Темный рыцарь - Трейси Лоррейн

— Дерьмо, дерьмо, дерьмо.

Я падаю обратно на свою подушку, на мои сухие подушки, и что-то пугает меня, когда касается моей щеки.

— Что за— Я беру маленький листок бумаги, мои брови сходятся вместе, когда я изучаю его.

Это… это летучая мышь-оригами?

Мое сердце учащенно бьется, когда я смотрю на это, мой разум лихорадочно работает, пока я пытаюсь понять, что было сном, а что реальностью.

Кладу фигурку на прикроватный столик, свешиваю ноги с кровати и оглядываюсь. Повсюду видны следы срабатывания разбрызгивателей, и это заставляет мое сердце учащенно биться в груди при мысли, что мой сон, возможно, был просто повторением реальности. Неудивительно, что все это кажется таким реальным.

Я нахожу свой телефон на полу посреди комнаты, под ним небольшая лужица. Поднимая его, я вытираю его о пижаму, которая на мне, которую я не надевала, когда впервые переодевалась, когда Ант был здесь, и я разбудила его.

Я получила целый поток сообщений от папы, который проверяет, все ли на самом деле в порядке. Но только из-за сообщения от Деймона, мое сердце подпрыгивает к горлу.

Деймон: Продолжай оглядываться через плечо, Ангел. Ты видела меня не в последний раз.

Меня захлестывает прилив желания, прежде чем я проклинаю себя. Эта угроза не должна быть для меня заманчивой. Я должна хотеть, чтобы он ушел. Но я боюсь, что все, чего я смогу достичь, это фантазировать о том, когда он появится и снова «накажет» меня за то, что я накачала его наркотиками. Если то, что произошло прошлой ночью, вообще можно назвать наказанием.

Только когда я сижу за кухонным столом с чашкой кофе, я наконец смотрю на время.

— О, черт, — выдыхаю я, вскакивая и мчась к ванной. Не то, чтобы это принесло много пользы. Я уже опаздываю.

***

— Что, черт возьми, произошло прошлой ночью? — лает Нико, когда я после школы бегу в раздевалку для девочек на урок гимнастики. Я опаздываю после того, как наша учебная сессия затянулась, и у меня действительно нет времени на его бред.

Подтягивая рубашку повыше на горле в жалкой попытке скрыть отметины от его любопытных глаз, я делаю глубокий вдох и поворачиваюсь к нему лицом.

— Мило с твоей стороны показать свое лицо и выяснить все самому.

— Это была середина гребаной ночи. Я был разбит.

— Вот тебе и защита от всех ужасов в мире, — бормочу я, мои глаза закатываются так сильно, что становится больно.

Его губы приоткрываются, чтобы возразить, но он быстро решает воздержаться от того, что собиралось сорваться с его губ.

— Тебе нужно решить, на какой линии всего этого властного, сверхзащитного большого брата ты стоишь, Нико. Ты не можешь пытаться контролировать мою жизнь в одну секунду, а потом наплевать, если в следующую я сгорю дотла в домашнем пожаре.

— Папа сказал, что с тобой все в порядке.

— Не в этом дело, придурок, — шиплю я.

Реальность такова, что прошлой ночью я не хотела, чтобы он приближался к дому или моему подвалу. Но дело не в этом.

Он пытается показать, что он весь такой по-братски защищающий, бросает все силы и следит за тем, чтобы я делала только то, что он хочет, чтобы я ни делала, но его нет рядом, когда он потенциально может мне понадобиться.

— Ты лицемер, — огрызаюсь я. Я не в первый раз произношу эти слова, и я уверена, что не в последний. — Сколько девушек было прошлой ночью? Так вот почему ты не смог прийти мне на помощь? — Я съеживаюсь от своих собственных слов.

— У меня не было—

— Малышка Си, вот ты где, — раздается громовой голос из коридора, заставляя мой желудок сжаться.

— Деймос, — рычит Нико, уже предсказывая, что должно произойти.

Рука Алекса обнимает меня за плечо, и он притягивает меня к своему телу, прикасаясь губами к моему уху.

— Ты в порядке, детка? Ты не ответила на мои сообщения.

Поднимая сумку повыше на плечо, я вырываюсь из его хватки и пристально смотрю на него.

— Что? — спрашивает он. — Я забеспокоился, когда увидел групповой чат этим утром.

— Ты в курсе, что если бы там действительно был пожар, мне пришлось бы разбираться с ним в одиночку прошлой ночью, верно?

Очевидно, что это неправда, и я слишком остро реагирую на их бездействие прошлой ночью, но я ничего не могу с этим поделать.

— Деймон сказал— начинает Нико, но обрывает себя, когда мой взгляд становится убийственным.

Благодаря Анту и Дейману — черт возьми, и Алексу тоже — я сумасшедшая. Мои эмоции переполнены, нервы на пределе, и я понятия не имею, что делать дальше. Это означает, что моя обычная реакция на все — слишком остро реагировать и огрызаться на всех.

Хотела бы я быть более уравновешенной во всем этом. Возможно, я буду через несколько дней, как только все уляжется.

— Черт, Кэл, — сказал Алекс, нервно потирая затылок. — Я проспал до утра. Думаю, ты утомила меня, когда приходила ко мне. — Его ухмылка становится шире, когда Нико рычит в гневе.

— Ты была у Алекса прошлой ночью?

— Я покончила с этим. Вы оба просто убирайтесь с моего чертова пути. — Я протискиваюсь мимо Алекса, толкая плечо моего брата, когда он просто стоит там, свирепо глядя на него с пульсирующей раздражающе-кровавой жилкой на виске. — Я уже знаю, что прошлой ночью у тебя не было компании, — бросаю я через плечо. — Ты никогда не бываешь таким невыносимым придурком, когда трахаешься.

— О, братан, она тебя выпорола, — воет Алекс.

К счастью, я пропускаю реакцию Нико, когда вхожу в раздевалку и оказываюсь в окружении бессмысленных девчачьих сплетен.

— Калли, что случилось? — спрашивает Стелла в ту секунду, когда отрывает взгляд от застегивания спортивного лифчика, и обнаруживает, что я стою посреди комнаты, как будто мне здесь не место.

— Н-ничего. Просто Нико ведет себя как обычно, придурок.

— Он весь день был похож на медведя с больной головой, особенно учитывая, что ты избегала всех, как чумы.

— Я чувствую себя не очень общительной, — бормочу я.

— Что случилось? Я думала, что пожар был ложной тревогой.

— Это было… Я просто… — Мои глаза жгут слезы, а в горле образуется комок.

— Черт, Кэл. — Стелла бросается вперед и обнимает меня, пока я борюсь, чтобы не развалиться на части перед командой сук, которая является командой по гимнастике.

— Я в порядке, — шепчу я, когда чувствую себя немного сильнее. — Я просто измотана. Мне нужно убрать подвал, а Нико — засранец.

— Не могу поспорить с последним, — беспечно говорит Стелла. — Но тебе не нужно заниматься этим делом в одиночку. Хочешь бросить это, захватить немного еды и Эмми, пойти и начать?

— Нет, я не могу