Трижды преданный - Кирилл Казанцев

– Что это значит? – выдавила из себя Чиркова.

– А то, что по его вине несколько преступников ушли от наказания. И этот случай, и еще один, когда сожитель убил беременную женщину и ее детей, а виновной сделали ее, посмертно объявив сумасшедшей. Ваш муж чудовище, и зона – это самое меньшее из всего, что он заслужил…

На этот раз вздрогнули оба – у Олега в кармане зазвонил мобильник. Это был Морок, и раз он звонит, значит, Марианна уже близко. Олег поднялся с кресла, нашел в кармане ключ, вставил его в замок, повернул. Послышалось, или нет, но в приемной раздались тихие шаги, и снова еле слышно открылась вторая дверь, потом все стихло.

– Я все сделаю, – заговорила Чиркова. – Но зачем вам его признание? Ведь прошлого не вернешь…

Олег повернулся к ней и едва сдержался, чтобы не ударить. «Кто ты такая, чтобы решать, чтобы говорить о прошлом? Красивая безмозглая дрянь, не лезь не в свое дело!» – хотелось ему выкрикнуть, но вместо этих слов Олег взял Чиркову за подбородок, поднял ей голову и, глядя в глаза, негромко произнес:

– Делай, как я сказал, или сядешь как соучастница, а твои дети отправятся в детдом, где твоя дочь станет шлюхой, а сын наркоманом. Ты этого хочешь?

Чиркова молчала, Олег отпустил ее, взялся за ручку двери.

– Как вас найти? – спросила Ольга. Она накинула на плечо ремень сумки и вцепилась в него так, что пальцы побелели.

– Я сам тебя найду, – грубо бросил Олег. – У тебя три дня.

– Стаса сейчас нет в городе. Он вернется через две недели. Командировка…

– Хорошо, я проверю. И если сболтнешь лишнего, то сама понимаешь, что тебя ждет. Света и Денис, да? Я запомнил.

Он открыл дверь, Чиркова вышла в пустую приемную. Сняла с вешалки свою шубу, перекинула через согнутую руку и остановилась. Постояла так несколько секунд и вышла в коридор, откуда донеслись голоса парней, что ждали ее. Сегодня их уже двое, знать, волнуется Чирков за свою супругу, дорожит, раз двоих к ней приставил. «Знал бы ты, что я с ней сегодня мог сделать, и она бы не пикнула…»

Накатил вдруг восторг на грани эйфории, Олег кинул ключ в верхний ящик Викиного стола и вышел в коридор. Там никого, Чиркова и охранники пропали, зато с дальнего конца коридора ему навстречу летела здоровенная бабища в черных одеждах. «Марианна!» – Олег кинулся в другую сторону, пролетел мимо двух кабинетов. Впереди был тупик, но, в случае чего, отсидеться можно в одном из офисов, где торговали какой-то полезной в хозяйстве ерундой, прикинуться покупателем. Олег оглянулся на бегу, но ведьма его не заметила, она ворвалась в свой кабинет и заорала на весь этаж:

– Ольга Георгиевна, простите за опоздание, какой-то дурак мне бампер разбил… – И через секунду: – Вика! Вика, где она! Вика, сюда!

Та на ведьмин зов не торопилась, видимо, ушла, как они и договаривались, или отсиживалась где-то далеко. «Ничего, ее телефон у меня есть, разберемся». Олег прошмыгнул мимо «Центра парапсихологических исследований и психологической правовой помощи», добежал до лестницы и, прыгая через ступеньку, рванул вниз. Выскочил из здания, пошел тише, застегнулся на ходу, оглянулся на окна, на парковку. Серой «Ауди» не видно, зато неподалеку стоит вишневый «шевроле» с покореженным передком. Морок славно постарался, «Тойоте» тоже досталось, но это не смертельно, все равно продавать, или так сгниет – не жалко.

Минут через сорок к вокзалу подкатил Морок на помятой «Тойоте» – задний бампер держался на честном слове и злобно гремел на каждой кочке. Ремонт был плевый, копеечный, но Олег об этом и не думал, наскоро рассказал Мороку, как все прошло.

– Две недели! – досадливо поморщился тот. – Вот сволочь, не вовремя его унесло. А Чиркова не врет?

– Понятия не имею, – ответил Олег, – но можно проверить…

Сам понимал, что это нереально, Чирков мог отсиживаться, где угодно, оставив жену на попечение охраны. Морок скептически скривился и сказал:

– Ладно, ждем, куда ж деваться. Навестим ее как-нибудь, посмотрим, вдруг она вслед за мужем слиняет.

