Повелитель блох - Ирина Комарова

— Во-первых, не на полметра, а на метр. Во-вторых, ты, милок, не в первый раз промазал. Или, думаешь, я не знаю, чего Зелепукало за тобой неделю с поленом бегал? Он мне рассказывал, как ты его на два метра под землю загнал, аж трясся от злости. Полдня, говорит, копал, пока на поверхность выбрался! А в-третьих, кому сказано, полудурок, что старших по званию надо слушаться?! И если я черт, а ты младший черт, то твое дело не пасть свою поганую разевать, а мои указания выполнять, понял?

— Понял… — Жутик уныло переступил с ноги на ногу.

— А раз понял, то кончай сучить своими золотыми копытами и принимайся за работу. Где сопроводиловка?

— Вот. — Черт в бирюзовом жилетике торопливо достал из валяющейся на боку коробки и сунул в протянутую руку начальника несколько скрепленных вместе листков бумаги.

— Тэ-экс, значит… — Мордастый внимательно изучил документ. — Ясно. Ну что, заполняй квитанцию. Шапка обычная…

Он замолчал, ожидая, пока Жутик завяжет тесемочки клеенчатого фартука, извлеченного из той же коробки, и приладит на специальной дощечке большой разграфленный лист.

— Значит, шапка обычная, — повторил он. — Дальше пиши: мир категории «си», название местное, «Лагосинтер», название по каталогу «Ад Инкорпорейтед», ставь прочерк.

— Что, совсем новый, что ли, мирок? — без интереса спросил Жутик.

— Ненадеванный. Пиши дальше: сигнал подан поисковым амулетом, серия КС дробь ПК, большими буквами пиши, придурок, я же тебе большими буквами диктую… так, дальше, номер семнадцать сорок четыре восемьдесят два…

— Один семь четыре четыре восемь два. — Черт записывал так старательно, что даже кончик языка высунул от усердия.

— Принят оператором, младшим демоном Грипписом, в девятнадцать тридцать восемь по времени «Ад Инкорпорейтед»…

— Тут еще графа для местного времени.

— Потом в канцелярии проставят, мы, что ли, переводить будем? Сколько раз я тебе уже говорил, Жутик, никогда не старайся сделать чужую работу! Что там дальше?

— Ответственный за осмотр местности.

— Ага… Ну-ка, кого они в этот раз послали? А, Местифуфеля!

— Что, того самого?

— А других у нас нет. Записал? Значит, дальше: в соответствии с договором купли-продажи за номером шестьсот шестьдесят шесть девяносто четыре дробь пятнадцать, подписанным заинтересованными лицами, а именно жителем Лагосинтера по имени Зарик, без фамилии, с одной стороны…

— А почему без фамилии?

— Потому что она не указана. Тебе-то какая разница, была у этого типа фамилия или он давно ее потерял? Меньше писать только.

— Это точно.

— Вот и не отвлекайся. Значит, между местным уроженцем господином Зариком, с одной стороны, и представителем «Ад Инкорпорейтед», торговым агентом высшего класса демоном Местифуфелем, с другой, душа означенного господина Зарика переходит в полное и безраздельное владение упомянутой фирмы. Доставай тару.

Жутик, не глядя, сунул руку в коробку и вытащил оттуда довольно элегантную металлическую шкатулочку, на крышке которой замысловатой вязью было выгравировано «Для входящих грешных душ», и с почтительным поклоном передал начальнику. Мордастый надавил на затейливую букву «ш» в слове «грешных», и крышка с легким щелчком откинулась. Внутри шкатулка была разделена мерцающими перегородками на девять отсеков — три были еще пустыми, а в шести слабо пульсировали полупрозрачные шарики разного цвета, от светло-серого с неровными черными пятнами до полностью черного. Черт полюбовался на них и присел перед обугленной оболочкой, в которую превратилось тело бывшего господина Зарика.

— Смотри, как запеклось, сама и выбраться не может, — сказал он, осторожно поставил шкатулку на траву и, свободно просунув пальцы сквозь обгорелые останки, вытащил нечто прозрачное и слегка трепыхающееся. Ловким движением ладоней скатал это «нечто» в точно такой же шарик, какие уже лежали в шкатулке, и показал его Жутику:

— Ты только посмотри! В кои-то веки Местифуфель не облажался. Не душа, а просто конфетка!

Черный шарик скатился с ладони Мордастого и шлепнулся в отведенную ему ячейку.

— Порядок. — Крышка захлопнулась, и Мордастый отдал шкатулку Жутику. — Убери. Теперь приступаем к утилизации. Ну-ка, ответь мне, младший черт, с чего в данном случае начинается утилизация?

— С поискового амулета! — четко отрапортовал Жутик, убирая шкатулку в коробку. И указал пальчиком: — Вон он валяется.

— Н-да, с амулетиком, конечно, обошлись сурово, — покачал головой черт, — пиши: «Износ сто процентов, повторному возвращению не подлежит. На списание».

— На списание, — повторил Жутик, вытащил из коробки небольшой бумажный мешок с этикеткой «для мусора» и протянул его Мордастому. Тот подковырнул грязным ногтем лужицу с вплавленными в нее остатками амулета, небрежно бросил в этот мешок и старательно затянул тесемки.

— Дальше, согласно договору, господину Зарику были предоставлены следующие услуги… ага, это он Секвестра вызывал, это нас не касается… это тоже… получается, что нам с тобой, Жутик, только этот дворец убрать и вся работа! Записывай: дворец, проект стандартный, наполнение стандартное, с парком и фонтаном, износ… как оценишь износ, младший?

Жутик повертел головой, внимательно осматривая все вокруг, пожал плечами:

— Я так понимаю, что он не успел здесь особенно насвинячить. Бутылки только пустые по всей поляне разбросал, да вот здесь теперь заплатку надо будет ставить, где трава выгорела. Полпроцента, не больше.

— Оцениваешь в среднем верно, — согласился Мордастый. — А как в квитанции напишешь?

— Ну так полпроцента же… так и напишу.

— Какой ты все-таки тупой, Жутик, как ты жить дальше собираешься? Хорошо, напишешь ты полпроцента, и что ты с этого будешь иметь?

— А что я могу с этого иметь?

— С полпроцента? Ясное дело, ничего! А если мы напишем пятьдесят процентов износа?

— Так как же? Бурый на складе, когда принимать будет, проверит ведь? Что тогда будет? Или не проверит?

— А как ты думаешь, Бурому кушать не хочется? И когда он проверит, а проверит он обязательно, тут ты можешь не сомневаться, тогда будет то, что он получит свои двадцать процентов. А то, что осталось, мы с тобой поделим по-честному, двадцать процентов мне, девять с половиной — тебе.

— Но это же не поровну! — обиженно взвизгнул Жутик.

— А я разве сказал, что поделим поровну? — насмешливо поднял лохматую бровь Мордастый. — Я сказал по-честному. И поскольку я тебе, тупице, уже битый час втолковываю, как правильно процент износа в квитанцию вписывать, то, по-моему, вполне честно будет, если я получу в два раза больше тебя. Хочешь со мной поспорить?