Разводимся! Моя на тридцать дней (СИ) - Лесневская Вероника

Ксюша покусывает губы, обводит меня беспокойным взглядом, морщит носик. Решает, можно ли мне верить.

- Ты мог сказать, что эта… - кривится, будто ее тошнит, - Дуля приехала к твоей маме. Я же спрашивала, что случилось, когда мы были в спортцентре.

- Мог, но не стал, - виновато хмурю брови. - Потому что твою реакцию несложно было предугадать. Ты бы психанула еще тогда и никуда бы со мной не поехала.

- Может, хватит решать за меня, предсказатель? – недовольно выдыхает мне в лицо и упирает руки в бока. Она права, но уже поздно. - Если ты так хорошо меня знаешь и так сильно любишь, тогда почему мы разводимся?

- Наверное, потому что я идиот, - спрятав ладони в карманы, нервно переминаюсь с пятки на носок. - Послушай, ты ведь должна понимать, что ничего не было. Я сам удивился, когда застал Гулю в квартире. Забрал все сумки и уехал к матери, чтобы из первых уст выяснить, какого хрена происходит. В итоге оборвал с ней все связи. Пусть подумает, кто ей дороже: дочь подруги или родной сын.

- Правда? – подтаивает жена. Лед трескается. – Я не хотела бы, чтобы у тебя были проблемы с матерью из-за меня.

- Не из-за тебя. Она сама виновата. Я предупреждал ее об этом, - чеканю строго. - После больницы сразу же примчался к тебе. Я при всем желании ничего бы не успел с Гулей сделать.

Имя бывшей срабатывает как детонатор. Ксюша взрывается.

- А, то есть желание было?

- Не придирайся к словам.

- Теперь ясно, почему ты вдруг набросился на меня в туалете. Я еще подумала, что нелогично: то не подходишь ко мне и ничего не хочешь, то вдруг такой голодный и неудовлетворенный. Вот, значит, в ком причина, - прищуривается, выпуская в меня миллиард огненных стрел. – Ностальгия накатила с Гулей?

- Чушь. Я всегда тебя хочу. Только тебя.

- Ты не спал со мной все это время, - тычет пальчиком мне в грудь, а сама краснеет, застыдившись того, что произнесла вслух.

- У меня были на то причины, - нерешительно произношу. - Я проверялся и… - подхожу вплотную, добавляя тише: - лечился.

- От чего? – отталкивает. Закрывается. И добивает резкой фразой: - Неужели на стороне тебя чем-то наградили?

Понимаю, что не готов говорить ей о своей проблеме. Не могу – и все тут. Ступор. Слишком колючая Ксюша сейчас. Ни одному слову не поверит.

- Неважно, - устало шепчу. - Переодевайся, я подвезу тебя в «Царь-спорт».

- Гулю свою подбрось. Прямиком в ЗАГС, - бубнит по пути в комнату. - Вам всего ничего потерпеть осталось. Меньше тридцати дней.

«Один из которых я бездарно просрал», - добавляю мысленно.

Доставив Ксюшу в спортцентр, провожаю любимую тоскливым взглядом. Сбрасываю очередной входящий звонок от Глеба – и вместо ресторана разворачиваю автомобиль в сторону юридической фирмы. Надеюсь, Воскресенский успел выяснить хоть что-то по поводу сообщений. У меня завязаны руки, пока я не знаю врага в лицо.

* * *

- Здравствуй, Константин. Не занят? – спрашиваю ради приличия, а сам нагло захожу в кабинет, захлопнув дверь перед носом его секретарши.

- Занят, но кого это волнует… - вздыхает, отодвигая ноутбук. - Брачное агентство, а не фирма, - устало протирает уголки глаз. Мрачно следит, как я приближаюсь к столу. – Скажи, что вы помирились, и дело закрыто.

- Я был бы рад, но нет, - обреченно падаю на стул. – Ты обещал, что твои люди быстро проверят номер Ксюши. Надеюсь, ее входящие помогут мне и хоть немного прояснят ситуацию, почему она воспринимает меня в штыки. А еще я буду знать, кого убить за мою жену.

- Тюрьма не спасет тебя от развода, - зло подшучивает Воскресенский и берет телефон. – Я передал все данные в тот же день, когда ты обратился. Сейчас позвоню и уточню результаты.

Спустя полчаса Костя получает на почту всю информацию, отправляет на печать, а попутно пролистывает электронное письмо. Хмурится, исподлобья поглядывая на меня.

