Обладатель-двадцатник - Юрий Иванович

– Тем лучше. Честных легко подставить под какое угодно дело. В крайнем случае… убрать.

Оба обладателя примолкли, тяжело глядя друг на друга. При всём своём кажущемся могуществе, на крайние меры они шли очень редко. Тому было сразу несколько причин. Вот Адам одну из них и упомянул:

– Ты ведь знаешь, как Пётр негативно на подобное реагирует… Но самое важное не то, а факт уже чётко доказанного моими следователями вмешательства со стороны новенького. То есть это не президент со своей командой начал передел собственности и не семейные кланы, владеющие очень многим, а именно он, Иван Загралов, заварил всю эту кашу с уничтожением уголовников.

Опять минуту помолчали, после чего Волох с досадой протянул:

– Значит, прётся к власти… Что, с одной стороны, было бы идеально: был обладатель и раз – не стало. Но только в том случае, коль рядом с нами имелся бы иной коллега, рангом нас ниже…

Теперь на саркастический тон перешёл господин Фамулевич:

– Не ты ли недавно кричал, что полусотники нам врут? И никакого отбора сигвигатора у рвущегося к власти и у ближайшего коллеги «до пары» не происходит?

– Ну… мало ли! – развёл руками владелец ресторана. – А вдруг не врут? Ты-то останешься на коне и поскачешь возрождать свой хитро сделанный Фонд, а мне ничего не останется, как до конца жизни корячиться диджеем.

– Не робей! В крайнем случае у нас договор о взаимоподдержке до самой смерти, – напомнил Адам. – А я не жадный, поделюсь с тобой.

Судя по взгляду сотрапезника, тот слабо верил в только что упомянутую взаимоподдержку и в случае чего мог надеяться лишь на свои дискотеки.

А сейчас он, вспомнив о проблемах Фонда, буркнул с укором:

– Так кто здесь должен плакаться и жаловаться? Ты или я?

– Я просто обязан был тебе высветить всю создавшуюся обстановку, – перешёл Адам на иной, проникновенный и дружеский тон. – И доказать, что обстоятельства у меня сложились совсем аховые. Прямо хоть бросай всё и беги в южную Аргентину. Кстати, неплохой был бы ход с нашей стороны, если этот Иван и в самом деле окажется в нескольких шагах от власти. Не правда ли?

– Ну да… – последовало согласие, украшенное ухмылкой. – А когда изымание устройств состоится, можно быстро вернуться на… голое место.

– Именно! Но пока этого нет, может, всё-таки попробуешь нанести жёсткий удар по этому выскочке? Тем самым поставишь точку во всех наших сомнениях и одним махом решишь возникшие проблемы. Ради этого дела я тебе выделю два десятка в полной экипировке. Лучшие пойдут. Да что там лучшие! Всех отправлю, до единого! Сколько можно нам трястись и только защищаться? И сам выеду как можно ближе, для лучшего управления. После такого удара никто не устоит.

Волох скорбно мотнул головой:

– Лучше бы мы подобный удар в своё время нанесли по Тузику Пиковому, а не отсиживались в своих норах, словно крысы. Сейчас лишний сигвигатор имелся бы в нашем распоряжении и всё вокруг шло своим чередом.

– М-да! Чего уж тут сожалеть об упущенных возможностях… Но всё-таки… возвращаясь к удару… Соглашаешься?

Адам вперил свой взгляд в лицо собеседника, словно гипнотизируя и подталкивая к нужному решению. А тот посидел, помолчал и стал подробно пересказывать каждую мелочь утренней попытки покушения на Ивана Загралова.

По его словам, поехали на отстрел восемь лучших бойцов, которых удалось насобирать в команду из своих двадцати восьми фантомов. Пусть и педанты, пусть и не имеющие полного сознания, но действующие всегда как единая боевая машина. Да и впоследствии они могли поведать о подробностях боя лучше, чем сотня фиксирующих видеокамер. Собирались поступить грубо, нагло, наплевав на любые скандальные последствия: словно и в самом деле спецназ, с криками вломиться в холл здания. Потом убрать охрану, уничтожить видеоаппаратуру и нахрапом пробиться в квартиру обладателя. Там его уничтожить вместе с супругой и преспокойно рассеяться в пространстве.

Но ещё на дальнем подъезде к дому возникли сложности. Все восемь слишком ярко почувствовали присутствие постороннего духа рядом с собой. А то и нескольких. Буквально в машине. Тогда как сам Волох сумел его с трудом, на пределе умений, прочувствовать только после остановки в тупике, при максимальном сосредоточении и присматриваясь к ощущениям своих посланников. Стало понятно, что их зафиксировали и наблюдают. То есть неожиданного штурма уже не получится. Несколько минут не двигались, выжидая решения своего создателя. А к бою, понятное дело, изготовились сразу. Потому как Лысый Волох очень надеялся, что неприятель нанесёт удар первым, и тогда у него становятся развязаны руки. Мол, не я первый напал! А мои фантомы оказались в буферной зоне случайно, направляясь с акцией устрашения в иное место.

Как раз в момент ожидания и случился нонсенс: спусковой крючок одного автомата оказался зажат неведомыми силами, и оружие стреляло, пока в рожке не кончились патроны. Причём чуть ли не все восемь боевиков чётко рассмотрели: автомат просто держался в руках! Чтобы не вырвался при стрельбе… А курок оставался зажат, словно приклеился. И ведь никто посторонний при этом не материализовался!

– Теперь мне скажи, – перешёл к резюме своего рассказа обладатель дискотек. – Как такое могло случиться?

Но Адам Борисович, как казалось, ни в чём не сомневался:

– Только в одном случае: если новичок пошёл на смертельный риск и сам своим созданным телом метнулся в машину, проявился там на мгновение и задействовал автомат.

– Допустим… он сумел бы на одну секунду это сделать незаметно для моего спецназа. Но ведь курок был зажат до тех пор, пока магазин не опустел. А это уже почти пять секунд!

– Ну, значит, ткнул и приклеил…

– Потом осматривали автомат – без единого изъяна или капли клея.

Господин Фамулевич ещё с минуту подумал, величественно морща свой высокий лоб, но затем мотнул головой и признался:

– Больше никаких идей. А у тебя?

– Идей нет, – пробормотал Лысый, поглаживая свою голову, похожую на бильярдный шар. – А вот одна нехорошая догадка имеется. Вдруг новичок измыслил нечто таинственное? То самое, что помогло ему с Тузом Пик справиться? Сам ведь понимаешь, подобные победы начинающими «чайниками» на пустом месте не совершаются. Должен быть такой козырь в рукаве, который даже козырного Туза бьёт.

– Верно… что-то у него и в самом деле должно быть… Недаром так смело вернулся в Москву, где за ним велась оголтелая охота посланниками Тузика. Не побоялся… И тем не менее: что предлагаешь в итоге?

– Предлагаю чуток повременить с ударом. И уже сегодня мы с тобой выдвигаемся оба… я особо повторяю – «оба»! – к буферной зоне новичка и начинаем слежение за ним не только нашими фантомами, но и всеми подвластными нам службами и структурами охраны, полиции и ОМОНа. Как только он окажется в удобном для нас месте, провоцируем атаку наёмниками со стороны, а на самом решающем этапе кидаем в бой все силы наших фантомов. В таком случае уж точно поставленная цель будет достигнута. Лучше переоценить его силы и устроить скандал на весь мир, чем недооценить и оказаться на месте Туза Пик. Согласен?