Демон и Бродяга - Виталий Сертаков

Некогда. Очень жаль.

Поскольку противник крайне опасный. Никакого сравнения с невинными голодными зайчиками. Этих ребятишек, пожалуй, не остановили бы и опытные Хранители силы.

– Позади лезут, сволочи!

– Лука, отсекай! По канаве бей!

Оставалось не больше пяти секунд, чтобы подобрать себе оружие. Артур уже видел, что метательные ножи против свистунов не помогут. Он вернулся к кабине, старец распахнул дверцу навстречу и крайне удивился, когда президент заглянул и снова удрал. Артур подхватил из-под сиденья запасную кавалерийскую шашку Варвары, а внизу подобрал с земли чей-то топор.

Незачем впустую тратить патроны.

– Лука, поливай, поливай их!

– Огнемет давай!

Коваль плавно шагнул навстречу, угадывая вероятное место приземления очередной «белки», занося в расслабленной руке саблю, а топором жестко держа радиус впереди себя…

Свистун, однако, напал в воздухе и умер окончательно только после девяти ударов саблей. Еще двух «белок» сбила в полете Варвара.

На земле свистуны резко замедлили ход. Они с беличьей ловкостью перемещались по веткам, но настолько же бездарно ковыляли по лужам. Коваль насчитал девятерых, а затем к ним, с другой обочины, присоединились еще четверо. Как минимум двое являлись очень крупными представителями своего адского племени и, наверное, очень старыми. Бородавчатые наросты, свисавшие с их острых лбов, достигали середины грудной клетки, бакенбарды буквально волочились по земле, а шерсть отдавала желтоватой сединой.

Ситуация осложнялась с каждой минутой. «Дегтярев» на платформе затих. Лука возился с баллонами огнемета. Коваль неторопливой рысцой трусил навстречу своим нервным противникам. Враги пересвистывались все громче, от каждой такой трели у Артура вибрировала голова и создавалось ощущение, что раскачиваются зубы.

Его окружили, шипя и посвистывая. Первый круг он разорвал легко. Первым делом разрубил тех двоих, которых из пулемета сбила Варвара. Третий сам наткнулся мордой на топор. Артур присел, над головой пронеслась когтистая лапа. Вдогонку, с оттяжкой, рубанул саблей, посетовал, что оружие у Варвары затупилось, но конечность бесу отхватил по локоть.

Или не по локоть, непонятно. Кажется, там имелся еще один локоть. Крылатая сволочь заладилась было свистеть, пришлось снести ему топором свистелку, тут справа прыгнул четвертый друг, очень быстро прыгнул, но все же – недостаточно быстро. Пока разворачивался в воздухе, лишился обеих ног. Из отрубленных конечностей слабо капало что-то серое, как джем из тюбика, мало похожее на кровь. Каждая из отсеченных лап продолжала дергаться, точно конечности паука-косиножки.

Первые двое уже вставали, вытряхивая из внутренностей кусочки свинца. В очередной раз президент успел с горечью подумать, какая бы замечательная получилась у него армия с такими солдатами…

– Кузнец, справа еще летят!

– Лука, они по кустам подбираются, гады!

– Эй, гей-гей, придурки! – Президент постучал саблей о топор, стараясь отвлечь внимание на себя, а сам потихоньку смещался влево, как можно дальше от грузовика. Драться, прижавшись спиной к дереву, не имело смысла, поскольку «летяги» прекрасно лазали по вертикали. Напротив, следовало собрать их вокруг себя в самом центре шоссе…

Над головой Коваля промчалась очередная очередь, звонкое эхо ударило в барабанные перепонки. Ближайший свистун находился метрах в шести, когда очередь крупного калибра угодила ему в мохнатое брюхо, как раз туда, где он прятал свернувшуюся безглазую змею. Свистун наступал боком, подобно морскому крабу. Он упирался в землю более короткими передними конечностями, а другие две лапы с растопыренными когтями угрожающе поднял над головой.

– Ах ты, гад! Получай!

– По ногам им бей, по ногам!

Падая, свистун взмахнул всеми четырьмя лапами, на мгновение на боках развернулись кожистые треугольные складки, скроенные, как крылья белки-летяги, и Артур убедился в своих догадках. Там, где свистуны пробивали хоботками панцири земляных грибов, там они легко перелетали с ветки на ветку, а здешняя атмосфера почему-то не держала их…

Очередью свистуна почти разорвало пополам, досталось и его двум ближайшим товарищам, но в этот момент еще несколько безлицых тварей перемахнули ограждение с другой стороны автобана.

Автомат Антипа стрелял одиночными. Несколько секунд подряд Коваль наблюдал занятную картину, достойную анимационного фестиваля. Антип проделывал в наступающем свистуне одно сквозное отверстие за другим, тот дергался всем телом, откидывал назад бородавчатую голову, падал на колени, но снова поднимался и шел вперед.

