Проект Нужные дети - Дмитрий Федотов

— Со свиданьицем, господин Стершин! — произнес Белогор, но в голосе его отчетливо лязгнул металл, и пленник явно уловил его.

— Кто вы такие? И по какому праву врываетесь в чужую квартиру? — глухо спросил он, опустив голову.

— Думаю, вы уже догадались, кто мы, — утвердительно сказал волхв. — А мы хорошо представляем, кто вы. Потоцкий весьма подробно описал вас, вот только забыл предупредить, что вы — отменный драчун. Поэтому нам придется разговаривать в сложившихся условиях…

Он не договорил и резко обернулся к двери комнаты. В полутемной прихожей мелькнула быстрая тень, зазвучали торопливые шаги на лестничной площадке. Пустельга метнулся вдогонку, но вскоре вернулся.

— Девчонка какая-то, — он виновато развел руками: — Шустрая больно. Успела выскочить из подъезда…

— Ладно, бог с ней! — Белогор вновь повернулся к пленнику. — Ну так как, Альберт Павлович, побеседуем?

— С чего бы? — нагло поинтересовался Стершин. — Не имею ни малейшего желания, господин… как вас?..

— Бородин…

— Ага! Неужели сам волхв Белогор ко мне пожаловал? — оскалился Стершин.

— Ну, вот и познакомились, — невозмутимо кивнул Стас. — Воочию, так сказать. Давайте теперь поговорим о делах насущных. Например: на кого вы работаете?

— На будущее России!

— Не ёрничайте, господин Стершин! Вашими методами можно только могилу России выкопать. Повторяю: кто ваши хозяева? Я знаю, что контора ваша называется Группой перспективных исследований. Но я хочу знать, кто ее возглавляет и где находится основная база?

Пленник снова оскалился, но промолчал. Тогда Белогор кивнул Пустельге, стоявшему за спиной Стершина. Эспер внезапно крепко сжал ладонями его виски и прикрыл глаза. Пленник задергался, пытаясь вырваться, но глаза его быстро закатились, изо рта потянулась тонкая струйка слюны.

— Группа перспективных исследований… — невнятно забормотал он, — Владимир Генрихович… директор… Лапшинка… Киевское шоссе… — тело Стершина вдруг выгнула страшная судорога, лицо пошло красными пятнами, он захрипел.

Пустельга открыл глаза и отнял ладони от его висков, но было поздно. Хрипы перешли в свистящий стон, губы пленника посинели, и он тут же обмяк в кресле. Белогор прижал пальцы к его шее.

— Мертв.

— Психолог сам был закодирован, — удрученно покачал головой Глеб.

— М-да, не получилось разговора… Ладно, сливаем информацию из компа и уходим.

— Я бы не стал возиться с копированием. Лучше забрать диск целиком.

— Действуй, — согласился Белогор, — а я пока в бумагах пошарю…

Но толком обыск провести им не дали. С улицы донесся приглушенный вой милицейской сирены и стих где-то возле дома.

— Кажется, это по наши души, — констатировал волхв. — Как там у тебя? Закончил?

— Все в порядке. Можем идти.

Они выскользнули на лестничную площадку и услышали, как внизу лязгнула дверь подъезда.

— Пошли через чердак! — Белогор бесшумными скачками ринулся вверх по лестнице.

Замок на люке Пустельга вскрыл играючи какой-то проволочкой. Пробравшись в соседний подъезд, «перуновцы» спокойно вышли на улицу. У первого подъезда перемигивались сразу две патрульные машины. Их водители топтались под фонарем, покуривая и переговариваясь вполголоса.

Стас и Глеб также спокойно подошли к своему «Гольфу» и беспрепятственно покинули ставший негостеприимным двор.

— Владимир Генрихович, — секретарша осторожно заглянула в кабинет, погруженный в полумрак.

Директор сидел не за рабочим столом, а в «зоне отдыха» под фикусом. Перед ним на стеклянной столешнице журнального столика стоял раскрытый ноутбук с торчащей антенной спутниковой связи.

— Что там, Зоя?

— К вам Сытин…

— Пусть зайдет.

Начальник оперативной группы, тяжело ступая походкой усталого человека, приблизился к шефу. Уставившись в пространство между фикусом и стеной, он выдохнул:

— Плохие новости, господин Энгельс.

— Догадываюсь по твоему виду, — бросил тот, доставая «чаруту» из любимого портсигара.

— Операция провалилась…

— Почему?

— Такое впечатление, нас там ждали.

— То есть ты хочешь сказать, что их предупредили?

— Не знаю… Но группа попала в настоящую засаду. Охрана объекта применила огнестрельное оружие! Вырвался только один боец…

— Где он?

— Ждет за дверью.

— Предусмотрительный ты, Семен Денисович, — холодно усмехнулся Энгельс и махнул рукой с сигаретой. — Зови.

В кабинет вошел, четко печатая шаг, здоровенный парень в пятнистом комбезе и берцах.

— Рядовой Ворошилов по вашему приказанию прибыл, господин директор! — отрапортовал он и замер по стойке «смирно».

— Надо же — Ворошилов? — хохотнул Энгельс. — Может, тебя еще и Климом зовут?

— Так точно!

— Ну и ну!.. Ладно, рассказывай, что у вас произошло?

— Попали в засаду, господин директор. Укрылись в здании бывшего ресторана. Нас окружили и предложили сдаться. Командир приказал мне уходить, пока остальная группа попробует прорваться.

— То есть ты не видел, что случилось с остальными?

— Никак нет, господин директор. Я выполнял приказ командира… Когда уже укрылся в парке, слышал два выстрела. По звуку — помповики.

— Ясно… — Энгельс поднялся и зашагал по кабинету. — Можешь идти, Клим Ворошилов. А ты, Семен Денисович, немедленно разыщи мне этого забулдыгу Раскова!

— Но ведь вы его сами отпустили на двое суток, Владимир Генрихович, — развел руками Сытин. — И я понятия не имею…

— Меня не волнуют твои понятия! — внезапно сорвался на крик директор. — Вынь мне его хоть из-под земли!

Начальник опергруппы двинулся было к выходу, но снова замялся в нерешительности.

— Что еще? — резко развернулся к нему Энгельс.

— Вторая новость, Владимир Генрихович…

— Тоже плохая?

— Да… Наш человек из МУРа сообщил, пару часов назад нашли труп Стерха… Стершина Альберта Петровича…

Директор остановился так внезапно, будто налетел на стену.

— Где? Кто?

— В его собственной квартире на 13-й Парковой. Смерть наступила в результате удушья. Следов удушения нет, но… он был прикручен скотчем к креслу. Похоже, самоликвидация?..

— Черт возьми, Сытин! Когда же ты научишься докладывать новости в порядке их значения?! — Энгельс в сердцах швырнул окурок «чаруты» в кадку с фикусом. — Ты хоть понимаешь, что это значит?

— Понимаю. Мы потеряли одного из наших агентов…

— А вот хрен тебе! Убийство Стерха означает, что нашего «крота» в «Юности» вычислили и выпотрошили. Стершина допросили, и еще неизвестно, что он успел выболтать, пока не загнулся. Немедленно посылай к нему на квартиру своих «псов»! Пускай заберут все его бумаги и компьютер… Кстати, а кто вызвал туда милицию?