Соленый волк - Владимир Григорьевич Колычев

— И за дверь он через платок брался. Я так думаю.

— Высокий, говоришь?

— Высокий, худощавый, но некостлявый. Производил впечатление сильного человека.

— Платок — это уже признак преступного замысла.

— Вот и я думаю…

— И я буду думать.

Артем не торопился делать выводы. Платок в руке — это да, подозрительно. Но, может, это кто-то из друзей Даши решил к ней заглянуть. Нужно опросить всех из ее круга, кто носит шерстяные кепки с ушами и у кого родинка на шее величиной со спичечную головку.

Глава 11

Дом красивый, восемнадцать этажей, правда, если он и похож на башню, то на силосную, и то поставленную вверх дном. Или на ручную гранату. Основание в несколько этажей широкое, а сама рукоять относительно узкая, с овальным сечением шириной в один подъезд. В торговый центр Артем заходить не стал, сразу вошел в подъезд, а там, в светлой просторной парадной, консьерж — плотного телосложения парень с улыбчивым лицом и замороженным взглядом. Стоило Малахову появиться, как он перегородил ему путь.

— Подполковник Малахов, начальник районной полиции.

— Э-э, и в какую квартиру? — спросил парень, изучая «корочки».

— Меня интересует гражданка Лазарева.

Охранник крепко задумался, даже пальцы к подбородку приложил.

— Что такое?

— Да нет, просто думаю. Все-таки полиция.

— Справочная не думает, справочная справку дает.

— Я не справочная!

— А кто, свидетельская?… Тогда, может, знаешь этого гражданина? — Малахов достал из кармана смартфон, вывел на экран снимок Козоева.

Ездили вчера Павлов и Стасов к Елене Потаповой, обыск ничего не дал, среди друзей, знакомых именинницы мужчины с родинкой на шее не обнаружилось. Если не считать низкорослого толстячка, который никак не подходил под описание.

А сегодня Артем отправился к Лазаревой. Женщина она особенная, и в плане личного обаяния, и по части социального статуса. Не мог он отправить к ней рядового сотрудника. И как начальник полиции не мог, и как мужчина.

— Ну-у… — Консьерж хотел сказать «да», но в голове у него что-то щелкнуло, как будто предохранитель сработал. — Не знаю.

— А ты здесь охранником?

— Ну да…

— Сам по себе или охранная фирма?

— Охранная фирма.

— Документы можно?

— Охранной фирмы?

— Твои!

Кожушков Евгений Степанович представлял охранную фирму «Стриж». Артем не стал ничего спрашивать про фирму, но заметку для себя сделал. Гринякин, как человек Грамаря, числился в «Легате», а Кожушков — это «Стриж». Совсем другая фирма. Возможно, подконтрольная братьям Лазаревым.

— Ну, так что, видел этого человека? — Малахов снова показал фотоснимок Козоева.

— Да нет.

— А ну-ка! — Артем взял парня за плечи, тот напрягся, но не смог устоять перед его рывком.

Малахов развернул его к себе спиной, глянул на шею. Волосы русые, стрижка короткая, но родинки на шее нет. Впрочем, свидетельница могла и ошибиться. Может, у человека в кепке с ушами действительно спичка к шее прилипла?… Но в то же время Кожушков не слишком высок. Даже до метра семидесяти не дотягивал.

— Эй! — Кожушков дернулся, пытаясь вырваться, но Малахов держал его крепко, парень даже запаниковал.

— И что здесь такое происходит? — спросил вдруг знакомый женский голос.

Артем отпустил охранника, повернулся к Еве, которая смотрела на него с интересом и даже признаками восторга. Красивая до нервного зуда, стильная, изысканная. Да уж, одеваться она умела, и вкус у нее отменный, и возможности неограниченные.

— Ева Алексеевна! — Охранник вытянулся в струнку, удивленно глядя на молодую женщину.

Похоже, он просто не ожидал ее здесь увидеть. Малахов кивнул, заметив его удивленный взгляд. Если торговый центр принадлежал Лазаревой, то, скорее всего, она могла попасть оттуда к себе домой через какой-то особый выход, недоступный для всех. Но в то же время Ева могла вернуться откуда угодно. Может быть, она к брату ездила.

Лазарева даже не глянула на Кожушкова. И вряд ли его услышала. Всем ее вниманием завладел Малахов.

— Товарищ подполковник полиции!.. Не знала, что вы мужчинами интересуетесь, — иронично усмехнулась она.

За ее спиной стояла симпатичная девушка с непроницаемым, как у латексной куклы, лицом и фитнес-фигурой. В элегантном брючном костюме, в котором она чувствовала себя, казалось, немного скованной.

— Исключительно в рамках дознания.

— И что натворило это безобразие? — спросила Ева, наконец-то удостоив охранника своим высочайшим взглядом.

— Натворили. Кто-то натворил. Ваша одноклассница убита!

Артем внимательно смотрел на Лазареву. Ева не могла не знать об убийстве, сколько у нее одноклассников, та же Годовалова. А Лазарева вела себя так, как будто ничего не знала. И как же она сейчас будет выкручиваться?

Но женщина ничуть не растерялась, даже бровью не повела.

— Да, я знаю.

— И вас это не удивляет?

— Я вчера уже пережила эту боль, — все так же спокойно и без особого усилия над собой сказала она.

— Так быстро?

— Если честно, мы никогда не дружили с Дашей.

— Мы можем об этом поговорить?

— Да, конечно… Можно в кафе.

— Как вам будет угодно.

— Прошу! — Ева показала на лифт, к которому собиралась идти.

Никакого кафе там, в глубине парадной, Артем не видел.

Кожушков их опередил, подскочил к створкам одного лифта, но тут же, с досадой стукнув себя пальцем по голове, подошел к другому. Хотел нажать на кнопку вызова лифта, но снова стукнул себя по голове, но уже пальцем другой руки. Кнопка необычная, со встроенным считывателем отпечатков пальцев, откликнуться она могла только на прикосновение Лазаревой.

— Лика, убей его! — глянув на охранника, с милой улыбкой сказала Ева.

Но фитнес-девушка даже не дернулась и спокойно посмотрела на Малахова.

— Это шутка, — с холодной скупой улыбкой сказала она.

— Я так и понял… Ваш телохранитель? — спросил Малахов, кивком указав на Лику.

— А почему бы и нет?

Лифт поднял их на шестнадцатый этаж, Артем вышел в просторный вестибюль, переходящий в настоящее кафе — барная стойка, столики, не хватало только посетителей и официанток. Справа от вестибюля один холл с выходом к внутреннему лифту с прозрачной кабинкой и парадной лестнице, которая также вела на верхние этажи. Другой холл вел в кинозал. Первый этаж пентхауса, насколько понял Малахов, представлял собой что-то вроде культурно-досугового центра. Для обычных гостей. На верхние этажи могли попасть только избранные.

— Нам кофе и мороженое! — Ева кивком указала Лике за барную стойку и с ходу села за столик, приглашая Малахова присоединиться. — Или вы плотоядный хищник? — спросила она.

— Сегодня да.

— Тогда мяса! С кровью!

— Лучше мороженого… Вы знаете, как погибла ваша одноклассница?

— Началось! Даже дух перевести не даете. Вы и в постели такой же? — с бездушным каким-то кокетством спросила Ева.

Она