Герои Шести Цветов Том 2 - Ишио Ямагато

Ролония подняла руку. У ее ног была дыра, из которой выпрыгнул в тот раз Тгуней. Они остановились у отверстия и заглянули внутрь. Даже со светящимся камнем они не могли понять, что на дне.

— А там глубоко.

— Я попытаюсь обыскать, — Ролония высвободила хлыст и опустила его в дыру. Ребята долго слушали, как хлыст ударяет по стенам дыры. — Внутри никого нет.

— Я пойду туда, — Адлет схватился за хлыст Ролонии и проник в яму. Когда он приземлился на дно, он осветил камнем место.

Дно дыры было похоже на подземную комнату. Каждая стена была метров пять в длину, грязные стены не были ничем украшены. Потолок укрепляло дерево, чтобы пещера не обвалилась. Комната была обычной.

В центре стоял стол и кресло. На столе была книга с обложкой из ткани, и Адлет осторожно поднял ее и попытался прочитать.

— Что это? Тгуней здесь читал? — растерялся Адлет. Книга была сборником пьес, но Адлет не видел ни знакомых названий, ни рисунков, а потому не понимал ее ценности.

Он отложил книгу и огляделся. На север и юг вели ужасно узкие туннели. Никт больше Тгунея не смог бы пройти, не согнувшись.

Адлет попытался посветить в туннели, но они были длинными, и он не мог видеть всей их длины.

— …Что ж, придется поискать вокруг.

Тгуней был здесь, наверное, часов двадцать назад, и, может, тот, кто сделал яд неэффективным, тоже здесь был. Кем бы он ни был, Адлету нужно отыскать его. Но вопреки ожиданиям Адлета, в комнате ничего не было. Только книга, стол и кресло.

— Может, мне тоже спуститься? — спросил Ханс, заглядывая в дыру.

— Нет, все хорошо. Сторожите, — ответил Адлет.

Туннель мог быть ловушкой, там могли быть устройства, что обваливали его своды. И если снаружи останутся трое, они смогут прийти на помощь. Так, понадеявшись на способность Чамо искать под землей, Адлет пошел в северный туннель.

Он шел прямо около десяти минут. Туннель разветвлялся, даже основной путь делился на два. И у него не было догадок, как далеко он зайдет, пока не достигнет выхода.

— …Ах, понятно.

Адлет, наконец, понял. Кьема давно готовились напасть на них из-под земли. Они изрыли дырами весь холм, их мог направлять Тгуней. Он хотел напасть, когда Герои будут беззащитны.

— В чем дело? — услышал Адлет вопрос Ханса, когда он вернулся в комнату.

— Туннелей слишком много. Я могу бродить по ним до утра. А что наверху?

— Все тихо, — сказал Ханс, а в дыру упало длинное тело. Голдоф сгруппировался и спрыгнул, приземляясь на пол.

Адлет тут же вскинулся, ожидая атаки. Но Голдоф не двигался и просто смотрел на Адлета.

— Что… В чем дело?

— Ад-кун! Ты в порядке? — прокричала Ролония, заглядывая в яму.

Помолчав, Голдоф заговорил:

— …Одному идти опасно.

— Ого! Он говорит! — вскричала Ролония. Адлет тоже был удивлен.

— В чем дело? Ты снова можешь говорить? Ты обеспокоен?

— …Прости, — Голдоф все еще не вернулся в прежнее состояние, а потом продолжить смог не сразу. — …Я думал все это время. И так и не нашел ответ… Думаю, я пойму, если подумаю еще немного.

— Поймешь что? О чем ты думал?

— Скажу позже, — Голдоф направился к входу в южный туннель. — Я посмотрю, что там. Если что-то найду, я дам тебе знать. Предоставь это мне.

Адлет положил руку на грудь.

«Он тоже сомневается», — подумал Адлет.

— Что случилось, Ад-кун?

— …Оставим его в покое, — ответил Адлет.

Голдоф был сильным. И было сложно представить, что он может проиграть с такой силой. А потому Адлет мог сосредоточиться на тайне Тгунея.

— Ролония, Ханс, не уходите. Если со мной что-то случится, понадобится ваша помощь, — сказал Адлет и вытащил из кармана раствор, что проявляет следы Кьема. Такой он уже использовал в Барьере Тумана Иллюзий. Если предмета касался Кьема, он изменит цвет.

Один за другим Адлет распылял вещество на стол, кресло, землю. Нужно было спешить, барьер Моры не простоит вечность.

Мора стояла у Вечного Цветка, закрыв глаза и скрестив руки на груди. Вуаль света покрывала гору и содрогалась, а Мора сосредоточилась на пополнении сил барьера. Кьема пытались его сломать всеми силами, и удерживать барьер становилось все сложнее. Но она не могла сдаться. Если барьер падет, Герои упустят шанс убить Тгунея.

— …Адлет все еще не вернулся? — спросила Мора.

— Я не получала вести, что он что-то нашел. Подержи барьер еще два часа, — ответила Фреми.

— Стараюсь. Я могу его держать, — сказала Мора и направила еще больше сил в барьер. Мора уже не использовала второе зрение, а потому и всю свою энергию она направила в барьер. Но каждый пять минут она все же проверяла вторым зрением Тгунея.

По обе стороны от барьера столпились Кьема. И все вместе они атаковали барьер.

Чамо приказала Джума попытаться остановить их. Но не все Джума восстановились, и их атаки были единичными.

Защищенный Кьема, Тгуней сидел на камне, просто глядя на барьер. Он отдавал приказы, но не было похоже, что у него есть план. Мора видела, что он чего-то ждет.

Вдруг Тгуней вскинул руку в воздух. Когда он это сделал, все Кьема остановились.

— Ладно. Мы убедились, что он силен.

Вуаль перестала дрожать.

«Что ты задумал?» — размышляла Мора, и она смотрела на него вторым зрением.

Тгуней вдруг посмотрел на гору точно в сторону Вечного Цветка.

— Мора, ты не хочешь отвечать? Я звал тебя довольно долго.

Мора сглотнула.

— Ты меня слышишь? Ты можешь ответить мне, так почему молчишь? Боишься говорить со мной, хотя я клялся говорить правду?

— Мора, в чем дело? — спросила Фреми.

Сердце Моры ускорилось.

— Я не знаю. Они перестали атаковать барьер. Прошу, не говори со мной сейчас. Я проверяю Тгунея.

Фреми холодно уставилась на Мору. И та была уверена, что Фреми убьет ее, стоит показаться подозрительной. Но она не могла игнорировать зов Тгунея.

— …Тгуней. Чего ты хочешь? — ответила Мора с помощью горного эха. Так она не покажется подозрительной Фреми, ведь Мора при этом не говорила ни слова.

— Ты все же ответила. Что ж, я уже много раз говорил, что твое время истекает. Я боюсь, что Шениера-чан умрет, если ты не убьешь одного из Цветов через два дня.

По телу Моры побежали мурашки.

— Ты уже кого-нибудь убила? Это все же был Адлет? Или Ролония? Они ведь легкая добыча. Но я бы прыгал от радости, если бы ты убила Ханса или Чамо. Вот они страшные.

— …Я никого не убила.

— А я-то думал, ты уже справилась, — пожал плечами Тгуней. — Ты жестокая мать. Разве любовь матери не преодолевает любые преграды? Ты понимаешь, сколько шансов спасти Шениеру ты упустила?