Боги от науки - Catherine de Froid

Сидело что–то в голове, что–то наподобие фразы голосом одного из его учителей с большой буквы: «Подумай и о других». Коля отмахивался: чего о них думать? Материальные блага преходящи (читать: мне лень), а личностный рост у каждого собственный. Да и успеется еще когда–нибудь, когда повзрослеет и поумнеет (что возраст роли не играет, Коля знал давно, и когда–то в «ранней юности» имел настроение, кидаясь этой фразой, отстаивать свою мудрость и самостоятельность).

А потом из глубин памяти выплыло: «Делай для других то, чего желаешь для себя». Коля приложил эту фразу к себе и со временем вывел, что нет выхода, кроме как путешествовать в давние времена, где, по слухам, еще жила вера в чудо (заодно и проверить, так ли это), и нести чудеса тем, кто в них верил. Не простые бытовые чудеса типа золотого дождя — это проза, — а чудеса бесполезные, но красивые, необычные. Чтобы на всю жизнь запомнили.

Нельзя сказать, чтобы Коля сразу принялся за дело, но со временем он себя заставил. Вошел во вкус. Почувствовал себя кем–то значимым. А потом глянул на результаты и отвесил себе тумак.

Покажешь человеку трюк «глас с небес», а он тебя спрашивает, избранный ли он. Ответишь осторожно, что это не в твоей компетенции, будет всю жизнь ждать того, кто имеет право посчитать его таковым, если не начнет хвастаться, что кто–то сверху избрал его для диалога.

Явишь какому–нибудь мечтательному мальчику несколько шедевров искусства, — так он или всю жизнь протоскует по ним в окружающей серости, или вырастет и начнет продавать убогие копии собственного изготовления.

Или кто–то пойдет и расскажет о том, что видел, а его куда–нибудь упекут. Потому что религия религией, библейские или еще какие чудеса вроде как существуют, но в обычной жизни их быть не должно.

Или кто–нибудь бросится в речку от осознания, что живет не там и не в то время. Или не посмеет поверить увиденному и будет считать себя ненормальным. Или зазнается. Или сформирует неправильные представления о мире, в котором живет, и всю жизнь будет ждать помощи сверху. Или пойдет чуть дальше и поймет, что, если есть чудеса хорошие, могут быть и всякие ужасы, о которых рассказывают вечером у огня.

Были или нет такие люди, о которых мечтал Коля в самом начале, он так и не понял. Если и были, то потонули в огромном количестве остальных: Коле так понравилось быть богом, что он, так сказать, немного потерял счет деяниям своим.

«Хотелось, как лучше, а получилось, как всегда», — резюмировал он и отправился штурмовать японскую каллиграфию. Сколько иероглифов он выучил, представляйте сами.

Глава 4

Автор типа меня, что бы он ни описывал, не может не упомянуть ровно одну вещь: блоги. Тема это довольно широкая, почти как литература: и новости, и мнения, и наука, и искусство, и чьи–то скромные попытки ознакомить мир со своей физиономией или богатым внутренним миром. И если уж они, блоги, так цветут в нашей бренной реальности, отягощенной законами физики и здравого смысла, то в эру богов от науки они и вовсе зацветут пышным цветом, особенно учитывая тот факт, что «боги», как правило, высокоинтеллектуальны, мечтают попробовать что–то новое и не особо скромны. Приступим к изучению того, что они пишут:

«Отнимите у меня мои мозги! Все окружающие говорят, как мне с оными повезло, а я вот такая вот свинья. Ну не могу я с ними справиться. Их надо подкармливать серьезной литературой и точными науками, а я люблю научную фантастику и юмор. Им надо давать самовыражаться, а моя скорость печати за ними перестала поспевать. Они образовывают двух– и четырехъядерные процессоры, каждый из которых спешит сепарироваться и перестать соглашаться с другими. Их надо слушать, а веселого они не говорят, только выводят снова и снова, что я неправильно живу, в жизни нет смысла, а мои друзья меня терпят только из вежливости. Не могу так.

Да, быть «богом от науки» нынче в почете, но я бы и это кому–нибудь отдала. Читать мысли — неэтично. Махинации со временем вызывают страх, что поломаю кому–то жизнь. Всякие дополнительные способности возвышают меня над половиной моего окружения, а я с самого детства только и делаю, что возвышаюсь над ними за счет моих мозгов. Это несправедливо, ведь я ничем не лучше, а только слабее.

Продаются мозги. Дешево. Очистка за счет покупателя».

Казалось бы, либо кто–то выпендривается, либо какая–то истеричка не понимает своего счастья. И вообще, лучше там, где нас нет. Или у каждого свой крест и свои проблемы. Мелкий жемчуг, не иначе. Зато такая натура в придачу, что хлеб черствый прожует и не выплюнет, а от разных мелочей впадает в депрессию на месяц. Ладно, почитаем дальше:

«Я — бог от науки, и я весьма озабочен воспитательной стороной всего этого дела. Даже не столько воспитательной, сколько психологической. Зависимость это все — Сеть в голове, полеты, телекинез. Привыкаешь ни за что не отвечать, делать, что хочешь. Привыкаешь к чудесам, хочется еще. А потом раз — и что–нибудь в духе того эдикта об автономии. Не верю я, что у нас, оставшихся, не отберут способности на каком–то высшем уровне иерархии небесной канцелярии. А без способностей я не смогу. У меня друг был, у него способности отняли. Да, именно был, вы все правильно поняли. Я долго отматывал время и перекраивал реальности, даже в мозги к нему пытался лазать. Нету у меня больше друга. И я его, пожалуй, понимаю».

Дальше читать? Дальше не веселее. То есть, находятся, конечно, любители использовать способности, чтобы попадать в яблочко и набирать популярность, но таких и у нас навалом. А новое и характерное — вот оно.

Глава 5

Вернемся к нашим… изначальным богам от науки. Да, они еще не поняли систему параллельных реальностей. Но Сеть они смотрят регулярно, а иногда для интереса наблюдают за жизнью какого–нибудь последователя. А теперь еще их регулярно информируют из небесной канцелярии, потому что один раз Женя задумался, что не может быть все идеально, и под вечернее настроение, которое обычно побуждает к долгим искренним разговорам с полузнакомыми людьми, оформил себе и всей компании подписку на «издержки утопии».

— Не буду я это читать, — предупредила Галина Александровна. — Лучше не пытаться обозреть весь мир со всеми проблемами, их там всегда полным–полно.

— Но почему так? — спросил в пустоту Костя. — Почему нельзя, чтобы все были довольны жизнью?

— Потому что нельзя навязывать другим свою точку зрения на счастье? — спросил Степа.

— Потому что всем людям одно счастье немного тесно, давать по счастью на компанию — быстро наскучит, и по одному невозможно тоже. Короче, люди быстро и непредсказуемо меняются. Извините, меня несет, — выложила Саша, которая и рада была бы немного уложить свои мысли, но они всегда приходили не вовремя.