- Точно не изменял? - забирает распечатки из принтера, однако не спешит их мне отдавать. – Я предупреждал, что у меня принципиальная позиция…

- Да что за черт! Нет! В этом я тоже принципиален, - рявкаю на него и, не выдержав, выхватываю листы из его рук.

Мельком пробежав взглядом текст, встряхиваю головой, часто моргаю - и возвращаюсь к самому первому сообщению. Цепляюсь за число: совпадает с датой приема Светланы на работу. Сосредоточившись, пытаюсь вникнуть в суть написанного бреда. Сначала идут эсэмэски банальные и абстрактные по типу: «Твой муж тебе изменяет». Смешно и неаргументированно. Но каждая следующая - добавляет все больше новых деталей, которые нарастают, образуя снежный ком. Под конец я закашливаюсь, округляя глаза от неподдельного шока. Еще чуть-чуть – и я сам соглашусь, что изменяю. Начинаю сомневаться в своей адекватности. Может, раздвоение личности подхватил где-то, как вирус?

- Все номера, с которых твоей жене писали сообщения, зарегистрированы на одну особу, - комментирует Костя, пока я охреневаю от прочитанного. – Это Светлана Григорьевна Колмогорова.

Разумеется, я ожидал услышать это имя. Она, отслеживая каждый мой шаг, подмечала малейшие передвижения, а факты использовала в своих гадких СМС. Подставляла меня, оставляя следы помады на рубашке, духи на пиджаке, презерватив в кармане брюк... Действовала нагло и подло, постоянно находясь рядом. Не умеет Глеб подбирать персонал, да и я в людях, похоже, ошибаюсь. Пригрели змею – и не почуяли подвоха.

- Колмогорова - наш администратор… бывший, - киваю, не сводя глаз с бумаг. Пальцы потеют, оставляя влажные следы на уголках. – Я ее уволил на днях, заподозрил в связи с конкурентом. Не зря, значит…. Та-ак. А это что?.. – вытаскиваю из стопки результат УЗИ беременности, о котором сегодня кричала мне Ксюша. – Чье это? Тоже Светланы?

- Тебя поздравить, или как? – стальным тоном цедит юрист, постукивая пальцем по корпусу телефона. Чего мне ожидать от вспыльчивой жены, если даже юрист с холодным рассудком мне не верит?

- Хватит, Костя, я не лгу! Я к этому никакого отношения не имею! – в сердцах бью ладонью по столу. - УЗИ настоящее или подделка? Мне нужна зацепка. Хоть какая-то! Ксюша никогда в жизни мне не поверит после такого, - взмахиваю злополучным листом с подписью и печатью, как будто в нем мой официальный приговор.

- Отправлю в клинику, пусть проверят, - настороженно произносит и печатает что-то на ноутбуке.

Я же продолжаю нервно скользить взглядом по скачущим буквам, с трудом фокусируюсь на последних сообщениях – и недоуменно выдыхаю:

- Откуда она знает об ожоге?

Только Ксюша в курсе таких интимных подробностей. А еще мать, которая выхаживала меня в больнице в первые дни после несчастного случая. Они не могли никому разболтать. Им обеим я верю, как себе, потому что родные люди не предают. Откуда тогда утечка? Врачи? Старая команда, с которой я работал, когда был обычным поваром? Невозможно проверить всех.

- Хм, что? – переспрашивает Костя.

- Можно как-то найти эту Колмогорову? Она исчезла сразу же после увольнения, даже трудовую не забрала – и не выходит на связь. Хочу с ней разобраться. Только тихо, чтобы не трясти грязным бельем перед всеми. Для меня репутация сейчас особенно важна, да и Ксюше это не понравится, - яростно сминаю бумагу. – Иначе я не понимаю, как выплывать из этого дерьма.

- Да, я параллельно начал пробивать Светлану, как мы с тобой и договаривались, но мне нужно больше времени, - покачивается в кресле.

- У меня меньше тридцати дней, - напоминаю ему.

- Успеем, слово даю, - протягивает ладонь для рукопожатия.

Не отвечаю, потому что машинально хватаю завибрировавший телефон. Переживаю, чтобы не пропустить звонок от Ксюши, в случае если ей что-то потребуется, но вместо этого получаю эсэмэску от Глеба.

«Мэт, где ты? Мы готовим второй ресторан к открытию или отменяем все? Может, хотя бы дату сдвинем?»

Собираюсь набрать короткий ответ, чтобы друг отстал от меня, однако пальцы зависают над дисплеем. Какого хрена! Если Светлана работала на Михайлова, то я им только услугу окажу, когда сдамся. Конкурент спит и видит, как прибрать к рукам мой филиал.