Очевидно, посланцы смещенного мира не страдали избытком нервных узлов.

Пронзительный свист на пределе восприятия заставил людей скорчиться. К счастью, у свистунов ненадолго хватило легких или того, что у них заменяло легкие. Неподалеку от Коваля раненый четырехлапый, покачиваясь, встал на колени. Одну ногу ему оторвало, кожаные крылья повисли лохмотьями, зато похожее на рамбутан брюхо начало угрожающе разбухать.

У троих его коричневых приятелей, обходившись Коваля с флангов, животы тоже повисли, как у беременных.

Черт подери! Кажется, у него прочистился нос! Впервые в жизни Артур обрадовался, вдохнув противный запах прокисшей капусты. Очевидно, свистуны не злоупотребляли утренним туалетом.

Две мохнатые «летяги», шустро перебирая лапами, под прикрытием кустов добрались до платформы, Лука до пояса высунулся из окна и расстрелял их в упор, но тут выяснилось, что под днищем Кенвуда прятался третий. Он выскочил, как пробка из бутылки, и Артур был вынужден наблюдать, как жестоко свистун атакует в ближнем бою.

Лука схватился за плечо, когти зверя запутались в нательной кольчуге. Нижний зубастый рот подался вперед, целя в горло, но человек успел ударить ножом. Лука бил раз за разом, а свистун все висел на нем, почти обняв крыльями, затем они вместе упали и покатились по железным листам платформы, и неизвестно, чем дело кончилось бы, если бы не Буба.

Снова – дикий свист, от последствий которого непросто избавиться. Коваль даже успел испугаться, не останется ли этот колокольный звон с ним навсегда.

Буба набросился на врага с таким остервенением, что едва не прикончил заодно и Луку. Кое-как сообща они сбросили труп свистуна на асфальт и вернулись к огнемету.

Трое прыгнули на Артура одновременно. Распахнув крылья, раздув брюшные карманы, они на мгновение стали похожи на уродливых гигантских кенгуру.

Коваль крутился, чередуя саблю и топор, усердно вжимаясь пятками во влажную россыпь листьев и иголок. Заложило уши. Он прикрыл глаза, нормализуя дыхание, повторяя про себя начальные пассы боевого транса. Обычно это расслабленное состояние достигалось за пару секунд, но не сейчас, когда барабанные перепонки буквально лопались от свиста.

У того свистуна, что таился за спиной, с коротким чавканьем лопнул брюшной мешок. Прежде чем покрытая слизью трехметровая змея впилась в шею, Артур дважды разрубил ее, поднырнул под кольца другой змеи и одним ударом топора разнес свистуну череп. Перекатился назад, оставив топор торчать в ране, в сантиметре от лица пропустив вонючую зубастую пасть, толкнулся обеими ногами, вылетел за спины нападавшим, с восторгом чувствуя свое первенство…

Пока еще он умел быстрее.

Успевал быстрее этих поганых жителей преисподней.

Уцелевший свистун двигался невероятно быстро и наступал низко, на уровне колен. Воевать в ближнем бою с противником, который нападает лежа, оказалось непростой задачей. Несколько раз грудные челюсти почти сомкнулись вокруг колена человека. Артуру пришлось некоторое время отступать, пританцовывая, выбирая момент для ответной атаки. Выбрать момент оказалось непросто. Вероятно, этот свистун был опытнее и сообразительнее своих мертвых собратьев. Артур рассекал воздух сталью, но трижды промахивался, пока не догадался прыгнуть сверху. Он отрубил три мохнатые лапы из четырех, но уродец не прекратил свои атаки.

Еще трое. Ах, дьяволы, откуда только берутся?

– Артур, отойди, я их сама!..

Позади хлопнула дверца. Бродяга спускался по лесенке, вооруженный лишь кинжалом.

– Кузнец, эй, постой, широко шагаешь!

– Возвращайся, – Артур сердито помахал рукой. Только этой развалины ему тут не хватало! – Бродяга, сиди и не вылезай!

Мортус что-то отвечал, шевелил губами, но из-за рыканья двух пулеметов его невозможно было расслышать.

Под ногами у Коваля свистун, почти разрубленный на три части, пытался встать. Подстреленные Лукой монстры снова лезли на платформу грузовика, царапали когтями двери и окна.

Огнемет Луки выдохнул первую порцию огня. В ответ раздался такой свист, от которого даже у Бродяги дыбом встали клочки седых волос. Крылатые факелы пытались взлететь, извивались в огне, растекались по асфальту серыми пластилиновыми нитями. Варвара материлась, выронив раскаленный пулемет. К ней подкрадывались трое. Не спеша, целенаправленно сужали круги.