколько опасное решение только что приняла.

Саймон придвинулся еще ближе к ней и нежно провел рукой по ее щеке. Мелисса закрыла глаза и коснулась губами его губ — неожиданно мягких и горячих.

* * *

С этого момента жизнь Мелиссы в замке изменилась. Теперь она легче переносила общество сестер Торнвуд и больше не переживала по поводу таинственного поведения принца. Саймон приходил к ней каждый вечер, они проводили много времени вместе. Вопреки словам Морены, он был с Лиссой ласков и добр и пока что создавал впечатление порядочного и хорошего молодого человека, разрушая все ее представления о принце-демоне. Через какое-то время Мелисса, занятая своими новыми отношениями, и думать забыла о предупреждении лекарки.

Однако у Морены была своя точка зрения на поведение Саймона. Но на этот раз лекарка решила до поры до времени держать свои доводы при себе и осторожно приглядывать за Мелиссой и принцем.

Тем временем Лисса стала все чаще замечать повышенное внимание фрейлин к своей персоне. Девушки были с ней на редкость дружелюбны, частенько звали прогуляться, приглашали выпить вина, заводили разговоры… Она не переставала удивляться и гадать, что с ними происходит. Даже Шарлотта, от которой раньше словно волнами исходила неприязнь к Мелиссе, смягчилась и стала сердечнее.

Лисса поделилась своими наблюдениями сначала с Мореной, а затем с Саймоном. Реакция Морены была до смешного предсказуема.

— Им нельзя доверять, — заявила лекарка. — Будь осторожнее.

У Саймона было другое мнение.

— Я же говорил тебе, они хорошие девочки. Просто они особенные, не такие как все. Я рад, что ты нашла с ними общий язык.

На сей раз Мелисса послушала Морену: в том, что касалось фрейлин, девушки были единодушны.

*