«Не слиняет». Олег отчего-то был твердо в этом уверен, но аргументы находились где-то в области предположений и интуиции, поэтому он промолчал. А Морок включил поворотник, готовясь перестраиваться в правый ряд, и вдруг пожаловался:

– Прикинь, Марианна эта мне чего сказала, пока мы ментов ждали: у меня сбой кармической программы вследствие родового проклятья. Смотрит, сука, в упор и говорит, говорит – не остановишь. Спрашивала, не было ли у меня в роду шизофреников, утопленников, мертворожденных и шестипалых. А откуда мне знать, если я и папу с мамой плохо помню? Я ей так и говорю – сирота я, а она улыбается, ласково так, и говорит: сильные искажения наследственности, нужно провести ритуал по очистке родовой памяти. Я думал, живым от нее не уйду, никогда в жизни так ментам не радовался, веришь?

– Забудь, – посоветовал Олег, – это она тебя напугать хотела.

Морок пробурчал что-то нелестное в адрес Марианны, а Олег думал только об одном: две недели – это очень долго, а деваться некуда, придется ждать, и нет хуже на свете занятия, чем сидеть без дела и считать дни.

– Зато отдохнем, – сказал Морок, ставя машину напротив подъезда, – отоспимся. Все к лучшему…

И, действительно, сразу завалился спать. Олег немного послонялся по квартире, поставил чайник, потом налил себе большую чашку и сидел в одиночестве и тишине, глядя, как над кружкой поднимается дымок. Насчет «спать» он с Мороком был категорически не согласен, больше того, невесть откуда взялось и крепло желание немедленно убраться из квартиры. Не то чтобы боялся прямого «вторжения», напрягало другое – ему не дадут закончить, оборвут на полпути, остановят. Осипов наверняка одними угрозами не отделается, его мамочка, поди, уже всю полицию на ноги поставила, хотя запись – это как поводок, и Осипова он держит крепко, если видео всплывет, мало никому не покажется. А Чирковой он своего имени не назвал, но выяснить это ее муженек сможет легко…

Мысли безостановочно крутились в голове, порождая бесконечные цепочки возможностей и прогнозов будущих событий, Олег устал от них и в конце концов сдался. «Морок прав, надо поспать». Он допил остывший чай, посидел еще немного в пустой холодной кухне и пошел на свой диван. В тишине и заполнивших холодную комнату сумерках уснул мгновенно, а вскочил от резкого звука – кто-то трезвонил в дверь. Жал на кнопку изо всех сил, да еще стучал по створке, и довольно сильно. Олег вмиг оказался у двери, посмотрел в глазок. Тьма кромешная, лампочка то ли сгорела, то ли вывернули ее соседи, а трезвон не прекращался. Морок не показывался, будто ничего не слышал. Олег помедлил еще немного и открыл дверь – будь что будет.

И хоть догадывался, кого именно там увидит, но все ж неприятно екнуло сердце – на площадке стояла Наташка. Перепуганная, растрепанная, глаза на мокром месте, но увидела Олега и тут же облегченно вздохнула.

– Привет! – как ни в чем не бывало шагнула она в квартиру. – Я думала, что-то случилось.

Олег не двинулся с места. Наташка остановилась, недоуменно посмотрела на него и тут же попятилась. Оступилась, привалилась к стенке плечом и тихо спросила:

– В чем дело? Что-то случилось?

– Ты зачем пришла? – грубо перебил ее Олег. Улегшаяся было злость поднялась с новой силой, он пока сдерживал ее, но чувствовал, что надолго его не хватит. Хоть и понимал, что с Наташкой придется поговорить напоследок, но не думал, что этот момент наступит так скоро. Хотя какое там скоро – три дня прошло, как они виделись в последний раз.

– Ты ушел, пропал, на звонки не отвечаешь, – шепотом говорила Наташка, – я волновалась, думала…

– Что ты думала? – снова оборвал ее Олег. А сам даже отступил назад, чтобы не ударить эту дрянь. Некстати вспомнился Осипов, как он ползал на снегу, как плевался кровью и что-то там мычал насчет полиции. Представил себе Наташку и Осипова вместе, скривился – славная парочка, чего уж там… Надо же, какая честь – бросила сынка банкирши и на Покровского переметнулась…

– Олег… Что с тобой? – Наташка подошла к нему, коснулась пальцами его щеки.

Он отшатнулся, оттолкнул ее руку:

– Осипов тебе привет просил передать.

Наташка так и застыла с поднятой рукой, уставилась на Олега с глупым видом:

– Кто? Я не знаю….

– Не прикидывайся! Осипов – это сын ИО председателя правления вашего банка. Какую должность она тебе обещала?

Наташка зачем-то пригладила волосы, потом сжала кулаки, прижала их к груди, подошла к Олегу:

– Олег, о чем ты? Какой Осипов, какой председатель?..

А сама кое-как успела погасить паскудную скользкую улыбочку, сделала вид, что вот-вот заплачет, ну, в точности, как обиженный ребенок, и Олег не выдержал. Врет, сучка, врет, как дышит, и отпирается до последнего, хоть и понимает, что попалась. Какая же дрянь, Господи, ну, почему он раньше этого не замечал?

– Не прикидывайся. – Он подошел к ней вплотную, и Наташка попятилась назад. – Не ври мне, гадина! Ты встречалась с ним прошлым летом и предлагала начать все с начала. Не было, скажешь?